Председатель-3
Тем временем, песня сменилась на какую‑то из репертуара Эдуарда Хиля, и мы просто покатились по катку под его приятный баритон.
– Честно сказать, не ожидал встретить вас здесь. Насколько я знаю, ваша семья живёт в Ульяново, а друзья там же или в Москве. Почему вы не поехали домой? – спросил я у неё, – ведь Новый Год принято отмечать в кругу близких.
Мария на секунду погрустнела, так что я даже пожалел о своём вопросе.
– Я хотела, но просто… тут у нас телёнок сильно заболел, и мне хотелось лично проследить за его состоянием. Собственно, ещё полчаса и я снова пойду его проверить. Вроде бы идёт на поправку, но пока нужно много ухода.
Ну вот опять. Я с одной стороны вроде бы и радовался, что в нашем колхозе такой ответственный и неравнодушный ветеринар. Но с другой стороны, жалко смотреть, как молодая привлекательная женщина с головой уходит в работу, отказывая себе во всём.
– Что ж, давайте тогда я вас сам отвезу в Ульяново? Конечно, когда за телёнка можно будет не волноваться.
– Ну что вы, – засмущалась Мария, – у вас у самих дел много, да поважнее моих. Я и сама могу поехать, если нужно. Не стоит вам время на такие глупости тратить.
– А может я хочу, – неожиданно для самого себя, ответил я, – а давайте вообще там в кино сходим? Может и для нашей колхозной фильмотеки новые киноленты выберем.
Мария замолчала, опустив взгляд, и какое‑то время мы просто катились рядом. За эти долгие минуты я даже успел немного понервничать. Неужели я поспешил и выставил себя дураком?
Но, в конце концов, она подняла на меня взгляд и решительно сказала:
– Тогда давайте на следующей неделе выберем день.
– Отлично, – улыбнулся я.
Настроение сразу поползло вверх, и улыбка с моего лица этой ночью уже не сходила. Правда из‑за холода, мы покатались ещё лишь под пару песен, а затем я сначала отвёз Лукину домой, а потом и самого себя.
* * *
Я боялся, что Мария даст заднюю и просто не придёт ко мне договариваться о дате, но она поступила честно. И, как только телёнок перестал требовать неусыпного внимания, тут же сама меня нашла, хотя долго задерживаться не стала. Мы просто согласовали её выходной в день, когда у меня не было никаких важных дел.
И вот он уже и наступил. Вчера снова прошёл снег, но я надеялся, что это не помешает нам с Марией добраться до Ульянова. Во всяком случае я ждал этого дня и твёрдо собирался выполнить своё обещание.
Девушка пыталась держаться как ни в чём ни бывало, но я видел, что она смущается. Чтобы не ехать в тишине и не болтать без умолку самому, я попытался вывести её на диалог.
– Мария Никаноровна, раз уж мы едем в кино, может быть у вас есть на примете фильм последних лет, которого нет у нас в клубе, но вам бы хотелось посмотреть?
Она задумалась, но вскоре ответила:
– Да, пожалуй, что есть. Кажется, в позапрошлом году вышел фантастический фильм. Солярис. Может, вы тоже слышали? Я хотела сходить в кино, но учёба…
Я понимающе кивнул и спросил:
– Да я знаю этот фильм. А вам нравится фантастика?
– Я люблю космос и всё, что с ним связано.
Меня её ответ удивил и обрадовал. А то иногда казалось, что её только работа и волнует. Овцы и коровы. Любовь к животным это прекрасно. Но должно быть и что‑то ещё. Эх, даже жаль, что я не могу рассказать ей всё что знаю про космос сам. Разве что в виде сказки.
Однако, Мария явно расслабилась, и дальше разговор протекал интересно. Оказалось, что она читает много фантастики и знает почти всех советских авторов этих лет в данном направлении.
Наш непринужденный разговор прервался, когда я понял, что на заснеженной дороге передо мной, что‑то есть. Какое‑то маленькое чёрное пятно. Я снизил скорость и поехал уже внимательней вглядываясь и стараясь рассмотреть его получше.
Глава 6
– Это щенок! – вскрикнула Мария, когда мы подъехали чуть ближе, – бедненький! Нужно срочно ему помочь!
Дабы не испугать его, мы не стали подъезжать вплотную. Не успел я окончательно остановиться, как девушка открыла дверь и выбежала прочь из автомобиля. В этом вся наша Мария. Я вышел следом.
– Он живой! Живой! – она расстегнула верхнюю одежду и прижала щенка поближе к телу, стараясь заботливо укутать его в своё тёплое пальто, – кто же мог тебя здесь оставить?
Я осмотрелся и заметил свежие следы шин. Судя по их виду, кто‑то приехал сюда прямо из Калуги или другого населённого пункта по пути, затем развернулся и уехал назад, видимо намеренно оставив щенка здесь, на морозе. Вот только зачем? Неужто так жестоко от подарка новогоднего избавиться захотели? Странные люди, более чем уверен, что щенка с удовольствием кто‑нибудь забрал бы и без подобного издевательства над животным.
Свои мысли я оставил при себе, не стал разочаровывать довольно чувствительную девушку, уж больно близко она принимает подобное к сердцу.
Усевшись в машину, Мария бегло осмотрела дрожащее тело животного и сказала:
– Это овчарка. Мальчик. Я бы едва дала ему два месяца от роду. Конечности не отморожены, как же хорошо, что мы успели! Нам срочно нужно возвращаться назад! Мы должны его отогреть! – она заботливо взглянула на щенка, – теперь всё будет хорошо, миленький. Вот только… мне куда его отвезти, товарищ председатель? Я бы с удовольствием щеночка приютила, но дома своего нет, будет очень нагло с моей стороны, на работу тоже не могу.
– Нашли о чём переживать, отвезём его ко мне. Дом есть, место тоже. Живу я один, никому щенок мешать не будет! – эти слова вызвали радость на лице девушки.
О визите к семье и речи идти не могло, видимо судьба решила распорядиться иначе. Мы развернулись и направились назад в колхоз.
– У вас такая добрая душа, товарищ председатель, не зря люди говорят, что нам с вами повезло, – начала внезапный разговор девушка.
– Так поступил бы каждый, разве нет? – скрывать не буду, от её слов мне стало очень приятно.
– Хотелось бы мне, чтобы каждый поступал так, как поступаете вы. Мир уж точно стал бы лучше.
Узнав, что у меня нет резиновой грелки, Мария попросила заехать сначала в её ветеринарный кабинет.
– Погрейте его, пока я соберу всё необходимое, – она вручила мне щенка и вышла из машины. Девушка подбежала к окну и, как я понял, принялась искать ключ. Свечение фар помогло ей в этом.
