Синдром отката

> А ЧТО ТАМ ЗА КРАСАВЧИК?!!

 

Такой вопрос прислала Лотта после того, как Саския отправила ей селфи на фоне груды раков. Саския прокрутила сообщения назад, еще раз взглянула на селфи – и обнаружила на заднем плане Жюля, строящего глазки Фенне.

 

> Он занят.

> Ну воооот!

> Он с Фенной.

> КРУТО!

 

И еще через несколько селфи:

 

> OMG, тот суринамец слева! Кажется, твой ровесник.

 

Саския недоуменно взглянула на фото, но тут же поняла, о ком речь.

 

> Не суринамец. Они здесь не живут.

> Для своего возраста выглядит очень неплохо!

> Хочешь сказать, для старой развалины вроде меня?

 

За этим последовал поток смайликов, выражающих смущение и желание извиниться.

– Моя дочь приняла вас за суринамца, – сказала Саския Руфусу чуть позже.

Ему, несомненному интроверту, в компании шумных и говорливых Боски было явно не по себе. Саския обменялась взглядом с Мэри – и та улыбнулась, довольная тем, что Руфус нашел себе компанию.

Кто такие суринамцы, он не знал.

– Амелия из Суринама, – пояснила Саския, кивнув в сторону своей нынешней охранницы.

Бедная Амелия, как обычно, висела на телефоне и напряженно что‑то выясняла, бросая частые беспокойные взгляды в сторону Саскии. Потом поманила к себе Виллема, и они принялись что‑то выяснять вдвоем.

Руфус кивнул.

– Что‑то не так? Или у нее просто такая работа?

– Да нет, ничего особенного. Просто на том конце провода много нервных людей. Она старается их всех успокоить.

– Им не понравилось, что вы вот так сплавились по реке?

– Им вообще вся эта история не нравится.

Руфус кивнул.

– Значит, дочка ваша считает, что я на нее похож? Вот это комплимент!

– Рада, что вы так думаете, – улыбнулась Саския. – По‑моему, Амелия просто красавица, хоть по нидерландским стандартам у нее и необычная внешность.

Руфус перевел взгляд на Саскию:

– А большинство нидерландцев выглядит как вы?

– Да.

– Что ж, тоже неплохо.