Рубеж. Эпидемия

– Начнешь, когда мины сработают, первые ряды не трогай, минусуй задних, смотри внимательно и по командирам старайся работать, держись, «Вангог», – он похлопал меня по плечу, а я подумал, насколько он хорошо знает своих бойцов. Для меня это был первый бой. Было или нет мне страшно? Без сомнений, меня реально била мелкая дрожь. Я постарался отогнать страх приятными воспоминаниями о доме, а потом стал осматривать наши позиции. Клешня закрепился неплохо, использовал местный рельеф грамотно, сектор обстрела у него неплохой. Сивый рядом с Василием, а вот Борька засел близко к «утесу», он у меня вторым номером в паре. А кэп его почему‑то на первую линию поставил, ну да Трофимову видней. Через пару часов вернулась группа бойцов, посланных с майором. Томительно тянулось время, прошел еще час. Бабахнуло неожиданно, вроде вот только была тишина в горах, раз, и ее не стало. С небольшим интервалом прошла серия глухих взрывов, звуки перестрелки, там однозначно шёл бой. Адреналин до предела заполнил мой организм, но дрожь в руках и коленках прошла.

Август 1996 год. Перевал в горах. Чечня. Майор Шилов.

Шилов присмотрел нужное место в то время, когда ещё пленного вели, вполне пригодное, над дорогой нависает скала, здесь и заложить «фугас» удобно будет, и эффект от взрыва получится вполне реальный. Они заложили взрывчатку и расставили мины, на подходе к лесу установили растяжки. Уложились в полчаса, рассредоточились по позициям, минут через двадцать послышался звук грузовиков, а ещё спустя минут десять из‑за поворота показалась колонна машин, первым ехал открытый «уазик». Техники оказалось больше, нежели предупреждал Хан. Майор передал группе по короткой связи.

– «Мухами» по замыкающим машинам бить, сразу, как сработает фугас возле головного транспорта, надо заткнуть «зад» плотно, чтобы наверняка. Далее отстрел живой силы, пока у них паника, после этого сразу отходим, в затяжной бой не ввязываться. Как приняли? – бойцы группы подтвердили готовность.

Мины сработали поочередно с коротким интервалом, как только головная машина поравнялась с контрольной точкой. Колонна встала, боевики выпрыгивали на землю из машин, пытаясь определить с какой стороны нападают. Спецы Шилова гранатометами подорвали замыкающие машины, добавили для надежности в середину колонны. Сменив позиции, бойцы спецназа начали отстрел боевиков. Завязался бой, кое‑кто из боевиков уже открыли ответный огонь, но стреляли не прицельно, до сих пор не поняв расположение противника. Прогремел взрыв, это Хан подорвал нависший над дорогой утес, обвалом снесло часть машин с дороги. Затор был обеспечен наглухо. Отстреляв по два‑три автоматных рожка, группа майора начала отход. Уже двигаясь по лесу, они услышали, как захлопали «эфки», видимо кто‑то рванулся в погоню и налетел на сюрпризы, оставленные спецназовцами.

– «Быстро сообразили, Хан опытный воин, должен успеть отойти» – уже на бегу, подумал майор.

Они возвращались ускоренным темпом на позицию капитана Трофимова.

 

Глава 2.

Август 1996 год. Перевал в горах. Чечня. Александр Суворов.

Я спустился к временному КП1, наш командный пункт, хотел взять еще патронов. Подойдя к пункту, вдруг понял, что бой за лесом стих. Командир разговаривал по рации, я присел возле радиста, дожидаясь, когда Трофимов закончит, и я смогу обратиться к нему. Группа майора появилась минут через тридцать, как стихла стрельба. Шилов подходил к КП, когда Трофимов закончил разговор с командованием по рации. Капитан, взглянул на меня, ничего не сказав, двинулся к майору, и я услышал их разговор.

– Броня не скоро подойдет, точнее они еще не вышли. Твою мать …, – выругался кэп.

