Председатель

Я открыл следующую дверь и сразу попал в комнату с небольшой кроватью, в центре которой находилась белая от побелки печь. Вернее, когда‑то она была белая, а сейчас сильно почернела от золы, но задумку хозяина я уловил.

Главное, что привлекло моё внимание – это невероятно сильный запах сырости вперемешку с плесенью. Интересно, это от грибка доски гниют или у запаха другой источник? Моя мать всегда говорила, что нельзя в таких помещениях жить. Ходили слухи, что закончить можно страшной болезнью, а значит ещё одна проблема – избавиться от бессмертного грибка.

Насколько я помню, ученые даже в космос эту заразу отправляли, вот только после двух лет плесень не то что выжила, а умудрилась даже мутировать в более агрессивный вид, да что уж тут говорить, даже в Чернобыльской АЭС она умудрилась выжить!

Я внимательно осмотрел стены и увидел чёрный мох в одном из углов.

Прекрасно.

Пол в основной комнате оказался получше, чем в тамбуре, но всё равно местами подгнивал. Если бы не эти два недостатка, то дом был бы вполне себе уютным.

Возле кровати стоял коричневый комод, а пыльный ковёр украшал стену над ним. Я прошёл в следующую комнату, а оказалась она небольшой кухонькой, правда лучше бы я туда и не заходил вовсе…

Не знаю что напугало меня больше – перебитая посуда на полу или же запах помойного ведра, стоящего прямо под умывальником.

Дом мне достался не из лучших, но и за это спасибо. Я прошёлся ещё раз по всем комнатам и прикидывал в голове сколько месяцев уйдёт на полноценный ремонт.

Чего только стоит пол заменить, а ведь вещи перетаскивать придётся!

С другой стороны, буду делом заниматься, а не за телевизором жить. Благо тело молодое, с таким всё возможно!

О канализации можно и не мечтать. Туалет деревянный на улице, а воду приносить из ближайшего колодца, до которого пешком минут двадцать идти. Я покосился на грязный тазик… ну уж нет! Надо бы баньку до зимы соорудить, а пока тепло, то помыться можно будет и на улице!

С осмотром дома мы быстро закончили, а затем поспешно вышли на улицу. Ильич хотел ещё осмотреть кусок земли за домом, отведённый под огород, но из‑за нескончаемых сорняков, что уже не один год здесь росли, мужик быстро передумал.

– О, дык смотри. Вот туалет ещё! Выглядит достаточно неплохо, – указал пальцем на тёмный деревянный туалет он.

– Тут можно не переживать, сам разберусь, – рассмеялся я, вот только Ильича мои слова не остановили.

Мужчина направился к туалету, желая осмотреть и его. Он попробовал открыть дверь, но ты ни в какую не поддавалась.

– Да что это такое? – почесал голову он.

Я подошёл следом и действительно, дверь словно оказалась заперта изнутри. Что‑что, а лишиться туалета – это удар ниже пояса!

– Нет, ну, Сан Саныч… ты конечно извини, но здесь дело принципа! – закатал рукава мужик.

Он несколько раз ударил дверь туалета, но той хоть бы что.

– Да ладно тебе, Ильич. Разберусь! – отмахнулся я.

– Сейчас всё будет! – заверил мужик, – У меня такое бывало однажды зимой. Может от ветра дверь сильно билась, да защёлка невольно захлопнулась!

Я ненадолго отвернулся в сторону огорода, а когда посмотрел на Ильича, то оказалось уже слишком поздно…

В тот же момент мужик разогнался и со всей скорости вмазал ногой по двери туалета, от чего весь деревянный каркас с хрустом отлетел в сторону, оставив на своём месте лишь дырку в земле.

Ильич виновато уставился на меня, но продолжал сохранять оптимизм:

– Ой, ну тут доски гнилые уже, любому понятно будет. Но кто же знал, что настолько? Главное доступ к туалету теперь уже есть!

Этого мне ещё не хватало. Сейчас бы выходить в туалет и сверкать задницей у всей деревни на виду! Ох, Ильич…

После очередной выходки я сделал глубокий вдох и попрощался с недотёпой по‑доброму. Ругань мне здесь ни к чему, он же не виноват, что ума недалекого. Мужик попробовал возразить, предложив мне свою помощь, от которой я поспешил отказаться. Кто его знает, что он ещё здесь сломает?

Я взглянул на остатки досок, что когда‑то служили каркасом и грустно вздохнул. Они действительно уже частично начали гнить, но туалет простоял бы год точно, а то и два. А теперь уже поломанный каркас оказался совсем непригодным.

Длительная дорога заметно вымотала меня, сил заниматься домом сегодня уж точно не было. Впрочем, как и топить печь, ведь все доски, что я нашёл, оказались влажными после недавнего ливня. Ночью пришлось укрываться двумя одеялами. Я бы взял и больше, да вот только не нашёл. Благо сейчас весна, а значит холода совсем скоро отступят. Надеюсь завтра солнечная погода будет, пойду по дрова да на солнце их выложу. Пусть сушатся.

Разбудил меня сильный шум на улице. Я посмотрел в окно – темно и ничего не видно, а шум тем временем становился всё сильнее и сильнее. Я схватил кочергу, что стояла возле печки и направился на шум.

Кто‑то истошно долбился в дверь.

 

Глава 4

 

Да кого там принесло в столь поздний час?

Вооружившись толстой железной кочергой, я пробирался через непроглядную темноту к двери. Стук превратился в настойчивые попытки выломать и без того хлипкую защёлку.

– Кто там и что вам нужно? – желая угомонить ночного гостя выкрикнул я.

Шум затих, но этот кто‑то всё ещё стоял за дверью.

– Мне ещё раз повторить? – мой требовательный голос раздался эхом по всей комнате.

– Это я! Николай! Открывай дверь, – ответил гость.

– Не знаю я таких! Что ты здесь забыл ночью? Случилось чего? – от резкого пробуждения мозг с трудом соображал.

Раздался еще один мощный удар в дверь, после чего мужчина за дверью закричал:

– Это мой дом! Да как ты посмел туда вломиться, а ну открывай! Даю тебе шанс сделать это по‑хорошему!

Нащупав в темноте выключатель, я нажал на него, и комната озарилась светом.

– Твой дом? – удивился я, ведь как меня заверяли, этот дом заброшен. Да и что тут говорить, я сам своими глазами видел весь хаос.

– Мой! Конечно мой! Открывай, поговорим, – голос немного успокоился.

Я поднял защёлку вверх, и светловолосый мужчина средних лет зашёл внутрь, вот только сразу после этого он метнулся с разъяренными глазами в мою сторону. Ему хватило ровно одного мощного удара кочергой по коленке, чтобы рухнуть камнем на пол.