Сам себе властелин. Очень светлые неприятности

– Начинать, – передразнила меня бабушка, – я уже всё начала. Значит так, сначала идёшь к Мошуа и примеряешь костюм. Он там шьёт не покладая швейной машинки, но для тебя время найдёт.

– Ага.

– Не агакай, а запоминай. После костюма – идёшь в город и находишь распорядителя.

– Кого?

– Свадебного распорядителя, специально для вас выписала из агентства.

– Тамада, что ли?

– Сам ты тамда. Между прочим, очень почётная работа, уважаемая! К нему тёмные за год записываются. Специалист штучный.

О как! Надо же – свадебный распорядитель. Не ту я работу выбрал.

– Ладно, поговорю.

– Он у твоего синекожего товарища прохлаждается. Ох, боюсь, как бы не закормил он распорядителя, а то ещё ходить не сможет от съеденного.

– И что ему сказать?

– Спроси, какое свадебное расписание на первые десять дней он составил.

– Расписание? Десять дней?!

Бабушка рассердилась:

– Ваня, ты чем слушаешь? Я же сказала: твоя свадьба – большой праздник.

– Да я понял. Но думал – день‑два.

– Нашу с дедом свадьбу праздновали дюжину дней, – бабушка улыбнулась, видимо, вспомнив давнее событие. – И то прервались из‑за того, что светлые припёрлись.

– Ясно. Ну, надо так надо.

– Молодец. Кстати, вот держи.

Бабушка щёлкнула пальцами, и на стене появилась дверь Казны.

– Здрасьте‑здрасьте. Вот, пожалуйста. Всё, как заказывали.

Дверь выпихнула несколько увесистых ящиков и с хлопком исчезла.

– Что это?

Я с опаской подошёл к ящикам.

– Приглашения на свадьбу. Подпиши каждую.

– А можно магией? Я как‑то отвык столько писать.

– Ваня, это традиция. Владыка должен показать гостям, что ценит каждого. Ой, не кривись ты так. Здесь всего‑то пара тысяч, за день управишься. Кстати, Клэр своим подружкам уже подписала.

Знать бы ещё, кто все эти люди и нелюди, кого я должен пригласить. Но, пожалуй, я не буду просить списки и требовать согласовать со мной. Во‑первых, бабушка кого попало звать не будет. А во‑вторых, у меня и так дел полно.

 

* * *

 

Мошуа, официальный «портной Владыки», умудрился переехать на первый этаж дворца. Хитрый гоблин подловил меня на следующий день после битвы, в самом добрейшем настроении, и принялся жалобно сетовать на судьбу. Мол, он уже старенький, ходить по лестницам тяжело, колени болят, особенно на погоду. А можно он займёт под мастерскую угловые комнаты на первом этаже дворца? Я пребывал в эйфории после победы и махнул рукой – не жалко.

– Зачем ви заставили меня переехать? – с ходу налетел на меня Мошуа, стоило войти в его мастерскую. – Это ужасное место, я совершенно не могу работать!

– Мошуа, побойтесь тёмных богов! Вы сами выцарапали эти комнаты.

– Шо, ви таки не могли сразу сказать, что здесь шумно? Под окнами ходят орки, ржут, как сороны, и громко разговаривают. А мне нужна тишина, чтобы таки спокойно шить к свадьбе! А запахи? Сюда доносятся запахи с кухни и отвлекают меня от раздумий над фасонами. Почему ви не сказали мне об этом сразу?

– Не нравится – переезжайте обратно.

– Не могу! Там меньше места и надо ходить по лестнице.

– А от меня вы что хотите, Мошуа?!

– Не знаю. Ви Владыка, придумайте что‑нибудь.

Ну и наглость. Запредельная! Мне захотелось стукнуть портного чем‑нибудь тяжёлым. Возможно, даже уронить на него шкаф, чтобы он из‑под него не выбрался.

– Могу предложить подвальные помещения. Там тихо, спокойно, питание два раза в день – запахи точно не будут отвлекать. Охрана, свидания с родными раз в неделю по полчаса. Хотите?

Гоблин побледнел и засуетился, стараясь держаться на расстоянии:

– Ой, ви же по делу, а я к вам с глупостями лезу. Проходите, сейчас будем свадебный костюм мерить. Сегодня примерим, завтра ещё раз приходите и потом третьего дня, чтобы уже точно.

– Мошуа, зачем так много? У вас же все мои мерки есть. В прошлый раз вы мне сразу готовый принесли.

– Ви таки сравниваете?! Обычный костюм и праздничную феерию? Да как можно? Это же четыре маленькие разницы, как говорят в Кемнаро! Нет, ви сами посудите: кто видит вас в обычном костюме? Орки? Что они понимают в костюмах? Ваши подданные? Они вас и так любят, чтоб меня заказчики обожали, как они вас. Враги? Ви им в кошмарах снитесь, а там костюм не важен. А в свадебном – вас будут рисовать! Официальные портреты, картинки в газетах, любительские зарисовки. Чувствуете? Тут ошибиться нельзя. Все будут смотреть на Владыку, а потом захотят себе такой же костюм. Это же реклама на сто лет вперёд!

Я прищурился:

– Реклама. За мой счёт, да? Сколько, говорите, будет стоить костюм?

Гоблин побледнел до светло‑зелёного и сглотнул, поняв, что сболтнул лишнего. И затрещал без умолку, пытаясь сбить меня с мысли.

– Ви что‑то спросили? Я последнее время глуховат. Старость, знаете ли. А шо ви стоите? Проходите сюда, будем мерить. Не беспокойтесь, это быстро, ви даже не успеете заскучать. А хотите, я позову Сагву и она вас зарисует на память? Она делает поразительные успехи! Как хорошо, что я вовремя заметил в ней талант живописца. Это ведь гораздо лучше, когда девочка может себя реализовать, а не подаёт иголки старому отцу. Ви согласны?

Ну да, ну да, я помню, как гоблин не хотел, чтобы дочка меня рисовала. Заметил он, «внимательный».

Мучить гоблина выбиванием денег я не стал. Не то настроение, да и не хочу считать «копейки» – свадьба всё‑таки нечасто бывает, а у меня, надеюсь, будет единственная в жизни.

 

* * *