Свидетели 8-го дня – 2

И, видимо, как раз это обстоятельство и решило всё для Алекса, посчитавшего, что присутствие этого типа даёт наиболее открыто раскрыть характеристики этой его соседки, исходя из которых его на её счёт прогнозы сбудутся или нет. А именно для этого Максимилиан его сюда и отправил, сам при этом заняв место наблюдателя где‑то в глубине зала.

– Тема сегодняшнего испытания: рассмотрение причинно‑следственных связей. Где характерная свойственность человека, его причины, будут предполагать такое именно поведение, своё следствие. И какая здесь есть связь с нашим делом? – задался вопросом Алекс, не поняв и в самом деле связи. – А такая, что в основе времени лежит своя причинно‑следственная связь человеческого поведения, состоящая из наслоения друг на дружку событий, где будущего нет без настоящего, а его уже нет без прошлого. О чём и ведает история, наука о логике событий. – Ну а раз так всё серьёзно, то Алекс, наполнившись важностью от осознания той роли, которую ему отводят в этом, не просто изыскательском и мониторинговом (а так‑то в маркетологовом, в котором Алекс такой специалист, и иначе, скорей всего, и не могло быть, чего бы он тут себе не надумал) деле, а тут имеет место научный аспект, взяв на вооружение данный ему Максимилианом инструмент и методику распознавания характера поведения и отношений человека с собой прежде всего, но при этом через своё взаимоотношение с реалиями вокруг, сфокусировал себя на внимание и давай замечать, – но, конечно, больше не замечать, но это не считается, когда и это не замечаешь за собой, – и искать проявление всех этих рефлекторных установок и внутренних побуждений человека, его причинности, которые проявляются во внешних поступках (следствиях).

А так как Алексу необходимо соблюсти некий ритуал, который имеет место в столовой и все ему придерживаются, а иначе тебя сильно не поймут, – здесь не кафе, чтобы через официанта заказывать себе блюда, а здесь так называемое самообслуживание и тебе нужно самому подойти за блюдами к раздаче, – то он, прежде чем занять собой уже им выбранный столик, как уже говорилось выше, идёт за блюдами. А место он для себя наметил как раз рядом со столиком этой им примеченной пары, прямо за спиной этого самоутверждающего в себе слишком много лишнего типа и его спутницы. И Алекс очень надеется, что не такой внушаемой на всякие глупости этим типом, а она здесь с ним за одним столиком оказалась, как минимум, по недоразумению, которое исходит их того, что она с этим нахальным типом коллеги по работе, и ей нужно быть вежливой и придерживаться дружеских отношений со своими коллегами, не отказывая им в такой уступке, вместе пойти отобедать.

Ну а то, что эта совместная обеденная трапеза для Капитолины Андреевны, как звали эту дружески ко всем настроенную и всегда к вам снисходительную сотрудницу одного из местных офисов, – а её коллега, Родион Успенский, как сильно в его сторону соображает Алекс, там занимал какую‑нибудь должность компьютерного наладчика, кто имел большое влияние на офисных работников тем, что их компьютеры постоянно сбоили, и им чуть ли не ежедневно приходилось обращаться за помощью к Родину обязательно Леонтьевичу, чтобы он выкроил из своего столь загруженного графика хоть минуту свободного времени и подошёл в частности ко мне и решил эту проблему, – Родион Леонтьевич, будьте так любезны, посмотрите что тут у меня, – а вы тогда, Капитолина Андреевна, со своей стороны меня не игнорьте, и сходите со мной отобедать, – имеет свои побочные эффекты в плане невозможности расслабиться, тошноты при виде того, как Родион Леонтьевич так хищно поглощает блюда, и ей немного неудобно, не по себе и стыдно за то, что Родион Леонтьевич так не презентабельно, а если честно, то пришибленно, неуклюже и потёрто выглядит на её плане, – не собираюсь я становится иллюстрацией к фильму «Красавица и чудо‑юдо», – и плюс к тому он рушит всю выстраиваемую ею концепцию защитницы природы и части её, животных, – я об этот не заявляла буквально, и на Родиона Леонтьевича не смотрите как на примата, – когда она не только не попрекает Родиона Леонтьевича за его мясные пристрастия, а она и сама в этом сейчас может замечена (и никого не волнует, что по настоянию Родиона Леонтьевича, как оказывается, очень настойчивого и настырного малого), – всё же и в этом таком сложном для неё моменте есть свои преимущества. Она, наконец‑то, находит для себя то, отчего она теперь может отталкиваться в своём сдерживании к хорошему аппетиту.

