Проклятый король и я
Мы выдвинулись вчетвером: я, Злата, Кекс и дог (как звали девочку, я не знала, да и мопс не горел особенным желанием знакомиться, трусливо путаясь под моими ногами). Свет бесшумно загорался, вторя эху наших слаженных шагов, вокруг – ни души. Ни одного охранника! Странно. Это что же получается – король ускакал, принцесса пропала, и… никого?
– Вот! – принцесса гордо обвела рукой царство кастрюль и сковородок.
Кухня. С королевским размахом, но видно, что здесь давно никто не бывал. Пыльно, грязно. Бедные повара, поварихи и поварята… Охотники, посудомойки, мясники. Все они остались без работы! А бабушки‑старушки, торгующие пирожками? Ужас! Это же настоящий финансовый кризис.
– Вы умеете разжигать печь? – спросила я у Златы.
Хотя, наверное, надо было бы спросить, откуда принцесса знает о том, где во дворце кухня.
– Мне всегда нравилось сюда пробираться, – призналась со вздохом девочка. – Я разжигала огонь в очаге, и мне казалось, что вот сейчас, ещё чуть‑чуть – и всё будет хорошо. Вернётся мама. Будет горячий хлеб. Горячее молоко.
В голосе юной принцессы слышалась тоска.
Тем временем я провела ревизию на кухне. Нетрудно вообразить, как она выглядела, когда тут трудились десятки людей. Крики, запахи, звон ножей. Эх…
Я с трудом нашла молоко, яйца и масло. С подозрением оглядела огромные, тяжёлые сковородки. Сняла с крюка одну из них, растопила масло, разбила туда яйцо.
– Хлоп!
Что‑то гулко взорвалось в воздухе ядовито‑зелёным дымком и… На сковородке осталась лишь едва заметная кучка пепла. Я замерла, не веря собственным глазам.
Как так?
– Ну вот! – вздохнула принцесса. – А я почти поверила в чудо. Пойдём, Баязет.
– Погодите, – нахмурилась я, чувствуя, что что‑то в этой истории не сходится. Король сказал, я – ведьма, и можете мне не верить, но я с этой мыслью свыклась, и теперь внутри взыграло нечто сродни профессиональной гордости. – Но ведь с рыбой получилось!
Принцесса развернулась ко мне и задумалась.
– Что здесь происходит? – раздался надменный, недовольный женский голос. – Вот вы где, несносное дитя!
Кекс вместе с леди‑бантиком (имя уж больно мудрёное, не запомнила я) слаженно забежали за спину хозяйкам, трусливо поджав хвосты, и вполне себе дружественно переглянувшись друг с другом.
Так‑то, господа! Настоящая дружба познаётся в беде, и что‑то мне подсказывает, ждёт этих двоих в данном плане большое будущее.
Глава 3
«Это ещё кто? – спросили мы с Кексом друг у друга взглядами. – И почему она повышает голос на нашу принцессу?»
Баязет печально опустила голову – белоснежный бант поник, закрыв догу один глаз. Большая, грозная собака (всё‑таки дог – это дог, не путать с мопсами) пряталась за хозяйку, подвывая от страха. И вот думай – то ли питомец принцессы так чудовищно труслив от природы, то ли внезапно явившаяся незнакомка страшнее ведьмы, оставившей детей целого королевства без горячего молока.
– От вас, дитя, сплошные хлопоты! И дня покоя нет несчастному отцу! Ваша неблагодарная мать…
С каждым словом, произнесённым нараспев, почти в шекспировской манере, девочка сжималась и вздрагивала.
– Вы не представляете, какое облегчение испытают все, когда вам наконец‑то выберут жениха! Сей тяжкий труд да спустится на плечи иноземца!
«Это ещё что за безобразие? Она же ребёнок! Девчонка ещё на собаку банты вяжет, а они собрались отдать её какому‑то мужику? Отсутствие горячей еды, это, конечно, плохо, но защиту прав ребёнка никто не отменял! Ну я им устрою…»
– Вы оказались столь безответственны, что потерялись. Ваш бедный отец гнал лошадей всю ночь! Что если бы его разорвали дикие звери? Мне жаль, принцесса, но я вынуждена применить самые строгие меры. Во благо, дитя моё, во благо! Прошу за мной – в подвал.
Плечики вздрогнули, кулачки сжались, но принцесса ничего не ответила.
Наплевав на этикет (кем бы ни была эта дама, я – ведьма, мне можно), шагнула вперёд, загораживая собак и принцессу.
Кекс и Баяка (прости, Баязет, но ты сама виновата. По‑другому большую, грозную собаку, что даже не попыталась защитить свою хозяйку, я назвать не могу), тесно прижавшись друг к дружке, подбадривали выразительными взглядами.
Те, чьё сердце не трогают глаза собачьи, находятся под мощным заклятием очерствения, потому как выдержать это практически невозможно! Отдашь всё: блинчик, колбаску, оденешься и пойдёшь гулять в пять утра. Под дождём. Даже если вчера посидели с подружками. А так как я под вышеупомянутым заклятием не была, то… Едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.
– Добрый вечер, – улыбнулась я, выбрав режим «общаюсь с сумасшедшими родителями, что пришли в школу скандалить с включёнными камерами своих телефонов».
Подобного, к сожалению, с каждым днём становилось всё больше. Так пригодится же мой опыт!
– А это ещё кто? – презрительно поджала губки дама.
Я склонила голову и представилась:
– Ведьма. Его величество, король Стефан, предложил мне погостить во дворце.
– А… Оборванка из леса волшебного, что безутешный, рассудком тронувшийся Стефан…
– Получается, что так, – поспешила я улыбнуться.
Может, моё откровенно невраждебное поведение успокоит эту ненормальную, говорящую стихами? Интересно, её тоже кто‑то проклял? С таким характером неудивительно. Наверняка эта дамочка нагрубила той нищенке, и та, проклиная королевство в целом, кое‑что добавила, так сказать, в индивидуальном порядке.
Неожиданно я пожалела о том, что у меня самой сейчас нет камеры. Когда король вернётся, ему будет очень полезно показать некоторый материал на даму, которая, видимо, была его любовницей.
– Идите в свои комнаты, – процедили мне, перестав рифмовать и витиевато выражаться.
Неужели это я её избавила от недуга? Если так, то это вышло совершенно случайно, потому как я вовсе не собиралась тратить свою колдовскую силу на всяких там невежественных женщин. Я хочу добиться того, чтобы здесь можно было готовить по‑человечески, а эта… Мешает нам со Златой экспериментировать!
– Его величество ничего не упоминал о том, что намерен ограничивать мою свободу передвижений, – нахмурилась я.
– И очень зря.
