Свидетели 8-го дня – 2

– Может и в самом деле какая‑то в них техническая неполадка и причина. – Предположил Алекс, смягчая давление своей руки на это электронное устройство, прежде всего, которые, как все знают, являются техническими устройствами повышенной сложности, а значит, как говорит какой‑нибудь менеджер по продажам и вашим гарантиям на безоблачное пользование этим элементом вашей жизни, замене не предполагаются, а уж затем они только часы. – Надо с ними забежать в какую‑нибудь часовую мастерскую. Хотя я не уверен, что такие здесь есть. – С сомнением посмотрел на эти часы Алекс, да и решил, что что‑нибудь придумает. С чем он убирает часы назад, в карман брюк, и…Его вдруг накрывает странное чувство какого‑то, не то чтобы дискомфорта, а у него возникло такое ощущение, что чего‑то, почему‑то крайне для него важного, сейчас здесь не хватает.

Что самопроизвольно, на рефлексах переводит его взгляд на стационарный телефон в номере, и Алекса осеняет догадка, что создало в нём такое чувство недостачи. А всё дело в том, что сколько он здесь находился, то есть проживал, то его буквально каждое утро, через некоторое время после его подъёма, раздражал и тревожил звонок по этому телефонному аппарату, который ему сообщал одну и ту же новость: «Вас в холле, у стойки администрации, ожидают».

А сегодня и сейчас, как это понимает Алекс, то его там, внизу не ждут. И что тогда это всё значит? А вот этот вопрос Алекс адресует в сторону часов, спрятанных им в карман брюк, таким образом как бы намекая на то, что это, если не совпадение, то по крайней мере здесь прослеживается связь. Всё это произошло в одно и тоже время, утром, а это значит…

– Ни черта это не значит. – Махнул рукой Алекс на то, в чём он не может найти ответ, и направился в сторону ванны, чтобы там привести себя в порядок и успокоиться.

Что только частично удалось ему, и когда он вышел из ванной, то он в первую очередь посмотрел на телефонный аппарат, который, что за сволочь, всё не звонит.

– Может что‑то случилось? – чувствуя в себе уже тревогу, задался вопросом Алекс. И тут же давай язвить. – С кем? – задаёт самому себе вот такой язвительный вопрос Алекс, подбивая сам себя и не пойми на что.

– Как понять с кем? – чего‑то совсем не понял Алекс, что это сейчас такое было и что это в нём такое пытается его сбить с толку и загнать в тупик отношений с самим собой. А эта тёмная сторона всех его умственных устремлений, знает, что делает и продолжает нагнетать всё большую тревогу в итак не спокойной душе Алекса.

– А ты знаешь, как понимать. И нечего тут придуриваться, разыгрывая из себя наивность. Ведь за всем, чем представляется для тебя эта жизнь, в итоге всё равно стоишь сам ты. И если ты не знаешь, что с тобой происходит, то как ты можешь разобраться с чем‑то ещё. Так что прежде чем что‑то идти искать и находить ответы, разберись с самим собой. – В принципе по делу говорит то второе я в Алексе. Но у Алекса всё равно на всё имеется своё мнение и право на него.

– Не хочешь ли ты сказать, что Максимилиан сейчас где‑то там запропал по той лишь причине, что я тут в себе частично разориентировался и потерялся? – задаётся вопросом Алекс.

– Не без этого.

– Поясни.

– Да тот же свет дня. Он, конечно, независимо от тебя светит и существует, но для тебя он возникает только тогда, когда ты откроешь глаза и на него посмотришь.

– Я понял. Тебя эгоиста не разубедить. – Сделал вывод Алекс, махнул рукой и выдвинулся в сторону выхода из номера. Выйдя из номера, он, так сказать, не собирается оглядываться на те прошлые события из своей практики во взаимоотношениях с настоящим, которые формируют в человеке те же рефлексии, а если иными и более близкими для ума обывателя сказать, то он без всяких там мыслей проследовал за своими ногами, которые его повели по коридорам отеля по знакомому для них пути (хотя здесь есть противоречие высказанному тезису, всё‑таки его ноги сейчас отталкивались в своём ходе от практики прошлого, они ведь шли по уже познанному маршруту).

