Мальн. Наследие древних

Они вышли в тронный зал у подножья золоченой возвышенности, с которой открывался вид на большое пустое помещение. Из огромных окон, занимавших почти всю стену по левой стороне, лился яркий свет, и во множестве свечей в золотых подсвечниках не было необходимости. Они сразу наткнулись на стражей, которые дежурили перед лестницей к трону. Те на мгновение замерли, удивленно уставившись на короля. Эрик шикнул на них, что‑то разъясняя, и стражи закивали.

– С возвращением, Ваше Величество. Духи уберегли вас! – сказал один из них.

Финн, не вдаваясь в подробности, первым делом велел найти его главного слугу и собрать советников.

– Мне очень жаль, Ваше Величество, но, как мы слышали, заседание Совета уже идет. Лорд Викар созвал.

Лицо Финна изменилось. Он хотел сказать что‑то еще, но тут по залу прокатился взволнованный голос.

– Эрик! – Кая тут же бросилась к мужу.

– Жизнь моя! – Он крепко обнял ее, уткнувшись в шею. Затем слегка отстранился и нежно провел по щеке, смахивая слезу.

– Я… Все говорили, что вас… – Она содрогнулась всем телом и облегченно выдохнула.

– Все хорошо, мы живы. – Эрик снова прижал ее к себе.

Последний раз Стейн видел подругу Гелиена, когда провожал делегацию людей после похорон Кьелла. Кая ничуть не изменилась: длинные волосы насыщенного каштанового цвета, которые сейчас были собраны в свободную, слегка растрепавшуюся косу, миловидное веснушчатое лицо и опухшие зеленые глаза. Весь ее вид говорил об усталости, недосыпе и тревоге за мужа.

Финн повернулся к мальнам и виноватым голосом сказал:

– Стейн, Алвис, я пошлю за вами чуть позже. Сейчас мальнам лучше не показываться на Совете людей. Отдохните.

Стража проводила их в гостевые покои. Стейн брел за остальными, равнодушно глядя себе под ноги. При виде серых каменных стен коридора он с тоской подумал о замке в Черных горах.

Оказавшись в просторной, изысканно обставленной комнате, Стейн на ходу снял камзол и расстегнул рубашку. Большая часть массивной мебели, украшенной витиеватой резьбой, была выполнена из красного дерева. Камин, казалось, давно не растапливали, хотя в покоях и без того было тепло. Свечи сейчас не горели, солнечные лучи, проникая сквозь окна, падали на широкую кровать из красного дерева с балдахином.

Стейн стянул рубашку и остановился у одного из трех широких окон, которые выходили на западные горы Деароса и на раскинувшийся внизу город. Он едва успел насладиться видом, как дверь без стука распахнулась, и в комнату с забористой руганью ворвалась Райя.

– Не знаю, что за ядовитая тварь тебя покусала, – заговорила она, как только закрыла дверь, – но мы должны найти Гелиена… – Райя замерла, увидев у окна полуобнаженного Стейна. Когда она неловко отвела глаза, явно пытаясь игнорировать рельеф обнаженной груди и живота, уголки его губ дрогнули.

Как бы ему ни хотелось притвориться, но он любил проводить время с Райей. Любил их словесные стычки. Наблюдать, как она злится, порой хватаясь за копье, было приятно и даже… возбуждающе. Но сейчас Стейн ничего подобного не чувствовал. Он злился, хоть и не понимал на кого и почему.

– Я повторюсь, это не твое дело, – равнодушным тоном сказал Стейн. Ни капли не смущаясь присутствия Райи, он отшвырнул в сторону рубашку, сел на кровать и стал стягивать сапоги.

– Только штаны не снимай, – дерзко бросила Райя.

– Это ты пришла ко мне в комнату.

– Послушай, Гелиен, он…

Стейн шумно выдохнул.

– Может, пора уже перестать мечтать о нем?

– Ты свихнулся? Все в прошлом. Он мой король, и он женат!

Стейн хмыкнул и, встав с кровати, приблизился к Райе. Он немного помедлил, а затем упер ладони в дверь, нависая над девушкой.

– Не думаю, что тебя это остановило бы, Райя. – Стейн намеренно протянул ее имя с приторной небрежностью и наклонился еще ближе.

Райя ошеломленно моргнула. Ее дыхание сбилось, и она чуть ли не сжалась под ним.

Стейн смутился от такой реакции. Он ведь просто хотел отпустить очередную колкость. Грудь Райи часто вздымалась и опускалась, и Стейн слышал быстрый стук ее сердца. Минуту они смотрели друг другу в глаза. Ее губы приоткрылись на выдохе, и он резко убрал руки.

Райя снова шумно выдохнула.

– Никто никогда не видел, чтобы Кьелл выходил из себя, – тихо заговорила она, но с места не сдвинулась. Ее лицо было так близко, что Стейн ловил ее жаркое дыхание. – Вспомни, когда умерла его дочь, а следом и жена… те единственные два дня перекрыли каждый день из тысячи лет. Если Гелиен и правда обладает большей силой, с его характером он может натворить дел, о чем потом пожалеет.

Однако Стейна тревожил вовсе не вспыльчивый нрав друга, который тот за последний год умело обуздал, все больше становясь похожим на Кьелла. Гелиен скрывал свои эмоции и почти научился владеть лицом, порой в самом деле было сложно разобрать, что он чувствует. Безразличие читалось в лице и сквозило в голосе. Но в минуты гнева Гелиен действительно бывал неуправляем и смертельно опасен. Возможно, кроме Стейна, больше никто и не заметил тех жутких глаз мальнийского короля.

– Я поговорю с Финном, и мы сразу отправимся домой. Можешь пока вернуться к Алвису, – равнодушным тоном сказал Стейн, открывая Райе дверь.

«Духи, да что со мной?»

Он обрадовался, что хорошо умел контролировать дыхание.

– Что ты имеешь…

Но Стейн уже свернул в купальню, не услышав окончание фразы.