Преисподняя «Лямбда-6»

– Ну, на время и это сойдёт! – облегчённо вздохнул Скат, осматривая крохотное помещение и усаживаясь на пустой деревянный ящик. – У меня когда‑то такая квартира была!

Тишина захлопнул толстую деревянную дверь, щёлкнул задвижкой, а затем осторожно присел на соседний экземпляр импровизированного табурета.

– Фуф! – выдохнул снайпер, снял «Прибой» и поставил его в угол крохотной комнаты. – Вот дерьмо!

– И не говори. Когда этот чёрный мертвец… глаза открыл, я думал штаны в стирку пора сдавать.

– Ты слышал? Он просил убить его… Труп! Труп, который за тридцать лет должен был превратиться в кости…

– Эта коричневая дрянь сосала из него питательную жидкость, а попутно вводила в тело какую‑то розоватую жидкость. Думаю, именно поэтому тело всё ещё выглядит относительно свежим.

– Скат! Ты знаешь… Когда я увидел всю эту гадость на полу в центральном коридоре, у меня мурашки ледяные по спине пробежали. У меня! Человека, который по меркам наёмника, прошёл через восемь жарких кампаний. Я убил несколько десятков моджахедов и боевиков. Я резал глотки, травил газом, бил по глазам с километрового расстояния из качественной оптики… И всё за деньги. И не испытывал угрызений совести. Выполнял задание – брал деньги и гулял как мог. А тут находится нечто такое, что совершенно не укладывается в рамки гуманного. В рамки разумного. Понимаешь?

– Плохо, но понимаю. А тот факт, что это коричневое дерьмо живое, я уже убедился.

– Нет, ты дослушай. То, что мы увидели – чудовищно. Оно продолжает жить после того, как умерли те, кто его создал. Представь, что будет, если эта дрянь доберётся до «Астры». А если до поверхности? Если у нас будет возможность, нужно здесь всё сжечь дотла! Затопить, залить кислотой… Ну не знаю!

– Я понял, не продолжай. Полностью с тобой согласен.

Тишина облегчённо выдохнул.

– Максим говорил, что тридцать лет этот комплекс был брошен… Как думаешь, что тут тогда случилось?

– Если подключить логику, фантазию и наблюдательность… То можно сделать вывод, что какой‑то из запрещённых экспериментов вышел из‑под контроля. Или, наоборот, завершился очень хорошо. И этот эксперимент просто… Я не знаю, как сказать… Эксперимент начал расти.

– А пауки? А слизень‑реаниматор?

– Не знаю. Как будто все проекты разом вышли из‑под контроля.

– Ну? Что мы будем делать?

– Отдохнём полчаса, а потом постараемся подняться наверх, к остальным. Должна же здесь быть хоть какая‑нибудь лестница?

– Должна. Сомневаюсь, что персонал попадал на нижние уровни тем же способом, каким попали сюда мы. Может, перекусим? Живот из‑за отсутствия еды сводит. Желудок к кишечнику в гости собирается. С концами.

– Не, брат, – Тишина отрицательно мотнул головой, – после увиденного там, мне кусок в горло не полезет…

– Не полезет, так запихаем! – рассмеялся тот, но снайпер шутки не оценил.

Скат прилёг на ящик, достал упаковку сухого пайка. Вскрыл его и извлёк наружу плотный, но очень компактный пакет.

– Говядина с тушёными овощами! Сойдёт!

– С тушёными… – пробормотал снайпер, скривился и отвернулся. – Фу, мля!

– Ты это, входную дверь той тумбой придави, – заметил Скат. – Ну так, на всякий случай. Мало ли.

Тишина что‑то проворчал, поднялся с ящика и, выдвинув из‑за угла тяжёлую деревянную тумбу, придвинул её прямо к входной двери.

– Вот, теперь я спокоен! – довольно произнёс Скат, принявшись высасывать из пакета содержимое.

Тишина улёгся прямо на длинный ящик, в котором ещё лежали резиновые остатки уборочного инвентаря.

Не прошло и десяти минут, как в коридоре что‑то зашумело, а входная дверь странно завибрировала.

Снайпер резко подскочил, схватившись за винтовку, но тут же наткнулся взглядом на сидящего у двери Ската. Тот, предельно сосредоточившись, сжимал автоматический дробовик.

– Что там? – прошептал Тишина. – Мутанты?

– Пауки! Прямо в коридоре. Кажется, трое.

– И какого хрена им надо?

– Выйди, поинтересуйся! – предложил напарник.

– Хорошее предложение, но, пожалуй, не стоит.

Скат промолчал. Он тихо прислонился к замочной скважине и попытался рассмотреть, что находилось за дверью.

Секунд двадцать было тихо. Затем снова раздался уже знакомый звук – цоканье мощных металлических лап по бетонному полу. Оно то удалялось, то приближалось.

– Как будто кого‑то ищут, – удивлённо заметил снайпер. – Наверное, нас!

– А других тут и нет! – хмыкнул Скат, продолжая слушать.

Ещё несколько минут прошли тревожно. Наёмникам иногда казалось, что их вот‑вот обнаружат. Скат всё крепче сжимал свой ствол – его чудовищная убойная сила с близкого расстояния могла разорвать на части даже медведя.

– Они не уходят! – Скат обернулся к снайперу. – Просто торчат в коридоре, бродят туда‑сюда.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Воспользоваться эффектом неожиданности, выскочить и плотным огнём разметать эту мутировавшую дрянь.

– Ты забыл, как паук напал на Мрака? А тогда нас было в два раза больше! И стволов тоже.

– Тогда сначала гранату туда! – Скат не сдавался.

– Может, просто переждём?

Уже через сорок минут Тишина признал, что сидеть и ждать – безнадёжное дело. За это время пауки, если это действительно были они, никуда не делись. В коридоре по‑прежнему цокали стальные лапы. Твари много лет ждали и эти сорок минут для них – тьфу! Наконец, снайпер сдался.

– Ладно, убедил! Что именно предлагаешь?

– Открываем дверь, оцениваем обстановку! Бросаем гранаты, а затем шквальным огнём валим всё, что ещё способно перемещаться и имеет больше двух ног! Я первый, держись за мной.

– Хороший план! Но опасный!

Скат тихо отодвинул деревянную тумбу, открыл задвижку на замке. Прислушался.

– Ну?

– Работаем!

Быстро распахнуть дверь, выглянуть и оценить ситуацию – пять секунд времени. Бросить гранаты – ещё три.

Мутантов оказалось всего два. Обе твари ещё успели услышать какой‑то шум, а затем стали свидетелями того, как им под ноги прикатилось два тёмно‑зелёных шара. Мутанты противно взревели, но с места не тронулись.

Рвануло так, что наёмники, шустро вернувшиеся обратно в подсобку, едва не оглохли.

– Пошли, пошли! – вскричал слегка контуженный Скат.

Едва выскочив из помещения, наёмник включил мощный фонарь и раздались мощные выстрелы из его экспериментального дробовика. Тишина бросился следом.