Тёмная сторона Ио

– Кого? – стоя на четвереньках, я поднял на неё лицо, уже ожидая продолжения мучений.

Плотно стиснутые губы дрогнули, глаза заблестели. Прикрыв лицо руками, девушка села на ближайший табурет и зарыдала. Плечо уже почти не болело, тем более, что я понимал, почему она так со мной поступила. Бесшумно подойдя к ней, я, колебаясь, дотронулся до её плеча и сказал:

– Не плачьте, мисс Роза, всё… хорошо… – она подняла на меня глаза – красные и ещё более злобные.

– Уйди прочь!

И я вышел, лишь немного задержавшись в двери, за что она швырнула в меня небольшой книжкой – это придало мне скорости.

Оставшуюся неделю мы не разговаривали, даже взглядов друг друга избегали, но могу с уверенностью сказать, что эти дни Роза походила на меланхоличное приведение, каким‑то образом покинувшее Запретную Часть. Йохан всё так же со мной не общался, да и Тай больше не лез ко мне, так что весь мой круг общения состоял из Антареса и трёх сестёр, с даром к телепатии. От старшей я узнал, что они дочери одной цыганской пары и, что они – не первый такой случай.

– Подобных нам называю «Триклюра». То есть, когда в семье рождается подряд трое детей «уродов». Говорить может только старший ребёнок, а между собой мы общаемся… – Сара замялась. – Те‑ле‑па‑ти‑ей… – отчеканила она это сложное – для себя – слово.

– А у этой Триклюры есть какие‑нибудь другие особенности? – спросил я, на что Сара и две немые сестры не нашли ответа и больше я их с этим не допрашивал.

В целом, наши разговоры больше не касались никаким образом Триклюр. Зато сёстры часто интересовались жизнью приюта, других детей. Я, не задумываясь им всё рассказывал: про ссору с Йоханом, про то, как на меня вдруг обозлилась мисс Роза…

– Ну, ты попытался стать одним из них. – задумчиво проговорила Сара, почесав веко единственного глаза. – Как думаешь, что пошло не так?

– Да много что… Всё с самого начала пошло как‑то не так… – я молча смотрел, как Антарес, дремлет на коленях средней Лолиты, пока Глория пыталась усадить ему на макушку чудное растение, Элли. – Я может быть и не «урод», а всё же другой…

 

 

Глава 3

 

Утро сегодня было самым обычным, ничуть не отличающимся от прочих. Мы завтракали, когда в дверь позвонили. Миссис Танкевикнэ пошла открывать, но прежде чем сунуть ключ в скважину(а она всегда держала дверь замкнутой), она посмотрела в глазок, после чего позвала одного из ребят – бледного и тощего блондина восьми лет – Силена. Роза, раскладывавшая завтрак по тарелкам, настороженно замерла. Вскоре вернулся легконогий Силен с коротким посланием:

– Пришли Серые.

Всё. Это конец. Они нашли нас. Я их привёл сюда.

Фоном мелькали тревожные мысли, я схватил Антареса, а Роза, успокаивавшая расшумевшуюся ораву, приказала лесть в сервировочную тележку, ногой выпихнув с нижнего яруса все полотенца. Перед тем как заскочить в укрытие, я взял со стола серебряную вилку. Когда вошли Они, мы с братом уже были скрыты под плотной тёмно‑зелёной скатертью. Серые стояли в коридоре и беседовали с миссис Танкевикнэ. Благодаря гробовой тишине в столовой, я без труда мог бы услышать разговор, но не стал – слишком страшно. Тем более мне не нужны были никакие подтверждения собственной вины в их появлении, и никаких сомнений в том, что они пришли именно за нами с братом – тоже не было.

Роза потихоньку начинала меня увозить прочь из столовой, но я не знал куда. Безусловно, мне хотелось, чтоб нас отвезли к ЗЧ, но подать голос я не решался, стараясь вести себя как можно тише и хладнокровнее, дабы не причинять ещё большего беспокойства Антаресу, который, кажется, понял, что к чему и поэтому пытался залезть мне под куртку. Я перестал дышать, когда послышались чьи‑то шаги. Они не могли принадлежать ребёнку – слишком грузные и размеренные, а значит…

– Куда вы это везёте? – спросил Серый голосом, который ни с чем нельзя было перепутать.

– Б‑больным, – заикаясь от страха, ответила Роза.

Тишина. Тишина, длившаяся пару секунд. Выстрел прогремел над самой моей макушкой. Дальше мир, будто бы замедлился, гулкое эхо пронизывало меня насковозь. Мёртвое тело Розы, с дымящейся точкой в груди, не успело упасть, а Серый не успел опустить ствол или как‑то отреагировать на то, как появился я. Моё недооружие вошло ему в гортань, хотя едва ли она там была как таковая – Серый оказался очень мягким, состоящим внутри только из той самой вязкой тёмно‑синей жижи, которая обильно вылилась наружу. Ужасаться самому себе было некогда. Хотя, в порыве ярости, я полностью распорол ему шею. Схватив Антареса, оставленного в тележке, и подобрав пистолет, справедливо рассудив, что он мне ещё пригодится, я понёсся прочь, на ходу соображая, где мы находимся. А находились мы как раз не далеко от Запретной Части, поэтому, когда Серые поняли, что эльфа они упустили, я был уже за пределами поместья, плутая по бесконечным узким улочкам города, пока не наткнулся на цыганский табор.

Думаю, только самые занятые или рассеянные не обратили на нас с Антаресом внимания, но у этих людей мы вызвали огромнейший интерес…

Вскоре нас окружили, и мне не оставалось ничего другого, как выхватить из‑за пояса пистолет. Вместе с ехидными усмешками на смуглых лицах, появились и двустволки в руках, один из мужчин, с прямой седой бородой, сказал другому:

– Он – эльф, Изнар, и перед тем, как мы изрешетим его – он заберёт минимум пятерых, хотя может мы его, только раним.

– Ты преувеличиваешь его силу, Хизро, тем более с ним ноша.

Хизро скривился и убрал ружьё:

– Единственное, что я преувеличиваю, так это своё уважение к тебе! Я знал парочку его сородичей, когда был молод! Тем более у него ничего нет ценного!

– Как же! У него есть прекрасные органы, не запачканные эксперементами Л.О.Р.Д.‑а! И не один набор, к тому же!

Кавалькада холодных мурашек пробежала по моему позвоночнику, Антарес захныкал и крепче вцепился в мою одежду.

– Что вы, псы дворовые, тут творите?! – услышал я гнусавый женский голос, донёсшийся из ближайшей повозки, после чего я увидел и женщину, которой он принадлежал – высокая с шатром пышных цветастых юбок на бёдрах и достаточно грубым лицом, рассечённым шрамом от переносицы до левой челюсти. – Кого кошмаришь, Изнар?

– Пошла прочь, Меркула!

Та и ухом не повела, бесцеремонно втиснувшись между Изнаром и другим цыганом, намного моложе. Что‑то в её лице показалось мне знакомым, но я точно знал, что никогда её раньше не видел, но тут же вспомнилась Сара, с младшими сходство было не таким явным. Её ярко‑зелёные глаза распахнулись, и я прочёл в них благоговенное удивление. Револьвер очутился в её руке как по волшебству и был приставлен к виску Изнара:

– Скажи, что ты не хотел убивать эльфа, умоляю! Ведь это значило бы, что я живу с полным идиотом!