Пиковый туз: Часы Апокалипсиса

– Лучше сразу – к Холму Славы.

Дориан открыл портал. Первой вошла Рэм, затем Кларк и Дитхейн, а Туз завершил путь, закрыв за собой портал. Через мгновенье друзья очутились возле Холма Славы, ярко освещенный большой английской луной.

– Ну как, все целы?

– Вроде, да. Спасибо, дорогой. Раньше я и сама с трудом перемещалась через портал, а теперь уже и с конём смогла. – Рэм нежно поцеловала мужа.

Все снова сели на своих коней, и уже в полночь вошли в деревню, где их встретил староста селения.

– Доброй ночи, путники. Я – староста этой деревни. Позвольте узнать, куда путь держите? Может, помощь нужна?

– Здравствуйте. Мы ищем монастырь.

– Вы очередные самозванцы?

– Вы о чём, простите?

– Да у нас в монастыре умер монах, и…

– Да, мы знаем. Мы его племянники. Вот, Глава Монастыря прислал нам послание.

– Разрешите взглянуть.

– Пожалуйста. – Дориан, спрыгнув с коня, передал старосте свиток. Мужчина, пробежав глазами текст, взглянул на Дориана.

– И кто из Вас Ритоллета и Феликс?

– Это мы. – Дориан и Рэм сказали в один голос. У них была отличная ментальная связь, что естественно для супружеской пары, и это часто им помогало в подобных ситуациях.

– Хорошо. Я рад, что Вы приехали. У нас уже около двадцати самозванцев было. Идёмте, я отведу Вас в монастырь.

Массивные врата монастыря распахнулись, и все вошли во двор. Тут же им навстречу вышел низкого роста старик в широкой длинной рясе.

– Отец. … Здравствуйте. Вот, к нам пожаловали Ритоллета и Феликс.

– Здравствуйте. Позвольте для начала на документ взглянуть?

– Да, конечно. – Дориан протянул мужчине свиток. Прочитав его, и удостоверившись в подлинности родства, монах произнёс:

– Я рад, что Вы приехали. Мне очень жаль, что Ваш дядя скончался, но я надеюсь, что он попал в лучший мир.

– Мы тоже надеемся. Мир праху его. Мы довольно давно его не видели.

– Вы, скорее всего, устали с дороги? Мы можем дать Вам ночлег с едой.

– Да, мы будем признательны.

Стол в монастыре был беден, но и этого хватило странникам, чтобы утолить голод. На столе была рыба из своего местного пруда, который находился за монастырем, хлеб из своей небольшой пекарни, в которой трудились женщины, похлебка. Члены колдовской компании питались всегда по‑разному – от краюхи пресной лепешки, до пышных пиров, которые ломились от молочных поросят, заморских фруктов и мясных деликатесов. Но всегда с благодарностью принимали любую пищу, вне зависимости от своей принадлежности – в них была человечность и некая простота. Проведя остаток ночи на жёстких деревянных койках, друзья проснулись с первыми лучами редкого английского солнца. Спустившись к главе монастыря, Дориан обратился к нему:

– Можем ли мы забрать книги дяди?

– Конечно. А Вы что, спешите куда‑то?

– Да, у нас много ещё дел.

– Ну, хорошо. Идёмте, я покажу Вам его келью.

На третьем этаже монастыря, в глухом коридоре, незаметно, и как‑то скромно, в стороне, была небольшая дверь. Возле неё стояло двое мужчин с копьями – они охраняли келью.

– Вот, проходите. Можете забирать всё, что тут имеется – всё равно было бы всё сожжено или передано в библиотеку, а они сами бы решили дальнейшую судьбу этих вещей, думаю, ценность в них есть, раз было столько самозванцев. Так что Вы вовремя прибыли.

Дориан и Рэм вошли в келью, и начали осматриваться.

– Простите, Феликс. Это Ваши друзья?

– Да. Это наши друзья.

– Хорошо. Вы тоже можете войти.

Друзья вошли в маленькую келью, и, закрыв дверь, тоже начали осматриваться. В келье стояла деревянная койка, небольшой стол и стул. А в углу, куда не попадали лучи света из небольшого окна, стоял массивный сундук.

– Друзья, давайте, что бы ни было путаницы, я сам буду всё осматривать, и, если что‑то интересное будет, то я Вам давать буду.

Друзья молча согласились.

 

Дориан, раскрыв сундук, стал рыться в нём. Сверху лежали книги и свитки про конец света – но это была либо художественная литература, либо обычное бумагомарательство, и, поэтому, эти книги убирались в сторону – за ненадобностью. Далее уже были какие‑то рукописи, которых было очень много, но кратко осмотрев их глазами, Дориан убрал их – там были лишь непонятные мысли. На самом дне находилось три ящика. В одном из них были личные нательные вещи монаха, которые уж точно не были нужны друзьям. А вот два других ящика были интересны. В одном находились какие‑то камни, драгоценности, сплавы из железа, клинок, и прочие подобные штучки, которые вызвали бурный интерес лишь у ведьмака. Самый последний ящик был наполнен рукописями монаха – это были его дневники. Просмотрев пару записей, Дориан поставил ящик на стол.

– Так, это мы точно забираем.

– Всё? Это и все ценности? – фыркнула Рэм, сложив руки на груди в знак негодования.

– Вроде. Если тут только нет тайников.

Осмотрев, и «прощупав» келью, друзья не обнаружили тайников. С одной стороны их это радовало, а с другой – не очень. Как раз в это время в келью вошёл глава монастыря.

– Ну, как успехи?

– Всё хорошо. У дяди много книг, но мы взяли лишь вещи, передающиеся по поколениям – это реликвии семьи.

– Да, конечно, я понимаю. А что касается Вашего дяди… то, знаете. … Хотя ладно, это неважно.

– Нет, скажите. – Дориан хотел знать больше о почившем монахе, но узнавать информацию нужно было осторожно, дабы не бросить на свою излишнюю любознательность тень сомнения и подозрений. Проблемы друзьям были не к чему.

– Дело в том, что Мартин, в последнее время, кажется, стал сходить немного с ума.

– С чего Вы взяли? Он делал плохие вещи?

– Понимаете, у него появились какие‑то новые знакомые, он стал что‑то много писать, да и в молитвах мог проводить по несколько суток. Так что, большое количество записей всё объясняет…. Но, я ничего не имел против Вашего дяди. Всё объясняется его возрастом – ему же было уже почти сто лет, а это, как известно, в наше время – редкое явление.

– В нашей семье все предки – долгожители. – сказал, не подумав, Дориан, и, кстати говоря, попал в точку.