Пространство и время
Селенит лишь грустно вздохнул, глаза так и не открыл, и заботливая опекунша занялась физкультурой, оставив в покое самоучку‑изобретателя. Нэя первой отбегала свою норму на дорожке, помучила гакк‑машину и помчалась в душ. За ней вышел менеджер, следом закончила качать пресс Лита, потом и Милли потянулась к выходу. Доктор за шторкой закончил составлять свои графики и тоже ушёл в кубрик.
Слабенький практикант отлежался на своём спальном месте и выполз в коридор. Милли стояла с полотенцем возле душа и ждала своей очереди. Другой душ, находящийся в четвёртом отсеке, видимо, тоже был занят.
– Тебе надо серьёзно заняться спортом, – строго сказала наставница своему подопечному. – Только по специальной программе. Мы Макса попросим, он разработает. А то какой из тебя космонавт!
– Конечно, – уныло вздохнул тот. – Придётся. Я всё время чувствую себя здесь каким‑то… неполноценным…
Дверь душа наконец открылась, и оттуда, таща пакет с требующей стирки одеждой, выбралась Нэя, завёрнутая в полотенце от и до.
– Ты чего на меня уставился? – недовольно спросила она нового стажёра. – Что, у меня ноги чересчур длинные?
– Нет, полотенце слишком короткое, – со смехом сказал Алекс, как раз проходивший мимо. – Особенно вот здесь…
И он провёл рукой по тому её месту, за которое тестировал официантку в Браун‑сити. Нэя в ответ приласкала его согнутым локтем в солнечное сплетение.
– Я тебе что – гиноид?! – нахмурилась она. – Побереги силы для салона удовольствий!
– Фе… ми… нист… ка… – прохрипел Алекс, согнувшись и схватившись за живот.
– Ещё и обзывается нецензурно! Самец озабоченный!
Нэя гордо удалилась в кубрик, придерживая рукой мокрые чёрные волосы.
– Зря стараешься, – сказала повару Милли. – Нам ещё либидо не включили.
– Даже так? – удивился Алекс, справившись с временной потерей дыхания. – Ну да, вы же люди будущего. Чипированные! А когда же вам его включат?
– По достижении совершеннолетия, после подвигов, – и Милли скрылась в душе.
– Вот так, брат! – обратился повар к новому стажёру. – Совсем мы с тобой отстали от жизни…
– А они что, ничего про это не знают? – осторожно спросил Зая.
– Да всё они знают, в интернате же преподают. Там даже роботы‑тренажёры специальные есть – андроиды, к примеру, или гиноиды… У меня, между прочим, всегда одни пятёрки были по основам интима! А ты что – необученный? Ты же в интернате не учился.
– Да не‑е… У нас тоже это есть.
– Где это – у вас?
– На тридцать четвёртом уровне.
– А‑а… Ха‑ха… Пойдём, скоро обед будет. Если не наешься – я для тебя овсянку припас.
Глава пятнадцатая. Подарки обратно не забирают
Чемодан, подаренный Геркулесом, пришёлся новенькому очень кстати – у него, оказывается, был припрятан в трюме целый мешок, набитый разными электронными компонентами. Вот и сейчас он, сидя в своём томографе, мастерил какую‑то замысловатую наноэлектронную штуковину, на что корабельный врач Макс косился с суеверным ужасом. Милли, конечно же, находилась рядом, как ей и было поручено капитаном.
– Это что же такое будет? – поинтересовалась она.
– Дискретный индикатор электромагнитных полей, – ответил лохматый изобретатель, выключая самодельную паяльную станцию. – С антенной решёткой и дешифратором. И ещё с функцией передачи.
– И что это за прибор такой?
– Можно в Сеть зайти, не авторизируясь. Ну, точнее, под чужим ником. У меня такой был раньше, только попроще. На тридцать четвёртом уровне. Пришлось обменять на утилизатор.
– Да ты настоящий хакер! Только зачем тебе он тут? У нас же на корабле Сети нет. Лишь по дальней связи с Землёй или с Луной можно соединиться, да и то с солидной задержкой. И объём данных ограничен. Вон, доктор уже весь свой недельный трафик израсходовал.
– Ну не знаю, вдруг пригодится. Как же без Сети…
Инженер‑самоучка подсоединил к своей самоделке источник питания, и на устройстве замерцали светодиоды и тач‑экраны.
– Ой, нет, смотри‑ка, он что‑то ловит! – обрадовался он.
– Так ведь это же интерком, внутрикорабельная связь. У нас для его работы даже все люки на корабле сделаны из радиопрозрачного композита. Ничего себе устройство… А ты неплохо разбираешься в наноэлектронике! Тебя твой дедушка научил, да?
– Ага… Меня же в детстве не пускали в гейм‑зону. И игрушек в нашем номере не было. Сначала дедушка что‑нибудь для меня делал, – рассказчик шмыгнул носом, – а потом детали приносил, инструкцию в планшет скидывал, я и сам начал. Гаджет какой‑нибудь простенький или робота…
– Ловко же ты принтер на камбузе починил! Наш повар не нарадуется.
– Он теперь так вкусно стал готовить!
– Ладно, посиди пока тут с доктором пару минут. Мне надо отлучиться.
Милли покинула физотсек, и тут же в него заявился Тим Том с крайне недовольным выражением на лице – сегодня он в очередной раз был дежурным. За его спиной вяло покачивался на ремешке гидропылесос. В первую очередь был небрежно осмотрен переносной огнетушитель у входа, и затем дежурный по кораблю потянулся к аварийным комплектам, хранящимся на специальной полке рядом с томографом.
Неловко задетые наноэлектронные детали посыпались на пол.
– Осторожнее, Геркулес! – недовольно вскрикнул изобретатель‑селенит.
– Какой я тебе Геркулес?! – взорвался специалист по нагрузке. Негодование по поводу обидного прозвища, давно уже бушевавшее в его душе, наконец‑то вырвалось наружу. – У меня, между прочим, имя есть! Не то что у тебя! Дистрофик лохматый!
– Ты чего обзываешься? Был бы сейчас на нашем уровне – тебе б там показали дистрофика! Коротышка зелёная!
– Ах ты… Да ты… Да ты… А ну, отдавай обратно мой чемодан!
– Да подавись ты своим чемоданом! – и Зая, всхлипывая, стал торопливо выкладывать из него содержимое.
– Ты чего… – удивлённо пробасил доктор, выглянув из‑за своей шторки. – Нельзя же это… подарок обратно…
– И ты тоже с ним заодно? Предатель! А ещё другом себя называл!
– А чего… а я чего…
В дверях появилась Милли и, увидев разъярённого специалиста‑дежурного рядом со своим подопечным, который, всхлипывая, освобождал чемодан, тут же бросилась на защиту последнего.
– Как тебе не стыдно, Геркулес! – закричала она, схватив обидчика за шиворот. – Ты же знаешь, что у него в жизни и так были одни неприятности! И он совсем слабенький, потому что на Луне родился. А ты…
