Моя мачеха – ведьма
На кухню заглядывали любопытные слуги, а в окне замаячил садовник.
– Оставьте нас! – не отрывая от меня полного ярости взгляда, рявкнула Стайфа.
– Никому не двигаться с места, – твёрдо приказала я.
Повариха, которая метнулась к выходу, застыла в нерешительности. Я легко улыбнулась побледневшей от гнева Стайфе.
– Напомню, что вы гостья в этом доме и не имеете права приказывать моим слугам. Что же касается остального, вы можете легко всё прояснить, всего лишь надев это кольцо.
Когда на кузине герцога сошлись взгляды, её лицо пошло пятнами, но брать в руки украшение она не спешила. Кажется, мои подозрения были не беспочвенны, и от этого становилось противно.
Напряжение нарастало, воцарившаяся тишина казалась звенящей, а от Стайфы исходили такие волны ненависти, что в какой‑то момент мне показалось, будто она не сдержится и вот‑вот обрушит на меня свою магию. Противопоставить нападению мне будет нечего, и чем всё закончится, одна Трёхликая знала. Возможно, овдовев, Уворд всё же пожурит свою любимую кузину?
В эту минуту в кухню вбежал взволнованный Дайк.
– Я закончил! – размахивая книгой, радостно сообщил он гувернантке, а потом заметил меня. – Лалин!
И обнял так крепко, будто я всегда была его горячо любимой родственницей. Так же он поступал с отцом, но Уворд никак не реагировал на порыв ребёнка. Я же погладила мальчика по плечу и ласково заметила:
– Я тоже очень тебе рада. И мне очень жаль, что я не сдержала своё слово и не рассказала сказку на ночь.
– Ничего. – Он поднял голову, и я залюбовалась тёмными блестящими глазами ребёнка. – Взрослые редко делают то, что обещают.
– Но я очень хочу поведать тебе эту историю, – таинственно шепнула ему. – Она моя самая любимая.
– Тогда сделай это прямо сейчас! – Он потянул меня к выходу.
Я не смогла противиться его искреннему желанию провести время со мной, поэтому мысленно махнула рукой на Стайфу с её уловками и пошла за мальчиком, но в дверях столкнулась с Увордом.
Глава 18. Когда что‑то кажется, нужно убедиться, чтоб не казалось
Уворд
Ведьма тут же опустила глаза и присела в реверансе:
– Добрый день.
Затем, не поднимая головы, попыталась проскользнуть мимо герцога, но он взял девушку за руку.
– Постой. – Посмотрел на присмиревшую кузину, которая вмиг стала образцом кротости и воспитанности, и произнёс: – Я не потерплю слухов в своём доме, поэтому мы должны прояснить все недоразумения. Тай, прошу, примерь это кольцо. Если ничего не произойдёт, моя супруга при всех извинится за свои беспочвенные подозрения. Но если ты действительно пропитала зельем это украшение…
– Как ты можешь предполагать такое? – перебив его, потрясённо ахнула Стайфа. – Я магисса, а не ведьма!
– При чём здесь ведьмы? – В голосе Уворда зазвенели металлические нотки, и кузина спала с лица, начав бормотать извинения. – Довольно! Сделай это.
– Я перепутала слово, – нашлась Стайфа. – Твоя жена целительница и прекрасно владеет техникой изготовления зелий, она сама это признала. Если я надену это кольцо и что‑то произойдёт, то это будет означать лишь одно. Меня подставили!
– Я начинаю терять терпение, – холодно процедил герцог. – Тай, мне есть чем заняться, кроме как уговаривать тебя, поверь.
Кузина порывисто схватила коробочку и, нацепив украшение на палец, отбросила её. Выпрямилась напряжённо, будто натянутая струна, гордо глянула на Лалин и обречённо выдохнула:
– Вот. Довольна?
– Вполне, – держа за руку сына герцога, ответила ведьма. Внимательно вгляделась в ошеломлённое, но чистое лицо Стайфы и иронично изогнула губы. – Удивлены, что ничего не произошло? Я тоже в растерянности, что с первого раза удалось угадать, чем вы хотели меня наградить. Волдыри были, поэтому я предположила прыщи…
– Уви! – взвизгнула та и топнула в сердцах. – Уйми свою жену! Она снова обвиняет меня во всех грехах, а ведь я ничего плохого ей не сделала.
– Быстро же вы переобулись, – ровным голосом продолжила Лалин и присела в реверансе. – Прошу прощения, госпожа. Я ошибалась на ваш счёт.
Но, выпрямившись, твёрдо добавила:
– Убедительно прошу вас более не оказывать мне знаков внимания. Уверяю, что прекрасно обойдусь без подарков. – И повернулась к герцогу. – Теперь нам можно уйти?
Уворд сделал приглашающий жест, и девушка улыбнулась Дайку. Держась за руки, они бегом покинули дом, а мужчина, помедлив минуту, поддался порыву и неторопливо двинулся следом.
– Уви… – прерывающимся голосом, будто сдерживая рыдания, пролепетала Стайфа. – Я же надела кольцо, и ничего не произошло. Твоя жена обвинила меня безосновательно, да ещё и выкрутилась, будто придумала противоядие к несуществующему яду. Разве тебе нечего мне сказать?
Он обернулся и, скользнув взглядом по шушукающимся, сбившимся в стайку служанкам, ледяным тоном ответил:
– Есть. Думаю, что тебе пора возвращаться домой.
– Ты… – Она запнулась, глядя на него расширившимися глазами. – Прогоняешь меня?
– Уверен, что мой дорогой дядюшка очень соскучился по любимой дочери, – коротко усмехнулся Уворд и, заметив зло вспыхнувший взгляд кузины, примирительно добавил: – Я постараюсь освободить немного времени и помочь с делами, которые привели тебя в столицу.
И, оставив Стайфу в гневе и растерянности, покинул дом. Полагая, что Лалин с его сыном отправились на прогулку, поспешил в сад, но тут кольцо с синим камнем, что украшало указательный палец левой руки, внезапно нагрелось. Выругавшись вполголоса, герцог перешёл на бег. Артефакт мог отреагировать лишь на вторжение, и Уворд заволновался о ведьме.
Неужели Антжэ Алсей решил действовать столь безрассудно, что средь бела дня подослал убийц в дом первого советника короля? Не настолько же он глуп? Тепло, которое то нарастало, то отступало, указывало верное направление, и вскоре герцог очутился в самой отдалённой части сада. Как раз вовремя, чтобы заметить молодого человека, крадучись пробирающегося через кусты.
Уворд не стал рисковать и, призвав силу, влил её в короткое заклинание петли, которую, раскрутив над головой, ловко набросил на незнакомца. Когда сверкающая магией сиреневая нить сжала шею, возможный убийца захрипел и упал на колени, а герцог, не тратя времени, быстро спеленал его руки и ноги.
– Попался! – Удовлетворённо рассматривая получившийся кокон, он отряхнул руки. – Это было разочаровывающе просто…
