Сидус. Вида своего спаситель
«Немедленно покинь квартал!» – начала кричать Лекса, но тут же осеклась и сменила тон на такой ласковый и нежный, что я сам разозлился и сделал ей выговор: «Ничего не буду предпринимать, дождусь тебя. Все, точка. Нефиг мне выговаривать, а то припомню, кто у кого хомяка стырил!»
Тигр, словно поняв меня, встрепенулся, побежал раскручивать колесо, а Лекса, издав смешок, отключилась.
Я пошел прочь от «Лавки редких артефактов». Решил, что, пока жду девушку, можно потратить время с пользой – например, закрыть выполненный контракт с рапторианцем Тукангом Джуаланом и встретиться с его гостем Биджаком Джахатом. Потом – сдать краеугольный камень рехегуа Убамы его прайду, выяснить отношения с Кристиной, найти коллегу по Институту, который расследует дело о пропавшем лайнере, нашедшемся на Сидусе, выяснить, как Верховный совет планирует распорядиться судьбой тридцати тысяч хомо, появившихся вместе с целым планетоидом…
От количества запланированных дел голова пошла кругом, и злость на кур'лыка и решимость вывести его на чистую воду отодвинулась даже не на второй, а на пятый план.
В Рапторианский квартал, по которому разлилось кислотное болото, идти на своих двоих было опрометчиво, поэтому я взял в аренду летающий диск, на каких воздушное пространство Сидуса рассекали вольтроны.
Пока летел, вспомнил о награде за достижение «Вида своего защитник» и изучил полученный мод, напоминавший половинку опасного лезвия бритвы.
Меч Предтеч
Реликтовая генетическая модификация.
При использовании навсегда встраивает в генетический код носителя живое оружие реликтового класса.
Живое оружие активируется мысленной командой или неявным желанием (требует подтверждения). Материализуется из эксклюзивного эфирного металла – вещества, способного синтезироваться из внепространственного эфира. В пределах измерения этот материал обладает абсолютной прочностью и атомарной структурой уровня, позволяющего оружию существовать в двух состояниях: энергетическом и материальном.
Живое оружие способно адаптироваться к стилю боя и предпочтениям владельца. Генетическая интеграция позволяет оружию развивать новые умения и приемы, сливаясь с боевым опытом владельца.
Требуется энергия для использования. Эфирный металл обладает способностью извлекать энергию из окружающей среды со скоростью 4,17 % в час.
Требования: галактическое достижение «Вида своего первый».
Оценочная стоимость: 900 монет Сидуса.
В отличие от «Щита Предтеч», этот реликтовый мод я использовал сразу. Лезвие распалось трухой, которая утонула в моей ладони и ушла под кожу. Стало щекотно. Сначала зачесалась рука, потом плечо, шея, спина, а после и все тело. Я не столько чувствовал, сколько знал, что триллионы мельчайших запрограммированных частиц сейчас внедряются в мою нервную систему, перестраивают ее так, чтобы живое оружие включалось мгновенно и по одному намеку на его необходимость.
Интересно, в какой руке оно появится? Какую форму приобретет? Сколько будет весить?
Все так же двигаясь на диске по воздуху, я взмахнул рукой. Ш‑ш‑шу‑ух‑х! Прямым продолжением руки вырос узкий и плоский клинок, призрачный, едва заметный, с мглистой сердцевиной и сиянием на кромках – один в один каким я его представил. Вырос он прямо из кисти и вытянулся метра на полтора. Так, а можно его еще продлить? Оказалось, что можно, но не бесконечно. Прибавив еще около метра, клинок расти перестал.
Высунув от восторга язык, я улыбнулся, и лыба растянулась от уха до уха. Прости, «Задняя нога», но ты идешь на пенсию… Или верну тебя Убаме, если рехегуа воплотят.
Оружие было невесомо, таким можно махать сутками…
– Осторожнее, хомо! – испуганно пропел пролетающий мимо ангел по имени Виато.
– Простите, увлекся!
– Понакупят модов, новички, потом машут ими! – проворчал он и улетел дальше.
Спрятав оружие, я представил себя на Арене – как раз пролетал мимо нее. Было бы здорово там выступить… наверное. Но это придется отложить, есть дела поважнее.
Дом Туканга Джуалана, напоминающий гигантскую хоккейную шайбу, притопленную в болото и покрытую тысячами всевозможных драгоценных камней, стерег не один охранник, как в мой прошлый визит, а сразу трое: все тот же стеснительный рехегуа и еще два незнакомых рапторианца, причем очень маленьких, чуть выше метра, и стройных в сравнении с другими представителями расы. Оба были покрыты антрацитовой поглощающей свет кожей и очень походили на велоцирапторов. Может, это вообще питомцы? Или какой‑то генетический мод? Профили их ничего не отображали.
Когда я на своем диске завис перед ними, оба рапторианца растворились в воздухе, а охранник‑рехегуа сказал:
– Вопрос‑требование. Назови цель визита в дом великого мастера преумножения рапторианца Туканга Джуалана и его гостя, главы Великого дома Джахатов, великого буфо Биджака, хомо Картер Райли.
– Я здесь, чтобы доложить о выполненном контракте.
По бокам мне почудилось шевеление воздуха, но я и так чувствовал, что в полуметре от меня стоят два готовых к бою гибких и стремительных, как черная мамба, рапторианца. Призвав на помощь редкий генетический мод «Всевидящий глаз», я просканировал все диапазоны и довольно быстро и четко обнаружил обоих.
– Назови суть контракта, дату заключения и срок исполнения, хомо. – Шипение ударило прямо в ухо, которое еще и обдало едким паром.
– Поясни, что может быть общего у великого мастера преумножения и тебя, жалкого слабака родом с отсталой планеты, – обожгло с другой стороны.
– Да вы настоящие расисты! – изумился я.
– Отвечай! – последовало двойное шипение, и завоняло так, что заслезились глаза.
Оба черных рапторианца использовали модуль, сохранявший звучание голоса. Хомяк в клетке, которую я нес под мышкой, насторожился и принюхался, после чего внимательно посмотрел сначала туда, где находился один невидимый рапторианец, потом туда, где скрывался другой. Взгляд Тигра был каким‑то оценивающим и недобрым.
«Опасность, большой друг? Враждебные сущности?» – услышал я слабый детский мысленный голос.
«Нет! – мысленно рявкнул я. – Это не враждебные сущности! Просто… с‑с‑су… щности!»
«Не понимаю, большой друг… – неуверенно прошелестел голос, в котором отчетливо проявились девчачьи нотки. – С‑с‑с‑су… щности плохие. Они хотят сделать тебе больно. Большой друг, давай я выпью их жизненную энергию?»
Спиннер‑матриарх, пытавшийся меня убить на Агони и ставший мне другом, мама этой спиннерши, говорил со мной мыслями, которые я ощущал как свои, но даже так улавливал взрослость особи, ее мудрость и опыт. Этот спиннер, только‑только самопроизвольно родившийся из зерна, имел собственный голос, причем детский. Могло ли получиться так, что он (она?), побыв моей частью, обрел человеческие черты? В конце концов, спиннеры Агони были скрещены матриархом с местной фауной, а значит…
«Сейчас я их нейтрализую, большой друг». – Детский голосок стал совсем шкодно‑девчачьим.