Таким образом Алекс добирается или доходит, что не суть важно, до фойе с административной стойкой там, останавливается на том же примерно месте, где его в прошлые разы заставал сперва врасплох или взбадривал Максимилиан, стоящий ближе к дверям входа или выхода из отеля, смотря с какой стороны на них посмотреть, и посмотрев на то место, где его с утра встречал Максимилиан, уже воочию убедился в том, что его сегодня и в самом деле здесь нет. И это не какая‑то там халатность администратора, забывшего ему позвонить и напомнить о том, что вас как обычно уже здесь, внизу, ждут, а здесь имеет место нечто большее.

И Алексу, глядя на то, что Максимилиана нет, как‑то стало неуютно, растерянно и пусто в себе. Он почему‑то себя почувствовал никому не нужным и брошенным. Что, конечно, странно и как‑то неправильно. И вообще, на основании каких прежних событий он делает такие горькие выводы. Ему что, кто‑то обещал всё это время опекать и о нём заботиться. – Да! Господин Созвуки, когда в моё распоряжение выделил свидетеля. – Заявляет с долей истеричности в себе Алекс. А вот психовать на пустом и ровном месте не нужно. Всё равно этим ничего не добьёшься.

– Да. Чего‑то я сегодня с утра дёрганный. – Соглашается Алекс с тем, что рекомендует ему его уравновешенность. – Ну нет его и что. Может у него сейчас появились более важные и неотложные дела. «А он уже не маленький, я уверен, что разберётся, что к чему и как действовать». – Алекс с проецировал взгляд Максимилиана на себя и сделал итоговый вывод. – Я, в общем‑то, знаю принципиальную схему порядка своего движения с утра. И как‑нибудь и без гида доберусь до здания корпорации. – Алекс смотрит на выходные двери, и прежде чем направиться в их сторону и сторону выхода из отеля, начинает про себя просчитывать сколько контрольных точек ему нужно впереди пройти, чтобы добраться до итогового пункта назначения.

– Сперва надо зайти в кофейню. – Намечает первую контрольную точку Алекс. И тут же его пытаются сбить с этого пути набежавшие мысли. – А если я не хочу пить кофе, то это не значит, что я обязан зайти в это кафе? – Задаёт вот такой провокационный вопрос неуверенность и сомнение в Алексе. И Алекс готов прислушаться к этим голосам внутри в себя, которые якобы выступают за свободу выбора в тебе. При этом Алекс и в самом деле сегодня не хочет никакого кофе, и этот момент ещё сильнее подкрепляет его неуверенность идти отмеченным прошлыми локациями путём.

– А может это моё тестирование. – А вот тут на ум Алекса приходят другие мысли, которые укрепляют его уверенность действовать так, как он надумал. – Максимилиан, не придя сюда, как это мне только видится, а на самом деле он где‑то рядом, решил проверить, как я буду себя вести и действовать без его опеки. И здесь главное, дойду ли я до конечного пункта назначения, – все отчего‑то уверены в том, что я дойду, – и при этом почему‑то будет важно, каким путём я пойду к зданию корпорации. Тем же, каким я с ним ходил, или же я выберу для себя свой путь. И какой же твой выбор? – От второго, лица Максимилиана, задал этот себе вопрос Алекс.

– А почему нахоженный путь не может быть и моим путём. – Вот так ловко выкрутился из этой ситуации Алекс, пустившись, наконец‑то, в путь. Где первой точкой остановки была та самая кофейня, куда они с Максимилианом забегали, чтобы себя взбодрить.

И вот что интересно Алексу в первую очередь при его заходе в то самое заведение, в котором они с Максимилианом пили кофе по пути к пункту своего назначения, так это то, что хоть Алекс и смотрел на всё его окружающее другим взглядом, то в нём ничего вокруг как вроде бы не изменилось, – люди были прежние, никому из не было никакого дела до него, кофе не изменило в себе вкус и сам Алекс после глотка кофе себя почувствовал просыпающимся.