И вот стоит ей только подумать о том, что ей опять голодно и хочется снова поесть, – да сколько же можно раз на дню об этом думать, когда не ешь?! – как она с этого момента может представить Родиона Леонтьевича, под своё чавканье смачно поглощающего курицу, и у неё весь аппетит как рукой снимает. А лишний раз не идти к столу ведёт к стройности и гармонии себя со своей природой.

В общем, вот такую геолокацию, композицию, фигуральное место битвы и ещё что‑то в том роде, что в голову наскоро и на ходу невзначай и спонтанно придёт, наметил для себя в этом обеденном зале Алекс. Ну а то, что он наметил для себя этот, не самый простой вариант, однозначно в себе имеющий скрытые сложности и возможные побочные эффекты в виде затаённой непредсказуемости поведения Капитолины Андреевны (насчёт Родиона Леонтьевича как раз всё ясно и предсказуемо, он, как и всякий собственник ревнив чрезмерно), тогда как предложений в этом зале было хоть отбавляй, то так уж вышло, что первое попалось на глаза, то Алекс для себя и выбрал. В чём также смогла убедиться работница кухни, выполнявшая ваши пожелания и просьбы, которые входили в сферу её компетенции и влияния, и того, что из меню сегодня было здесь представлено.

Так что Алексу пришлось сразу умерить свои аппетиты, запросы и амбиции, ещё не подойдя к раздаче, когда его на пути к ней сбил с хода заказать что‑нибудь такое оригинальное, запах приготовленных блюд. Среди которых, судя по тому, что он своим носом ощутил, а затем проанализировав, попытался в голове у себя разобрать по своим тарелкам, не было ничего из того, чем он хотел свой разум, а затем желудок поразить.

Впрочем, это даже лучше для Алекса. Все эти эксперименты с незнакомыми для себя блюдами, особенно в другой среде и ореоле обитания, где, как Алексу ещё в отеле объяснял портье, есть свои логические причины и следствия быть в норме и наоборот, вне её, – куда также входит и самая обыденная для человека вещь, как обед, – не к самым прогнозируемым результатам ведут.

И ты, считая себя вершиной пищевой цепочки всё то время, сколько ты себя знаешь, и в этом тебя и всех остальных твоих единоверцев в свою природную исключительность и венценосность заверяют все самые последние исследования в научной сфере, почивая на лаврах и пренебрегая безопасностью, запросто можешь оказаться не в предполагаемом тобой положении едока, а ты вдруг окажешься съедаемым. И тут не важно чем, жаждой наживы, жадностью или как самый распространенный вариант, несоответствием полученного результата с ожидаемым, – уж не думал же ты (конечно, думал и даже считал), что всё тут так будет просто и прямолинейно, без всей этой социологической философии, – когда тебя прямо изнутри парализует и разрывает на части от собственного несварения.

Но вроде бы как всё обошлось в этом фигуральном плане, и Алекс без особых причин волноваться за себя и собственное пищеварение, взял себе самый обычный бургер с компотом, – этого он посчитал достаточно, чтобы быть принятым в это эксклюзивное общество едоков, – и выдвинулся в сторону намеченного для себя места.

А вот здесь ему уже пришлось применить некоторую хитрость, чтобы раньше времени не спугнуть и не дать насторожиться в свою сторону Родиону Леонтьевичу, который сейчас сидит к нему лицом за своим столом, а Алексу требуется мимо него пройти, чтобы обойти и занять своё место за следующим столом и лицом к его спутнице, Капитолине Андреевне. Ну а Родион Леонтьевич при виде Алекса, сразу ощутит исходящую с его стороны опасность его намерениям в сторону Капитолины Андреевны, насчёт которой у него есть личные планы, желания сердечного характера и даже некоторые разработки того, как довести до ума Капитолины Андреевны мысль о том, что как бы она там не фантазировала себе о принце на белом коне, всё это нереалистично и блажь, и самое разумное для неё будет брать то, что ей тут в его лице предлагается, и начнёт раньше задуманного Алексом времени вести себя не слишком разумно и понятно для окружающих.