– Наверняка ждут приказа сверху, суки, – ругнулся майор, – Пока раскачаются, нас здесь нагнут конкретно и поимеют во всех позах.

– Я дал наши координаты для авиации, время подлета двадцать минут, если, что накроют. Лётчики ждут сигнала от нас, сообщил Трофимов.

– Боевики будут здесь через час, а может и раньше. «Гроза» волосы на жопе рвёт наверняка. От нашего подарка ему и американцы депиляцию сделают. Мы их подсократили слегка, думаю, человек двести точно к Аллаху отправили, – майор довольно улыбнулся.

– Слушай, Гоша, у тебя свои задачи, уходи со своими ребятами. Тухло здесь будет, пятой точкой чую, что нам кабздец, – выдвинул предложение Трофимов.

– Не ной, Леха, а то молоко скиснет, у нас каждый такой рейд, как последний. Мы с тобой, даже не возражай, – весело заявил Шилов.

– Лады, браток. Давай занимай позиции, лучше на правый фланг, а я пройдусь и людей посмотрю, поддержу пацанов, для многих сегодня будет первый и последний бой, – Трофимов пошел обходить своих бойцов. Я побежал на свою позицию. Боевики появились почти через два часа, они шли колонной, быстрым маршем, видимо не подозревая, что их ждет в ущелье.

– «Даже разведку не выслали», – подумал я, рассматривая их в прицел винтовки.

Определив ориентиры для стрельбы, взял упреждение на прицеле и приготовился. Страх накатил волной на меня, но я чувствовал, что его заменяет азарт предстоящего боя. И вот первые ряды «чехов», так в Чечне неофициально называют боевиков. Вошли в зону поражения, я начал присматривать первую цель, они шли плотной колонной. Одна за другой начали срабатывать «монки», ряды передних, словно бритвой срезали, колонна рассыпалась, кто‑то залег. Началась жуткая кровавая мясорубка. Сработало несколько «лягух», со свистом разлетались металлические ролики, сея вокруг смерть, слышались стоны и крики раненых. Я стал выискивать командиров боевиков и открыл огонь, старался попадать в корпус, чтобы выводить противников из строя. Наши бойцы открыли огонь. Боевики, подумав, что это возможно та маленькая группа, что нападала ранее. Сначала они рванули вперед густой толпой, надеясь раздавить мелкую группу противника, но атака сорвалась под плотным огнем с наших позиций. Все это походило на кошмар, кто‑то взрывался на противопехотных минах, куски тел разлетались, перемешанные с комьями земли и гальки. Кто‑то падал сраженный нашими пулями. Я успел расстрелять два магазина. «Чехи» откатились в лес, по всей видимости, перегруппировались, и минут через десять началась повторная атака. Они шли широким фронтом, стреляя на ходу, мне казалось, что смерть им совсем не страшна. Боевики катились как морская волна, не обращая внимания на то, что кто‑то рядом падает убитый или раненый. Гулко застучал наш «утес», пулеметчик был опытный, стрелял короткими, но точными очередями. Вся картина боя походила на жуткое перемалывание людей в мясной фарш. Среди наших бойцов уже были потери. Меня трясло, но я продолжал вести огонь, хотя цели выискивал, стараясь угадать командиров среди нападающих. В голове застряла мысль. «Пуля, которая свистит – не твоя». Атаку отбили. Справа от себя я услышал шорох – это был Хан, как он зашел отсюда, я так и не понял.

– Где командир? – прохрипел он.

– На КП должен быть, – выдохнул я, Хан двинулся в ту сторону. Там же был и майор. Здесь рядами сложили раненых, бойцы перевязывали их, убитых стаскивали и складывали в стороне. На какое‑то время наступило затишье.

– У «Грозы» есть минометы, сейчас настроят и врежут так, что нам будет не смешно, – ругаясь, хрипло доложил Хан Трофимову.

– Считаем, что для нас это последний рубеж, – отозвался майор.

– Здесь есть тропа, я покажу. Надо уходить, – предложил Хан.