Отделенные

В маленькой, но вполне уютной комнатке царил хаос. На полузастеленной кровати лежала одежда, на столике – ворох бумаг и стопки книг, небольшой шкафчик у двери был забит полностью: дверца не закрывалась, наружу вылезали тряпки. На тумбочке у кровати стояло множество маленьких склянок, от мешанины их запахов Фар чихнул.

– Простите за беспорядок. – Мильхэ прошла к столу и прикрыла книги. – Придется, наверное, вам устроиться на полу.

Фаргрен даже поразился: как у нее получается извиняться и приглашать сесть с такими морозящими интонациями? Проходите, замерзайте, подыхайте и катитесь отсюда в Чащи!

Покопавшись в своем рюкзаке, Мильхэ достала синий сверток. Внутри обнаружился невзрачного вида мешок, и товарищи принялись вытаскивать на свет содержимое. Его получилось много – мешок оказался с сюрпризом! Очень приятным. Унат‑хаарские поделки высоко ценились, особенно сумки‑рюкзаки: в них можно было положить больше, чем они должны вмещать.

– Ого! – воскликнул Рейт. – Смотри!

Он передал брату большой фиолетовый кисет, и тот, заглянув внутрь, присвистнул:

– Паралички! Раскошелились для нас… А там, должно быть, отравки. – Лорин потянулся к темно‑зеленому мешку и встряхнул его в руке. – На вес не меньше сотни.

Таких кисетов с наконечниками для стрел нашлось не по одному. Хмурый Геррет повертел в руках небольшие цилиндры.

– Дымовухи, – хмыкнул он и снова заглянул в мешок, – много.

Рейт и Лорин веселились, как скорпикошки, нажравшиеся жгучелиста: кроме всего прочего, их обеспечили запасом тетив и древков. Геррет с невнятным возгласом сцапал полупрозрачный кисет с несколькими оранжевыми шариками внутри. Мильхэ взяла себе мешочек с бело‑голубыми, и на секунду ледышка дала трещину: на ее лице мелькнуло явное удовольствие.

«И тебя растопить можно, да?» – подумал Фар и спросил:

– Что это?

– Драконья атака, – ответил Геррет.

– Серьезно?

О «драконьей атаке» слышали все, но мало кто видел вживую эти генасские снаряды. Они скрывали в себе огромную мощь: даже самый слабый прием – воды, огня, воздуха или земли – превращал маленькую фигульку в поток стихии, сравнимый по силе с драконьим. Стоили эти крошки очень дорого.

Многое из снаряжения предназначалось для защиты и лечения: охранки, средства для перевязок, разные снадобья. Приделать оторванную голову или выдранное сердце на место они, конечно, не могли. А жаль: Фара уже одолевали догадки о том, что их ждет.

– Маатар меня сожги, если это не для того, о чем я думаю, – пробурчал Геррет.

– Для Тварей, – выразила общую мысль ледяная статуя в форме эльфийки.

Точнее не скажешь. Именно такое снаряжение было в ходу на Темном Тракте и в Чащах. Сталкиваясь с Тварями, никто не пытался справиться с ними чисто в лоб. Обездвижить, ослабить и только потом убить. А лучше слинять, если можно.

– Исследовательская экспедиция, да? – Голос Геррета сочился ядом. – А не наши ли кишки предполагаются в качестве объекта исследования?

По мнению Фаргрена, это был закономерный вопрос. И за ним сразу же следовал другой: кто будет исследователем? Твари? Или все‑таки орки?

Фаргрену еще подумалось, что заказчик очень богат: так много снаряжения прислал. Слишком много – на Тракт столько не берут. Или кто‑то не очень разбирается в чащобных походах, или… кому‑то и правда выпадет шанс как следует изучить свежие наемничьи потрошки.

Но ведь их посылают на север, в орочьи земли!

– Очень вдохновляет, – буркнул Геррет, глядя на доставшиеся им сокровища.

 

* * *

 

Выйдя следующим утром на пока еще тихую улицу, Фар поежился – дул не слишком приятный ветер, и в волчьей шкуре было бы гораздо теплее.

У Таверны его ждали товарищи. Сегодня все выглядели по‑другому. Геррет и близнецы – и сам Фар – облачились в любимый всеми чащобниками доспех: из стальных пластин, нашитых на кожу и покрытых ею же. Вот только у всех доспехи были хоть добротные и подогнанные по фигуре, но обычные, а у коротышки на каждой заклепке красовался крохотный символ Айсена. И выглядело все новехоньким!

Остальное облачение припрятали в дорожные мешки – достанут, когда до границы станет совсем близко.

– Кольчуги брали? – спросил Геррет, когда они уже шли к конюшням. – Весь вечер мучился, взять или нет. Но взял.

– Мы тоже, – ответил Лорин. – Мало ли.

И Фаргрен взял, но сомнения Геррета он понимал: на Темный Тракт вооружались как следует, а вот на другие походы в Чащи кольчуги не брали. Слишком уж они шумные, а шуметь в Чащах – смерти подобно. Но если придется с орками столкнуться… И хотя таскать зря лишние тяжести приятного мало, лучше уж так, чем пасть смертью глупых из‑за недостатка защиты.

– Переложите потом в мешок от заказчика, – проледенила Мильхэ.

Увидеть, что надела она, не получалось из‑за плаща, но Фару показалось, будто эльфийка стала чуть толще.

Пока они шли, Всесвет, окутанный утренней дымкой, потихоньку просыпался. Появлялись первые прохожие, открывались ставни на окнах. Сейчас город выглядел совсем по‑другому, не так, как днем. Жаль, и в этот раз не удалось задержаться подольше. А может, после задания провести здесь недельку? И потом – в Айсен!

Внезапно почувствовался волчий запах. Тот же, что вчера, совсем свежий… И ведущий в ту же сторону, куда они шли.

После очередного поворота по улице Фаргрен обрадовался – след не пропал. Знакомый запах будоражил память – кто это может быть? Фар даже подумывал сказать товарищам, чтобы те подождали его у конюшен, а самому пойти по следу – очень уж хотелось увидеть, какой такой неожиданный гость пожаловал с севера. Но когда отряд снова свернул, впереди оказался высокий светловолосый мужчина. Запах тянулся именно за ним. Едва Фаргрен понял это, как незнакомец обернулся, смерил его взглядом, осмотрел остальных. И снова уставился на Фара. Потом кивнул в сторону небольшого переулка и направился туда.

– Я вас догоню, – сказал Фар остальным, последовал за оборотнем, и только когда они отошли подальше, заговорил: – Не ожидал встретить раатанца здесь.

– Я, кажется, знаю тебя. Фаргрен, да?

Неужели его еще помнят?

– Ага. А ты?