Сны о свободе
– У меня больше нет ничего, но…
Княгиня улыбнулась. У нее не было ни гроша в кармане, но по‑прежнему оставался козырь в рукаве.
– …Но я могу торговать секретами, – многозначительно заявила она. – Я не сомневаюсь, ваши контрабандисты – мастера в своем деле. Уверена, что они могут пронести товар в любой замок и в любую крепость. Но один путь до сих пор был для них закрыт – путь в Княжеский Дворец. Я же могу показать туда тайный ход.
Слова Андромеды произвели сильный эффект. Красноглазый уставился на нее с таким выражением, будто его по лицу огрели чем‑то тяжелым.
– Ты… ты это серьезно, подруга? Как… откуда тебе это известно?
Княгиня проигнорировала его вопрос:
– Как вы считаете, господин Красноглазый, это достойная плата?
– Провалиться мне на этом месте, ты еще спрашиваешь! – Красноглазый всплеснул руками. – Если ты правда покажешь тайный ход во дворец… ты станешь королевой контрабандистов, подруга.
– Меня это устраивает, – удовлетворенно сказала Андромеда. – Кулон ваш, господин Красноглазый.
Княгиня перекинула кулон через прилавок, и Красноглазый ловко его поймал.
– Держи язык за зубами, подруга, – предупредил он, жадно изучая колье. – Никто не должен знать о завтрашней встрече. Это понятно?
– Само собой.
– В таком случае до завтра, дорогуша, – Красноглазый поднял взгляд на Андромеду и снисходительно заметил: – Если ты ищешь помощи у контрабандистов, значит, ты либо глупа, либо отчаянно смела. А глупой вроде ты не кажешься…
Андромеда усмехнулась и направилась по знакомым улицам в сторону театра. Княгиня решила, что ляжет спать прямо сейчас, чтобы к рассвету чувствовать себя бодрой.
7.
Скрип!
Андромеда открыла глаза.
Что это? Что ее разбудило?
Андромеда скосила глаза и осмотрела библиотеку. За окном виднелись черные очертания улиц Мэрлоуза и далекие огни Княжеского Дворца. Лунный свет тускло освещал библиотеку и ее бесхозные богатства: письменный стол с грудой свитков и книжные шкафы с бесценной коллекцией драматургии. Библиотека, как и вся скена, оставалась пустой. Как всегда.
«Глупая, – ласково сказала себе Андромеда, – постарайся уснуть. На рассвете тебе нужно быть уже на городской площади. И неизвестно, когда тебе снова выпадет шанс выспаться».
Андромеда подложила ладони под щеку и закрыла глаза.
Но уснуть она не успела.
Скрип!
Андромеда снова распахнула глаза и невольно потянула на себя платье, которым укрывалась.
«Нет, мне не показалось. Там, в коридоре, явно скрипнул паркет».
По спине княгини пробежал холодок.
Скрип, скрип! Странный звук раздавался все ближе к библиотеке, и вскоре Андромеда уже не могла себя обманывать: скена не пустовала. Кроме нее, в ней сейчас находился кто‑то еще. И этот кто‑то приближался к библиотеке.
– Госпожа, где вы?
Андромеда чуть не подпрыгнула от неожиданности. Голос раздался прямо из‑под антресоли: значит, его обладатель уже проник в библиотеку. Это был хриплый старческий голос, и княгиня даже не смогла распознать, кому он принадлежал – мужчине или женщине.
Княгиня стиснула зубы и накрылась платьем с головой. У нее оставалась слабая надежда, что незнакомец, увидев на антресоли груду театральных костюмов, ничего не заподозрит и уйдет.
Едва Андромеда укрылась, как скрип паркета прекратился. Видимо, предположила княгиня, ее нехитрый план сработал, и незнакомец ушел из библиотеки.
Но княгиня не спешила убирать платье. Она настороженно вслушивалась в ночную тишину, но улавливала лишь громкие удары своего сердца, болезненно отдающиеся в висках. Андромеда так бы и продолжала скрываться под платьем, но через некоторое время она почувствовала нехватку свежего воздуха. К тому же под платьем стало слишком жарко.
Княгиня собрала всю свою смелость и выглянула из‑под платья.
Поначалу Андромеда ничего не видела, ведь она несколько минут провела в полной темноте. Затем глаза привыкли к полумраку, и Андромеда разглядела…
Прямо перед ее носом замерло желтое старческое лицо. Бесстрастное, почти мертвое лицо… Его обладатель забрался на антресоль и все это время терпеливо ждал, пока Андромеда сама вылезет из‑под платья.
Андромеда закричала.
Лицо рванулось к ней. Тут же во тьме появились желтые руки со струпьями на коже. Андромеда не успела даже сообразить, что происходит, как мерзкие пальцы зажали ей губы.
– Тише, госпожа, тише!
У Андромеды сбилось дыхание. Княгиня схватила незнакомца за руки и попыталась оторвать их от своего лица. Но незнакомец оказался сильнее. Каждый рывок Андромеды сопровождался болью на скулах.
– Госпожа, пожалуйста, тише! – повторил незнакомец. – Я не желаю вам зла!
«Как же не желаешь? Ты следил за мной всю неделю!»
Но у Андромеды не оставалось другого выхода, кроме как послушно замолчать. Княгиня оставила попытки вырваться, и незнакомец убрал руку от ее лица. Андромеда жадно глотнула воздух и приподнялась на локтях:
– Святые небеса, что вы творите? Вы меня до смерти напугали!
– Я прошу прощения. Вы, наверное, полагали, что живете здесь в одиночестве?
Незнакомцем оказался пожилой мужчина со спутанными седыми волосами и кожей болезненного цвета. Он с трудом поднялся на ноги и протянул руку Андромеде, предлагая ей помощь.
Княгиня оставила этот знак дружелюбия без внимания. Она поднялась сама, отряхнулась и поправила волосы.
– Кто вы? – с опаской спросила Андромеда.
– Я хранитель театра, – незнакомец представился и снова поклонился.
Андромеда перевела дух. Слова хранителя успокоили ее. Похоже, он напал на нее только для того, чтобы она не шумела.
– Вы все это время были здесь?
Княгиня спустилась с антресоли и упала в кресло за письменным столом. Впервые за неделю она почувствовала себя в скене в относительной безопасности.
