Монстры царства стали
– Да, я.
Слова ударили ее наотмашь.
– Тварь.
Тут уже настал его черед смеяться.
– А ты всегда была неблагодарна, – он поднялся и окликнул кого‑то из коридора. – Пора закончить то, что было начато слишком давно.
– Они же были твоей семьей! – ее крик был полон боли и слабости.
Они были ее семьей. Он был ее семьей. Принцессы Канна и Диана, принцы Ронан и Дарел, королева Аделла и король Рональд.
– Отведите ее в камеру, – не оборачиваясь и не реагируя на нее, обратился Каспар к двум вошедшим в кабинет мужчинам. Судя по чертам их лиц, они были из мирийцев. Значит, ее не успели увезти далеко, пока она была без сознания. Это было уже хорошо. – Я подойду чуть позже.
Двое амбалов с легкостью ее подхватили за руки, отматывая от стула и волоча к двери. Рэйна зашипела и начала изворачиваться, а потом и вовсе укусила одного из них. Ответ на такое поведение последовал быстро: боль от удара кулаком выбила ей из легких весь воздух, собранный для крика.
Прежде, чем ее вытолкнули на лестницу и больно спустили по ступенькам, она еще раз поймала на себе взгляд Каспара.
«Я тебя убью», – читалось в ее глазах, подернутых пеленой, когда она на него посмотрела.
«Это я тебя убью, доченька», – отвечал ей взгляд Каспара.
После спуска с лестницы в подвал, Рэйна перестала ощущать свои конечности. Все ее тело превратилось в один сплошной сгусток боли. Из рассеченной губы в рот текла кровь.
Когда девушку бросили на холодный каменный пол, укрытый соломой и тряпьем, ее развязали, чтобы заковать в цепи. Решетка в камеру захлопнулась, на нее скользнул увесистый замок.
Рэйна еле‑еле лязгнула кандалами на запястьях и лодыжках в попытках встать, когда у двери возник Каспар. Он оглядел ее, немощную, и улыбнулся.
– А теперь проведем эксперимент: что быстрее тебя добьет – голод, жажда или туман? Думаю, ты прекрасно понимаешь, что камень вокруг тебя обычный. Но могу тебя сразу обрадовать: твоя камера с шумоподавляющим заклинанием. Правда, приятный сюрприз?
– Я тебя убью, – прошипела или, скорее, проскулила Рэйна, распластанная на полу.
Каспар не обратил и толики своего внимания на ее слова. И уже собирался уйти, когда ударил ее больнее, чем кто‑либо:
– Ах, и да… Отвечая на твою реплику… Мне не нужна была семья, хоть она у меня и была. А у тебя ее никогда не было и не будет. Ты никому не нужна. Ни‑ко‑му. Мне тем более. Я не твой настоящий отец. И никогда им не был.
Эти слова раздались похоронным колоколом в ее сердце. По щеке скатилась слеза.
Удаляющиеся шаги Каспара затихли. Хлопнула стальная дверь подвала.
Рэйна осталась умирать одна.
Глава 6
