Одержимые

Влад несколько раз нажал ручку, раздался жужжащий звук вращающегося механизма, и лестницу осветил неяркий, но все‑таки луч.

– Так себе, – покачал головой я. – В безопасной обстановке пригодится, а вот спускаться и на весь подвал жужжать… Не уверен.

– Если бы там сидел одержимый, он бы уже выскочил, – Колян отобрал у друга фонарик и, изо всех сил нажимая ручку, пытался разглядеть, что нас ждет внизу.

– Если так уверен – первый иди, а я храбро за тобой, и буду освещать тебе путь.

– Пусть Шизоид освещает, а ты храбро с арбалетом прикрывай.

– Договорились.

Молот отдал фонарь, выставил перед собой меч и, несколько раз вздохнув, поставил ногу на первую ступеньку.

 

Глава 3

 

Колян первым ступил на бетонный пол подвала и, сделав еще несколько шагов, замер. Я, не опуская арбалета, расположился за его спиной, а Влад, стоя на лестнице, без устали давил на ручку фонаря. Пульсирующий луч, дергаясь, скакал по двадцатиметровой комнате, лежащим на стеллажах инструментах и разбросанному повсюду хозяйственному хламу.

А еще здесь были две закрытые двери, и именно из‑за одной из них раздавалось рычание, и, когда мы спустились, оно стало гораздо громче и яростнее.

– Странно, что оно на дверь не бросается, – пробормотал Колян.

– Ага, – я подошел к стеллажам, изучая предоставленный ассортимент и уже считая его своим. – А еще, похоже, что их там двое. Короче. Дверь на нас открывается, так что быстро сваливаем все тяжелое барахло так, чтоб, если кто‑то вдруг ее с той стороны толкнет, она приоткрылась, но недостаточно, чтобы этот кто‑то в нее пролез.

– Да давай просто этот стеллаж подтащим.

– Давай.

Втроем справились быстро, и для верности накидали на полки все тяжелое, что нашли.

– Ужас, ты мочи. Я танкую обычно, так что и так убивать буду. А Шизоида качай‑не качай, все равно до лета не доживет…

– Э‑э, не каркай!

Логика в словах Коляна присутствовала, и мне осталось только выбрать оружие, ведь с большой долей вероятности, если до следующего левелапа я убью нескольких врагов одним и тем же, я улучшу навык его владения. Меч – колюще‑рубящее, бита, вероятно, даст что‑то типа дробящего, топор – рубящее, вилы – колющее. Навык стрельбы у меня уже второго уровня, и скорее всего дальше он будет качаться медленнее.

Самым логичным кажется качать мечи и копья. Первым удобнее рубить головы, вторыми держать врага на дистанции. Начну, пожалуй, со второго, тем более неизвестно, кто там сейчас выскочит, мало ли его размер будет меньше, и он пролезет сквозь узкую щель.

– Влад, дай вилы и вставай сюда. Молот, здесь стой, и, если все‑таки начнет выбираться – руби. – Давай!

Колян нажал ручку двери и поднял меч. Ничего не произошло. Он повторил, уже увереннее потянув на себя.

– Заперто, мля!

– Там в двери связка ключей торчала! Шизоид, метнись! Фонарь только оставь, там луч с улицы видно будет.

Мы напряженно прислушивались – Влад взбежал по ступеням, потом раздался звон, и вскоре друг снова появился на лестнице.

Нужный ключ нашелся быстро.

– Понеслась!

Колян снова нажал на ручку, и в этот раз дверь медленно стала открываться. Бешеное рычание и хрипы наполнили подвал. Я сжал в дрожащих от напряжения руках вилы и ждал резкого, как в фильмах ужасов, появления смертоносной твари.

Прошло десять секунд. Прыгающий луч фонаря проникал сквозь щель, освещая небольшой кусок пола и противоположной стены. Пугающие звуки не затихали, но те, кто их издавал, не появлялись.

– Ну что там? – спросил Колян.

Он прошептал это едва слышно, но мы с Владом одновременно отпрыгнули и чудом не столкнулись.

– Сорян… Отсюда не видно просто…

– На! – Влад протянул другу фонарь.

Тот не стал спорить и, направив луч в заблокированное помещение, подошел вплотную к двери…

– Еб. ть… – через секунду выдохнул он и обернулся к нам. – А дядю Ваню‑то мы, похоже, не зря завалили. Это можно убирать.

Он указал на стеллаж и, не дожидаясь нашей помощи, немного сдвинул его так, чтобы мы могли войти.

Я взял фонарь и осветил пространство вытянутой комнаты.

Вот ведь сука!

Моему взору предстал типичный подвал похитителя. Два грязных матраса. На них, прикованные толстенными цепями к бетонной стене, бьются и рвутся ко мне две голые одержимые, совсем недавно бывшие девушками‑рабынями пожилого маньяка. Кроме этого, в помещении только грязная пластиковая посуда.

– А цепи выдержат? – тихо произнес заглядывающий через мое плечо Влад.

– Такие медведя выдержат, – успокоил его Колян. – Давай, Ужас, это по твоей части, ты ж любил такое в своих книгах описывать.

Описывать, зная, что это неправда, и видеть вживую – разные вещи, но Колян прав, время идет, а у нас еще куча дел. Все происходящее мерзко и страшно, но это халявная «энергия жизни» и два зеленых артефакта.

– Давай меч, вилами тут можно долго ковыряться, заодно проведем эксперимент, девчонки, вы уж меня извините…

Благодаря цепям руки не представляли угрозы, и я, замахнувшись, вонзил меч в грудь ближайшей одержимой. Туда, где раньше билось сердце. А может и сейчас бьется, и нужно выяснить – можно ли убить обращенного, не повреждая ему голову.

Я повторил процедуру со второй жертвой маньяка.

– Перекусим, пока ждем? – буркнул Колян, стараясь скрыть за черным юмором страх.

– Вообще, будь у нас время, так и стоило бы сделать…

Из ран одержимых широкими струями текла потемневшая кровь. Они замедлились и слабели, но все еще продолжали рваться к нам.

– Похоже, убить можно, но перед смертью они успеют разорвать убийцу, – подвел итог я и двумя взмахами меча закончил страдания обращенных.

– Апнулся?