Небесная река

– По договору с павами мы получили чертову прорву обработанного сырья, и поэтому можем очень‑очень долго не останавливаться. Создадим достаточные внутренние производственные мощности, чтобы штамповать корабли «Парадиз», как на конвейере. Посадим на них ИМИ, как Бобы сделали в битве за Терру, и выпустим их во всех системах, мимо которых будем пролетать.

– И будем управлять ими удаленно?

– Да, Нил. Это называется «делегировать полномочия».

– Или «лениться». А как же колония?

– Если мы отправим управляемые ИМИ корабли вперед, то будем знать, есть ли в системе подходящая планета‑кандидат. Если такая найдется, мы остановимся и построим колонию.

– А затем полетим дальше? Это очень похоже на план Икара и Дедала.

– По крайней мере мы будем что‑то делать. Я уже устал быть музейным экспонатом.

– Это не худшая из твоих идей. Давай обсудим ее с людьми из «Всегда вперед».

Кивнув Нилу, я начал писать письмо – и впервые за очень долгое время снова почувствовал волнение.

 

11

Взлом

 

Боб. Октябрь 2333 г. Окрестности Эты Зайца

Ни один план не переживает контакта с врагом.

Ну ладно, снарки не были врагом, но в том сценарии, по которому мы действовали, они являлись нашим противником. И нашу трансляцию, вероятно, смотрела половина Бобов, которые находились в зоне БобНета.

– Ко входу направляется выводок буджумов, – сказал Билл.

– Разве это «выводок»? – спросил кто‑то по каналу внутренней связи. – Может, «стая»?

– И чем это лучше? В любом случае…

Спор завирусился, и вскоре возник отдельный канал, в котором обсуждали только то, как нужно называть сборище буджумов. А может, буджей – вопрос о множественном числе стал темой для отдельной дискуссии. Я недоверчиво покачал головой и усмехнулся. Не знаю, существует ли репликативный дрейф или нет, но черты Изначального Боба по‑прежнему были очень даже заметны у постсингулярных репликантов из этого выводка. А может, стада. Или стаи.

Когда обсуждение названия докатилось до более эзотерических варинтов, к системе связи подключился Билл:

– Баллистическая траектория выбрана. Мы сможем подплыть прямо ко входу и сесть на пару из них, практически не меняя вектор.

– Если исходить из того, что именно сегодня они не изменят распорядок – просто так, для смеха.

– Я почти уверен, что буджумы – какой‑то эквивалент ИМИ, – ответил Билл. – Они не демонстрируют вообще никакой вариативности. Действуют строго по программе.

Группа замаскированных беспилотников подошла к буджумам на расстояние в десяток метров. Мы затихли; прекратилась даже дискуссия по поводу названий.

Беспилотники проплыли последние метры, внесли крошечные поправки в курс, и… есть контакт. Неоптимизированная схема буджумов позволила небольшим беспилотникам устроиться внутри корпусов‑«скелетов» так, чтобы не торчать наружу. Если в комплексе есть автоматизированная система безопасности, то весьма вероятно, что часть ее стратегии заключается в распознавании силуэтов.

– Ну что, похоже, мы добились успеха, – сказал Билл.

– Обмен данными есть? – спросил Уилл.

Я повернулся на голос – появления Уилла я не почувствовал. Но затем я вспомнил, что нахожусь в ВР совета и что канал мониторинга мне не принадлежит.

– Только радио. – Я указал на окно с данными. – Информация в пакетах, и она либо сжата, либо зашифрована, либо и то и другое сразу. Мы предположительно идентифицировали поля конверта и управления, но у нас не хватает контекста, чтобы их подделать – даже если предположить, что нам удастся изобрести адрес, похожий на настоящий, и полезную информацию.

– Но никаких УППСов?

– Ни одного. – Я покачал головой. – Мы привыкли… ну в прошлом мы привыкли к тому, что у всех на Земле одинаковые технологии, но кто знает, насколько это вызвано тем, что люди делились знаниями…

– Или крали их.

Я с улыбкой кивнул, признавая его правоту.

– Ну да, ДУЛО и все такое. Но у Других было то, чего не было у нас, и наоборот.

– И даже бразильцы обладали особой технологией маскировки.

Я пожал плечами и позволил паузе затянуться.

– Ну да, но вернемся к теме разговора. Буджумы, похоже, соответствуют этой закономерности: в чем‑то они более продвинуты, в чем‑то – менее. Похоже, что у изолированной расы развитие технологий не является неизбежным процессом.

– Они заходят, – сказал Гарфилд, прерывая наш разговор.

И точно: я так увлекся спором с Уиллом, что забыл про главное событие. Ух, ты. Вот оно, старческое слабоумие.

Поскольку объект представлял собой цилиндр радиусом пятьдесят шесть миль, с малой дистанции его внешняя оболочка выглядела как плоская стена. Прямо перед буджумами открылась дверь огромного космического дока. Огромные армированные двери, похоже, предназначались только для аварийных ситуаций; мы еще ни разу не видели, чтобы они двигались. Буджумы заплыли внутрь; маленькие струйные рули время от времени попыхивали, внося поправки в индивидуальные векторы. Постепенно аппараты зашли в грузовые отсеки, предназначенные специально для них. Их встретила целая армия маленьких роботов‑техников.

После долгих споров и дискуссий мы выбрали стратегию «действовать по обстоятельствам». По‑моему, это было не лучшее наше решение. Лучшее предложение заключалось в том, чтобы свалить сразу после стыковки – до того, как буджумы подвергнутся осмотру.

Мы уже изучили полученные сканы и, в общем, представляли себе, что нас может ждать, но уровень риска оставался довольно высоким. Несмотря на наличие камуфлирующей технологии, на такой малой дистанции беспилотники были видны – типа, видны невооруженным глазом. Если какой‑то робот‑техник решит взглянуть повнимательнее, наш обман будет раскрыт.

Космический док оказался длинным, но он не очень глубоко проникал во внешнюю оболочку. Он состоял из большого числа отсеков для буджумов, около трети из которых уже были заняты. В отсеках другой конфигурации стояли другие корабли непонятного предназначения.

И посреди всего этого небольшие роботы шныряли туда‑сюда по всем доступным поверхностям, выполняя самые разные виды работ. В целом, от увиденного возникало ощущение организованного хаоса.