Пространство и время
И он пощупал её за голую ляжку. Официантка невозмутимо отпихнула его руку – она, видимо, уже привыкла к подобным проверкам на человечность.
– Что будете заказывать? – с подчёркнутой вежливостью осведомилась она.
– Слушай, девушка, как ты сюда попала? – изумилась Лита. – Официантом работать… Для этого же роботы есть.
– Я на подвигах Геркулеса, – уныло ответила та. – Роботов не хватает…
– Бедная! И сколько же тебе осталось?
– Три месяца…
– Возмутительно! Ну и порядки на Луне!
– Так ведь всех роботов на Землю увозят, – с хорошо скрытой злобой пояснил фиолетовый. – И чипы запасные тоже.
– У нас, на Весте, живых официантов нет, – заявил Алекс. – Только роботы.
Тим Том снова прыснул, Макс сотворил особенно зверскую рожу, а Нэя довольно улыбнулась, откинувшись в кресле.
– Ох, – вздохнула Лита. – Даже и неудобно как‑то приказывать живому человеку… Ладно. Знаешь, милая, принеси мне, – она понизила голос, – ликёр ананасовый!
Официантка глянула в наручный планшет.
– Да вы что?! – ужаснулась она. – Вам же нельзя! Мне подвиги не засчитают, если я…
– Ладно‑ладно, не волнуйся, пошутила я. Сок берёзовый, с листиком и почками.
Девушка‑официантка стала тыкать пальчиком в планшет, принимая заказы. Макс попросил скинуть ему меню и, порывшись в своём гаджете, выбрал «Кровь Франкенштейна» – напиток, вполне подходящий для брутального гота. Остальные заказали какой‑либо сок (разумеется, не апельсиновый).
– Добрый вечер! – громогласно разнеслось по всему огромному залу. – А может быть, добрый день, а может быть, доброе утро, кому как нравится, потому что сейчас над нами чёрная лунная ночь. Встречайте! Это я – ваш лучший друг, ваш кумир, ваш Селемун!!!
Зал взорвался бурными овациями.
– Ух ты! Смотрите! Сам Селемун! – восторженно заголосили девицы‑практикантки. Алекс даже вскочил, размахивая от восторга руками, а Тим Том захлопал в ладоши, снисходительно улыбаясь.
– А кто это? – прогундел Макс и стушевался, наткнувшись на гневные взгляды аборигенов.
– Мы приветствуем в этом зале, – продолжал Селемун, – наших добрых друзей, прибывших к нам с Земли – стажёров‑космолётчиков с учебного корабля «Полюс»!
И столик, за которым сидел молодой экипаж «Полюса», залили лучи яркого света, а их лица появились на многочисленных гигантских дисплеях. Овации вспыхнули с новой силой.
– А менеджер‑то наш подсуетился, – вполголоса сказала Нэя на ухо Милли.
– Вы видите! Вы видите! – надрывался шоумен Селемун. – Пятеро землян и трое жителей космоса сидят вместе за одним столом! Вот оно, зримое воплощение гуманизма нашего времени, Глобального Сплочения, вечной и нерушимой дружбы!
Зал забесновался ещё больше.
– Для них, для наших молодых друзей, звучит новая композиция «Круговорот миров»!
И фантасмагорическое представление началось. Все шесть практикантов (в том числе и несведущий в современной культуре Макс) были просто заворожены развернувшимся действием и затаили дыхание, стараясь не пропустить ни одной ноты, ни одного слова, ни одной яркой картины.
Снова наступила пауза, и совершающая подвиги Геркулеса официантка принесла заказанное. Фиолетовый космит наклонился к сидящей рядом Лите.
– Я слышал, что вы желали испробовать другой напиток, – выставил он клыки. – Могу подсказать. Здесь есть увлекательный аттракцион – космический симулятор для пилотов. Тем, кто пройдёт все уровни, полагается приз – то, что вы хотели…
Лита тут же захлопала рукой по сенсору.
– Девушка, девушка! Нам три симулятора для пилотов!
Закрытые три‑дэ очки и сенсорные перчатки тут же принесли.
– Ну что, сразимся? Или слабо?
– Да запросто! Давай!
– Сейчас я покажу вам, как надо летать!
Вокруг началась новая композиция, но уже не такая увлекательная, как предыдущая, а несколько заунывная – «Люди и небожители», как объявил Селемун. Стажёрки, надев экипировку, стали проходить уровни.
– Ура‑а! Я первая! – Лита сорвала очки.
– И я прошла!
– И я тоже! В академии у нас было труднее!
Наступила очередная пауза, и сам Селемун, в золотом плащике и знаменитых розовых лосинах, вынырнул из портала в лучах света.
– Мы поздравляем отважных покорителей Пространства! Они доказали своё умение! Они подтвердили высочайшую квалификацию! Они заслужили наш главный приз!
И он поставил на середину стола поднос с тремя высокими вычурными бокалами. Внутри каждого переливался всеми цветами и истекал пузырьками газа искрящийся напиток, а по краю дымчатого стекла огненной лентой бежали яркие красные буквы «Эксклюзивный коктейль Волосы Вероники».
– А теперь третья композиция в честь наших драгоценных гостей! «Вечное, как жизнь»!
И снова зазвучали торжественные аккорды, вспыхнули декорации, и засверкали световые эффекты.
– Ну, за нас и за нашу практику! – Лита взяла свой бокал и одним махом осушила его, постаравшись не поморщиться.
Нэя задумчиво попробовала на язычок Волосы Вероники.
– Фу! Гадость какая! На, можешь мою порцию выпить, – подвинула она свой бокал Лите.
Милли осторожно понюхала свой приз.
– Нет, это я пить не буду… Кто‑нибудь хочет попробовать?
Бокал пошёл по кругу, и все стали нюхать незнакомый напиток. Тим Том скорчил кислую мину, Макс оглушительно чихнул.
– Будьте здоровы! – приторно заулыбался лимонный.
– Сам не сдохни! – буркнул брутальный гот.
Аборигены переглянулись с крайним возмущением. Они, конечно же, и представления не имели, что это вежливая форма ответа в среде готических бруталистов.
– Когда я буду капитаном, – мечтательно сказала Лита, – я полечу на Альфу Центавра…
– Да ладно! Ты лучше подумай – может тебе больше не стоит…
– Ну вот ещё! Я много выпить могу. Не маленькая.
