Мечта сурового дракона

– Катарина себя так не ведёт.

– Хамка, – решила я, но улыбаться после этого стала посдержаннее.

Вот и как разбираться с этим? Что мне делать, если я толком не понимала, что и думать? Всё это было мало похоже на сон или галлюцинацию. Нет, окружающая действительность была реальностью.

Я всегда думала, что в такой огромной Вселенной не можем жить только мы, люди с планеты Земля – невозможно это. И точно знала, что везде вокруг есть другая жизнь. Но мне никогда даже не представлялось, что я сама могу вдруг оказаться на другой планете. В другом мире. Среди других, так похожих и одновременно так непохожих на нас существ.

Можно ли вернуться? Лично мне это представлялось сложным, почти невозможным. Чтобы знать, как вернуться, нужно для начала хотя бы узнать, где находишься. Это как в лесу. Если шёл и заблудился, нельзя продолжить идти и чудесным образом вернуться туда, откуда заходил. Нужно оглядеться, понять, где ты и откуда пришёл, и затем идти назад. Как идти назад мне, если я вообще никуда не шла? Я спала. Может, нужно снова уснуть?

Раздумывая об этом, я не заметила, как мы оказались в большом, полном людей зале. Мой взгляд запрыгал по лицам незнакомцев, но всё замечающий Ренед сильнее сжал руку на талии, напоминая об осторожности, и усадил за стол. Сам устроился рядом, бросив взгляд, когда я максимально незаметно заёрзала, силясь устроиться удобнее в этой кошмарной одежде.

Как хорошо, что я с детства увлекалась шитьём и получила образование дизайнера. Правда, интерьеров, но какая разница? Если не получится вернуться домой, займусь переделкой собственного гардероба. Ренед сказал, что он какой‑то там дон. Знать бы ещё, что это означает… Но, судя по наличию камеристок, у меня и швея должна быть. Думаю, в минимум две пары рук мы сможем сделать что‑нибудь щадящее.

Пока я размышляла, механически улыбаясь и ковыряя вилкой в тарелке, Ренед величественно общался с людьми вокруг. Или они не были людьми? Назвал же он себя драконом… что, если это правда? Он и огнём управлял, что даже показал.

Ох. Драконы – это страшно и жутко, но вместе с тем невероятно интересно и интригующе. Хотела бы я посмотреть своими глазами хоть на одного из них. Может, и получится. Может, не всё так плохо, и если не сумею вернуться обратно… буду честной хотя бы с собой: я не буду сильно горевать.

О чём мне скучать? О съёмной квартире, на которую не хватает денег? О потерянной нелюбимой работе в магазине? У меня даже друзей толком не было, так просто, знакомые. И парня не было. А родители… там вообще история отдельная. Папа умер, когда мне было два года, и мама на этом фоне слетела с катушек. Связалась с плохими людьми, начала ужасно пить, забив на собственную дочь. Меня к себе бабушка забрала, мы с ней жили небогато, но дружно и даже почти счастливо, по крайней мере, в те моменты, когда мать не заявлялась. Приходила она всегда с какими‑то мужиками, скандалила с бабушкой, кричала, чего‑то требовала, а уходила только после того, как ей денег давали. Бабушка ругалась, но отказать единственной дочери не могла. А два года назад её не стало. Мама, пропив нашу квартиру, пропила ещё и бабушкину и взялась изводить меня. Сначала воспитывать принялась, да только поздно уже, потом денег выпрашивать. В магазин постоянно приходила, такие сцены устраивала… стыдно вспоминать.

Мне вообще вспоминать и не о чем. У меня из светлого только бабушка была, и будь она сейчас жива, я бы рвалась домой изо всех сил, а так…

– Чего приуныла? – негромко спросил Ренед, склонившись ко мне.

Вымученно улыбнувшись, соврала:

– Голова болит.

Я так тихо говорить не умела, и мои слова оказались услышаны людьми вокруг.

– Да, странный день, – озадаченно произнёс какой‑то мужчина.

– Магнитные бури, – отозвался женский голос, вызвав недоумение мужчин и странную, какую‑то неуловимо одинаковую настороженность девушек.

Но подумать об этом лично я не успела.

– Идём, – просто сказал Ренед Энейх, первым поднимаясь из‑за стола.

– Домой? – уже в коридоре спросила у него и тут же категорично заявила: – Я с этими змеями не поеду.

Мужчина резко повернул голову, обжёг меня пристальным взглядом, но поджал губы и не стал ничего говорить.

– Нет уж, говори, – велела ему.

– Я помню, что ты не она, – сдержанно сообщили мне явно не то, что изначально собирались.

Я призадумалась и сделала предположение:

– Это она настояла на том, чтобы приставленные… отцом слуги поехали с ва… кх, с нами? – необходимость подбирать каждое слово убивала.

– Верно, – подтвердил мужчина.

– Ты можешь от них избавиться?

– Нет, – прямой вопрос – прямой ответ, всё честно.

Я продолжила переставлять ноги, хмуро глядя вперёд.

– Чего он хочет? – ещё один мой вопрос уже на лестнице.

Ренед глянул предостерегающе, но всё же ответил тут же, в присутствии посторонних:

– Власти, Катарина. Власть в моих руках. Следовательно…

Не договорил, позволяя додумать самой, и мои мысли действительно заметались мухами по ту сторону глаз.

Представим, что один герцог хочет власти, но имеет только дочь. Он выдаёт её замуж, а дальше её руками собирается подчинить себе дона. Одного брака оказалось недостаточно, и спустя год герцог решается на серьёзные действия и подсовывает зятю приворотное зелье. К слову:

– Какой эффект у любовного зелья? – спросила тихо.

Ренед Энейх посмотрел на меня с одобрением, но вместо ответа сказал:

– Дома поговорим.

И повёл меня наверх. Значительно выше этажа, на котором расположилась наша спальня.

– Куда мы? – спросила, уже основательно устав от подъёма в этой одежде.

Мужчина тормознул, помедлил миг, а затем попросту подхватил меня на руки и понёсся вверх по лестнице значительно быстрее.

Через пару минут мы оказались на открытой площадке на крыше. Рядом расположились башни и стены, далеко внизу простирался город, а прямо над нами было бескрайнее ярко‑голубое небо.

– Ух ты! – крикнула восторженно, силясь перекричать ударивший со всех сторон ветер.

Как красиво! Весь мир словно на ладони! Светлеющие на горизонте леса, ровные зелёные луга, а прямо под нами город!

– Не боишься высоты? – прозвучал низкий мужской голос прямо у меня за спиной.

– До ужаса! – отозвалась восторженно.

И запоздало встревожилась, рывком обернулась и не поняла:

– Ты что удумал?

Вместо ответа Ренед улыбнулся, тонко, коварно и предвкушающе.