Мир прекрасен

– Ночью дежурим мы с тобой по очереди. Для команды купи снотворное. Рассчитывай на две недели плавания, на всякий случай. Уложить спать десять здоровых мужчин, которые почти не занимались физической работой будет сложно. А мы будем останавливаться ровно на восемь часов.

– Что‑то еще?

– Да, спишь за ширмой в моей каюте, незачем нарываться на неприятности. Завтра днем пополняем припасы. Я распределю роли среди команды, а ты проследи, за погрузкой товаров. Теперь отдыхай.

 

 

Саарда

 

 

Ну, “сперли” это я громко сказала. Мне вежливо предложили занять должность управляющей, а после даже дали время, чтобы собраться. Целых десять минут. Вы видели девушку, которая собирается за десять минут? Вот я видела, в зеркале. После меня сразу загрузили в карету и мы отправились в путь до столицы.

 

– Значит так. – начал магистр Ихар. – Сначала представление перед королем, все же случай беспрецедентный, никогда ранее мы не привлекали лесных ведьм к работе. После, назначим тебе штат, потом уже займетесь с Кларасом бытовыми вопросами: недалеко от центра есть квартира для служащих: сможешь пешком добраться до управления. – Магистр явно был доволен.

– Что, вот сразу, три дня в лесу, день работы, три дня в пути, а потом сразу к королю? И ванну не принять? Понятно, почему у темных такие отношения с соседями. Кто ж так гостей‑то принимает? – я была уставшей и раздраженной. В тесной карете с одной стороны ко мне прижимался магистр, с другой – его помощник, который кивал в такт словам своего начальства (или в такт покачиваниям кареты, это как посмотреть, в любом случае, выглядел внимательным и подобострастным).

– Что тебя не устраивает? Вот лесные как гостей принимают?

– Ну, мы первым делом гостя накормим, баньку ему затопим, отдохнуть дадим, а потом уже и разговоры ведем…

– Ага…– что‑то язвительное промелькнуло в голосе магистра. – Что‑то ты моим подчиненным ни баньки, ни ужина не подала. Наоборот, по лесу тебя искать заставила.

– Ну дык, порядошные гости за косу не таскают. Да и в лицо не бьют. Нормальные мужчины женщин вообще по лицу не бьют!

– А куда бьют? – Кларас был тоже видимо заинтересован.

– Да тут как, ежели человек вумственный…

– Саарда, мы все прекрасно знаем, что ты умеешь говорить как нормальный человек, избавь нас от этого деревенского слога. – сказал Ихар, поморщившись.

– Я и говорю, корреляция между образованностью и сознательностью собеседников и возможностью применения физического насилия обратно пропорциональна: чем образованней собеседники, чем они более сознательны, тем меньше вероятность того, что физическое насилие между ними возможно. Дело в том, что в диалоге каждый использует аргументацию, а когда аргументация заканчивается, в ход идут кулаки.

– Угу! – коротко хохотнул Ихар. – Вероятно, поэтому моя жена в меня кидала диванными подушками почти сразу. – тут он как‑то опасливо покосился на помощника, как бы намекая, что эта информация не для лишних ушей.

– Ну так, а что вы хотели, ваши леди не получают полноценного образования. Вы их дома за статуэтки держите, вот они свое мнение высказать и не могут.

– Неправда! – воскликнули Ихар и Кларас хором.

– Что и требовалось доказать! – я с видом победителя откинулась на спинку мягкого дивана.

– Я не могу с тобой разговаривать! Мы едем верхом, Кларас. – они остановили карету и вышли. Видимо, тоже закончились аргументы.

 

До самого приезда в столицу они не перекинулись со мной ни словом. К еде меня приглашала охрана. Но со мной никто не разговаривал. Охранники вообще косились со смесью недоверия и недоумения. На одном из охранников была рубашка с красным пятном, а я при взгляде на него выразительно терла щеку, которую так и не залечила из чувства врожденной вредности: нужно было насолить этим темным, хотя бы в мелочи.

 

В голове назойливо вертелся вопрос “зачем я в это влезла?”, вот же, лес рядом, кидаю тут пожитки и пешком домой, по лесным тропам тут пару часов переходов. Но я почему‑то упорно лезла в эту странную авантюру. Видимо выпестованное лесными ведьмами желание помогать всем живым тут дало осечку: темные, конечно, редкостные гады, но тоже живые, и им нужна помощь. Да еще и плетусь с ними в этой тряской карете: никто не прокладывал хороших дорог вне поселений темных, они им без надобности.

 

К полудню третьего дня я была готова кого‑нибудь погрызть. Прохлада ранней весны, сырость, невозможность нормально вытянутся, невозможность что‑то делать руками, откровенная скука заставляли медленно звереть. Когда Ихар открыл мне дверь кареты со словами: “Мы приехали” – я готова была его расцеловать. Потом вспомнила, что он женат, и что у него сын, вспомнила что я злобная лесная ведьма, сдержанно улыбнулась (скорее натянуто) и выпрыгнула прочь из этого пыточного приспособления. Боги, какое счастье, просто потянуться и встать на цыпочки.

– Саарда, мы в городе, здесь женщины себя так не ведут. – зашипел магистр.

– Я ведьма, мне можно! – протянула я, дотрагиваясь кончиками пальцев до носков туфель. – Счастье‑то какое… А мы где?

– Кввартал от центральной площади, здесь небольшая квартира на третьем этаже: пара комнат, кухня, умывальня. Значительно больше твоего домика. Соседи тихие, почти не шумят, за квартирой следит нанятая экономка, она же еду готовит и прибирается, пойдем, тебе понравится. – Ихар уже начал подталкивать

– Нет‑нет‑нет‑нет‑нет! – я уперлась каблуками в камни брусчатки. – Никакой квартиры, соседей, а особенно, никакой экономки!

– Что!? – похоже Ихар был раздражен больше моего.

– Либо мне предоставляют нормальные условия, либо я с… ухожу!

– Далеко же ты уйдешь в незнакомом городе… – с намеком протянул Кларас.

– Что ты хочешь, ведьма? – сквозь зубы прошипел Ихар.

– Дом, без соседей за стенкой. Желательно на отшибе. Сад возле дома. И никакой прислуги! Не терплю посторонних в своем жилище.

Ихар глубоко вдохнул.