Последняя из рода Дариан. Книга 2. Лабиринт
Я похлопала его по щеке и направилась к двери, где на моих глазах исчезли остатки штанов. Поджала губы, чтобы не обратиться к ненасытному воюну вслух и не отчитать его при обездвиженных, но все отлично понимающих парнях. Вышла.
«Человек, я не показал себя», – довольно отозвался в моей голове зверек.
«Да, да», – вздохнула я, не представляя, правильно ли будет отругать его за непослушание. Маленький, может посыл не понять.
«Ты злишься?»
«Я думаю, как поступить. Ты нарушил обещание».
«Но я защищал тебя! Мой человек, тебе руки хотели оторвать, но я не позволил. И колдовство почти не применял. Человек?»
«Что?» – нахмурилась я, быстро шагая к выходу из академии.
На пути попадались студенты, взволнованные приездом участников турнира и предстоящим балом, перемещающиеся группками и поодиночке. Стоящие возле окон, статуй птиц, даже просто посреди коридора. Улыбчивые, с прижатыми к груди книгами, задумчивые, спешащие куда‑то по своим делам.
Никто не знал о покушении на мою честь. Возможно, они не догадывались о кабинете на втором этаже, за дверью которого бесчувственной куклой висел принц с такими же тремя одногруппниками. Наверное, еще не слышали об открытии Лабиринта.
«Мой человек, – теперь уже жалостливо позвал воюн своим детским голоском, – ты злишься из‑за кучи тряпочек? Но она выглядела одиноко. И этим человекам одежда была не нужна, так бы ты не положила ее возле двери. Вынести хотела, да? Я помочь хотел. Человек?»
«Мм?»
«Я все сделал правильно?»
«В следующий раз спрашивай разрешение».
«Даже когда тебе пытаются оторвать руки и ноги?»
«Да», – кивнула я и посмотрела на главную лестницу, ведущую на второй этаж.
Нет, дело не в Шае. Мне просто захотелось узнать у Зианы подробности о случае шестнадцатилетней давности. Нужно подняться, свернуть влево… Влево, я сказала!
Ноги сами понесли меня в другую сторону. Внутри гулко стучало сердце от вновь разгорающейся тревоги. Я ведь недавно подходила к той двери, смотрела издалека, а потом наткнулась на Марола с его дружками. Так зачем снова шла туда же? Убедив себя развернуться, направилась к студенческому крылу и довольно быстро добралась до комнаты природницы.
«Мой человек, – напомнил о себе зверек, – а если ты будешь спать?»
«Тогда буди».
«И даже когда будешь есть? Когда я ем, то не люблю отвлекаться».
«Всегда спрашивай».
«А если со своим человеком снова будешь энергией обмениваться?»
«Ты подглядывал?»
«Нет, просто смотрел», – ох уж этот наполненный детской непосредственностью голос.
«В подобной ситуации отворачивайся».
«Но если на тебя нападут? Я же должен тебя защитить. А как мне тебя защитить, если не вижу. Нет, я всегда должен смотреть».
Я занесла руку для стука, сомневаясь, не рано ли пришла. Вдруг девушка еще не оправилась от встречи с Геордом в столовой и до сих пор в расстроенных чувствах? Однако сколько можно медлить? Я дождалась ответа и вошла, мысленно добавив воюну:
«Всегда, что бы ни хотел сделать, спрашивай, понял?»
«Хорошо, мой человек. И даже если лизнуть вот этот кусок дерева захочу?»
«Да».
– Зиана, у меня возник вопрос, – сказала я с порога.
«Я хочу».
«Что ты хочешь?».
«Лизнуть это дерево. Оно, наверное, очень вкусное, не убегает от меня. Можно?»
«Нет».
– О, Ами, – природница выглянула из гардероба с платьем в руках. – Ты вовремя. Я кое‑что тебе подобрала.
– Но я еще ни на что не согласилась.
– Ничего, оно все равно будет висеть без дела, а так хоть пригодится.
– Зиана, я хотела поговорить о другом.
«Тут наножники стоят, их лизнуть можно?»
«Нано… что?»
«Вы на ноги их насовываете».
«Нельзя!»
«Жаль», – вздохнул в моей голове воюн.
– Ты заходи, не стой в дверях. Как тебе, нравится?
Голубое платье выглядело легким‑легким, словно облако. Без бретелей, с открытыми плечами и узким лифом. На поясе начинались серебристые нити узора, они четкими линиями уходили к подолу и расцветали великолепным цветком. Я даже представить себя в таком великолепии не могла. Это было слишком.
– Зиана, ты сказала, что твои родители встретились во время пропажи предыдущего правителя, но это было шестнадцать лет назад. Сколько тебе тогда? – решила я сначала поговорить о более важном.
Она печально улыбнулась, тоже глядя на платье. Поджав губы, положила его на кровать и подтолкнула меня к нему.
– Папа овдовел за год до их встречи. Да‑да, мама мне не родная, но тем не менее очень любима. Это она купила платье в качестве подарка на поступление в Нааринскую академию. Я ни разу не надевала его. Берегла как раз для подобного случая.
– Тогда я точно не могу, – замотала я головой.
– Ами, хоть одна из нас должна это сделать. На балу в честь открытия турнира может случиться что угодно. Поговаривают, после подобных событий образовывается много счастливых пар. Сама атмосфера к тому располагает. Когда еще появится возможность показаться перед одногруппниками не в студенческой форме? Сияющей, красивой. Только представь: ты спускаешься по лестнице, на тебя все смотрят с восхищением. Не узнают. Приглашают на танец, ручку целуют.
Огоньки в ее глазах померкли. Улыбка медленно сползла с лица.
– Ты должна пойти, а не я.
