Спасти ЧАЭС: 1987. Книга 7

Погуляв немного по Красной площади и поглазев на Кремль, который я уже видел не один десяток раз, только в своем времени, сам не заметил, как выбрался на Ильинку и миновал ГУМ.

Не прошел и сотни метров, как вдруг откуда‑то сзади отчетливо услышал знакомую музыку… С каждой секундой она становилась все громче и громче!

 

 

На теплоходе музыка играет

А я одна стою на берегу

Машу рукой, аж сердце замирает

И ничего поделать не могу

 

 

Кажется, только что она была далеко‑далеко и вот рядом со мной резко остановилась вишневая Лада, в простонародье ВАЗ‑2109. Потом пригляделся, нет, все‑таки это была восьмерка. Из открытого окна весело пела быстро набирающая популярность Ольга Зарубина.

– Эй, лейтенант! – крикнули мне из салона. – Подвезти?

Увидев, как из окна выглядывает Андрюха Петров, по прозвищу Курсант, я рассмеялся. Сам капитан уже давно, а все равно охотно отзывается на Курсанта. Прилипло же к нему это прозвище еще с курсантских времен.

Я подошел, открыл дверь и плюхнулся на переднее сиденье. Андрей сделал музыку потише.

– Ну, здорова! – он протянул мне ладонь.

– Здравия, товарищ капитан! – весело ответил я. – Вот так музыка у вас!

– Слышь, прапорщик… Ты, вообще‑то, с майором уже разговариваешь! – картинно возмутился Андрей.

– Да ладно‑о! Серьезно? – приятно изумился я. Кажется, последние полгода не прошли даром.

– А то! – улыбнулся Андрей. – Неделю назад получил! А музыка – самое новье, только недавно была записана. Вспомни, как в нашу молодость под нее на дискотеках жгли! Мне тут по знакомству удалось запись достать, прямо со студии.

– Подсуетился? Это правильно… – похвалил я. – И по службе молодец, растешь. Вот это я понимаю, карьерный рост!

– Да ты еще меня обгонишь! – парировал Андрей. – Ты ж вроде теперь комитетский, человек особого статуса?

– Так! А ты откуда знаешь, что я курсы окончил? – удивленно спросил я. – Вроде при нашей последней встрече я этого не озвучивал.

– Это секретная информация! – загадочно ответил тот. – Леха, как у тебя со временем? Может, по пивку?

– Это можно! – я посмотрел на часы. – Место сам выбирай, ты у нас человек с Московской пропиской!

– Принял! – кивнул Андрей, выруливая на Большой Черкасский переулок…

 

* * *

 

За кружкой «Жигулевского» я вкратце рассказал Андрею о предложении Черненко. Большинство подробностей я, конечно же, опустил, но общая суть осталась понятна. Может, и не стоило этого делать, но я доверял Петрову как себе, ведь у нас с ним было столько всего общего. Намного больше, чем у любых других отдельно взятых людей.

– Что думаешь?

– Ну… Так с ходу и не скажешь, – выдохнул Андрей, поставив кружку на столик. – Черненко – мужик очень непростой. У меня с ним в свое время тоже дела были, пытался завербовать, но я не согласился. Ну не лежало у меня на КГБ, я в милицию хотел. А тебя, выходит, он все‑таки прогнул?

– Перестань, я не про это спрашивал.

– Ладно, ладно… Ну! Раз он обратился к тебе сам, значит, дело действительно важное. Алексей Владимирович – человек, может, и скользкий, но свое слово держит. Конечно, из кабинета взгляд на все совершенно другой, да и он с тех пор, как был капитаном, наверняка изменился… Думаю, что тебе лучше принять его предложение. Сам подумай, раз ты досрочно получил офицера, у тебя однозначно будут недоброжелатели и завистники, для которых ты как кость в горле. И пока ты не окрепнешь и не обрастешь жирком в комитете, лучше тебе быть под его крылом. Далеко пойдешь.

– А я не карьерист, – смело возразил я. – Мне все это не нужно, прошлой жизни по командировкам хватило. Где меня только не носило. С одной стороны хотелось бы сидеть в уютном кабинете, в центре Краснодара и не рисковать лишний раз. С первых дней, как я очнулся в Союзе, я был одержим только одной целью – спасти ЧАЭС. Ну, она спасена. Пора бы уже осадить коней и потихоньку жить как нормальный человек. Но с другой стороны, я ведь не такой. Бумажная волокита не для меня, я воин, а не библиотекарь – папки с места на место перекладывать. И все же Афганистан – это серьезно. Там война идет, а дело, в котором мне предложили участвовать, может пойти совсем не по тому сценарию, о котором говорит Черненко. Ты же знаешь, как оно бывает.

– Ну да, – согласился Курсант. – Только вон, из пивнухи выйти можно и в луже утонуть. Поскользнулся, лбом в асфальт и лежи пузыри пускай. Дерьмо может настигнуть нас где угодно. Нам ли не знать.

Я задумчиво кивнул.

Он был прав.

Конечно же, я для себя все решил, но для самоуспокоения решил проконсультироваться с другом. Мы оба попаданцы в СССР, оба воспользовались своими знаниями не нестандартным образом. Оба участвовали в предотвращении Чернобыльской катастрофы, у обоих нелегкая судьба. Ни он, ни я не стали миллионерами, не рвались в политику.

– Как жена, как дети? – я решил немного сменить направление. – Как Светлана Валерьевна?

– Все хорошо. Не жена она, по службе не положено. Отношения наши мы узаконить не можем, сам знаешь. Либо кому‑то из нас увольняться, либо разбегаться. Ну или оставить все как есть и жить дальше. Ну а про детей пока никак… Кстати, у тебя же вроде сын родился?

– Все‑то ты знаешь.

– Работа такая. Поздравляю, Леха! Зря времени не теряешь!

Мы чокнулись.

– Ну а ваша межведомственная спецгруппа еще существует?

– А что же с ней сделается? – он залпом допил остатки. – Лучшая в Союзе, уже какой год. Пока всех маньяков в Союзе не переловим, не успокоимся.

Оба рассмеялись. Заказали еще по одной.

– Над чем сейчас работаете?

– Пока тихо. Никита Егорович даже заскучал.