Тёмная сторона Ио

Все эти обстоятельства, начиная с Ники и Эрно, а заканчивая несчастными сиротами и теми печальными чудовищами из моих снов, резали мне сердце, не оставляя куска меньше половины миллиметра. Я смотрел на Нику, на Антареса, которому, к счастью было всё равно, вспоминал Сестёр, Розу, Тая, Йохана, миссис Танкевикнэ, Неизвестного… все эти образы вихрем проносились в голове, пока не сложились в одну Цель. Цель, полыхающую как зажжённый бензин. Это вполне можно назвать Местью, но мстить я собираюсь не конкретному человеку, а целой корпорации… при чём мне необходимо не просто убить нынешнего главу, а полностью её обрушить, отправив все их технологии в небытие. Ради Антареса, ради Ники и всех тех печальных чудовищ, ни сколько не виновных в своём ужасном облике.

У моего плана был только один минус – я абсолютно беспомощен против Л.О.Р.Д.‑а… мне нужны союзники…

– Это всё Л.О.Р.Д… – шёпотом начал я. – Я уничтожу его…

Ника посмотрела на меня с печальным укором. Антарес же – к моему удивлению – перестав рассматривать чью‑то туфлю, до безвкусицы облепленную стразами, подполз к нам и начал слушать.

– Дурень ты, Шура, – хрипло произнесла цыганка. – Самые могущественные колдуны из числа твоего народа не смоги противостоять Л.О.Р.Д.‑у, а что ты им сделаешь? Направишь на них армию плотоядных фикусов?

– Возможно, но – для начала – узнаю, почему эти самые могущественные колдуны не смогли ничего Л.О.Р.Д.‑у сделать… и поэтому мне нужна помощь…

– Дурень… – шёпотом повторила Ника, осторожно коснувшись своими губами моих. – Я пойду за тобой, хоть и не верю тебе. И Эрно пойдёт, и мама, и дедушка, и отец, и весь наш табор и, я уверенна, что многие другие недовольные жизнью. Они не будут тебе верить, но будут верны тебе до последней капли крови, просто потому что у них нет выбора. Но и этого будет мало, чудовищно мало и все мы захлебнёмся собственной кровью. Ты же, оставшись среди мертвецов, вскроешь себе горло, не желая стать пленником Л.О.Р.Д.‑а. Я же буду рыдать и проклинать тебя, когда любовь станет ненавистью и… умру следом, ибо ненависть не помешает мне любить тебя и дальше… – она отстранилась и, стоя в дверном проёме, прошептала. – Что ты сделал со мной? За что? – после чего удалилась.

Чувствуя слабость в коленях, я опустился на ковёр, наблюдая как Ника уходит дальше и дальше и, резко завернув в лево, скрывается из поля моего зрения. Всё стало ещё непонятнее, чем прежде… «Что я сделал с тобой? За что?» – вдруг слетело с моих губ. Это не могла быть магия, хотя бы потому, что ничего подобного я не совершал, впрочем, я даже не знаю, как работает эта… любовная магия? Да, пожалуй, она так и называется. Но я никак не касался Ники, тогда я её даже не сразу заметил, а она уже… влюбилась… неужели это могло случиться только потому, что я эльф? Да не, бред. Антарес, требуя внимания, что есть сил дёрнул меня за рукав. Взяв брата на руки, я принялся его баюкать:

– И вновь всё повторяется… то есть, в приюте я сначала был объектом всеобщего обожания, а потом… презрения… как и сейчас, Антарес, как и сейчас… – пока я вёл свой монолог, единственный слушатель увлёкся пуговицей на моей рубашке, что не удивительно – она была большой, с гранённой фиолетовой стекляшкой, в тонкой оловянной оправе. – Что я делаю не так? Неужели… я должен уйти отсюда… чтобы Ника меня забыла… – осознав, что пуговица пришита крепко, Антарес принялся за мой воротник. – Но ты‑то явно диких условий не выдержишь! Знаешь, порой мне кажется, что ты всё тот же Неизвестный, как, например, тогда, когда я рассказывал о своём плане Нике, а порой… – он приподнялся на локтях и… выдрал мне пару волосин с головы.

Было больно, я со всей силы сжал челюсти:

– Но всё чаще понимаю, что ты больше не Неизвестный… а Антарес, мой малолетний садист‑брат!

Тем не менее, я знал, что должен уйти, но лишь полностью убедившись, что за Антаресом будет необходимый уход, и что, я смогу снова найти брата, когда с Л.О. Р. Д.‑ом будет покончено. Поэтому я, с Антаресом на руках, пошёл к Меркуле.

Цыганку я застал за распитием эддекоперки:

– О, Шура, Антарес, доброе утро! – приветствовала нас Госпожа Шрам.

Я надеялся, что она не из‑за меня взялась за бутылку с этой дрянью. Тем не менее пьяной она не выглядела, а зелёные искры были почти не заметны.

– Госпожа Шрам, у меня к Вам серьёзный разговор…

– Угу, – кивнула она, вновь приложившись губами к горлышку и сделав внушительный глоток, ни капли не морщась. – Я слушаю. Это пойло нисколько на меня не действует, представляешь. Ну… разве что настроение улучшается. Ладно, извини, говори.

– Так вот… – я прочистил горло и тут же закашлялся от одного лишь запаха эддекоперки, развернув Антареса к себе лицом. – Мне нужно уйти от вас, извините… так будет…

– Не гони лошадей! – перебила меня Меркула. – Шура, а как ты о брате позаботишься?

– Вот поэтому я и пришёл к Вам… я бы хотел его оставить под Вашу опеку. Вы же не против?

– Я буду заботиться о твоём брате, как о собственном ребёнке, но, скажи, почему ты сам не можешь остаться?

Вот тут мне пришлось достаточно долго подбирать слова:

– Понимаете, дело в Вашей дочери… впрочем, нет… не совсем… у меня есть Цель. Она может выглядит глупо и наивно, но у меня нет выбора. Боюсь, что Вы не сможете меня понять сейчас, поэтому я надеюсь, что вы поймёте, когда узнаете, как я сбежал от Л.О.Р.Д.‑а…

Она слушала не перебивая, вдумываясь в моё кривое повествование, где я пытался излагать только самое необходимое, опуская лишние детали.

– …так я и попал в тот приют… так вот, Госпожа Шрам, теперь‑то Вы понимаете, на что пошёл Неизвестный ради моего освобождения.

– Он пошёл на гораздо бОльшее, раз скрывал тебя все эти годы, – и я был полностью с этим согласен.

– Значит, Вы понимаете, почему я должен освободить свой народ. Но я не могу, чтобы мне помогали Вы или Ника, или ещё кто‑либо, близкий её сердцу.

– Да, Шура, я тебя понимаю… – сказала Меркула и вновь отпила эддекоперки, задумчиво смотря куда‑то вдаль. – Вот и ты пойми, что тот, кто уже попал под эльфийские чары, больше никогда от них не оправится.

– Я не применял к ней магию! Клянусь!

– Это и не нужно. Хочешь ты этого или нет, но тебя будут любить… нет… не то… тебя будут обожать, многие – я уверена – до маниакальности, многие увидят в тебе живого Бога. Знаешь, сколько раньше было культов, посвящённых эльфам? Их было ни счесть! Самые крупные: Серебряная Ветвь, Пятое Кольцо, Пыль Плутона, Слуги Луны… и многие‑многие другие! Думаю, Хизро назовёт тебе куда больше и даже расскажет, чем все эти секты занимались. Своим уходом ты не поможешь Нике, более того, погибнешь сам. Не знаю, как это работает, но все очарованные впадают в сильнейшую депрессию после гибели эльфа, их очаровавшего. Многие даже кончают жизнь самоубийством.

– И что Вы предлагаете?