Тёмная сторона Ио

Когда мы достигли побережья, усыпанного остывшим песком, мои ноги подкосились и я рухнул лицом вниз. Уже успевший сесть спиной к дереву, выгнув суставы вперёд, как им бы и положено, Неизвестный поднял меня и усадил себе на колени. Слезящимися, непривыкшими к дневному свету, глазами я продолжал наблюдать, как ослепительный серо‑золотой шар поднимается над серебристой далью.

– Едва ли случится что‑то плохое, если мы передохнём… Можешь поспать… – он тоже завороженно смотрел на бескрайние водные просторы, в глазах сияло даже иррациональное счастье.

Не думая, что было бы правильнее спросить, будет ли он спать сам, я уронил потяжелевшую голову ему на грудь и моментально заснул, чувствуя, что мне так спокойно в объятьях этого странного существа.

Не помню, что мне снилось – пробуждение произошло слишком быстро и неожиданно. Казалось, что меня подбросило вверх… Впрочем, почти так и было… когда я открыл глаза, то обнаружил, что Неизвестный уже на ногах и злобно вертит головой, плотнее прижимая меня к себе. Я машинально обхватил руками его шею, поскольку мой защитник вертелся точно флюгер во время урагана. Нас окружали: с моря шёл огромный корабль – фрегат – мелькнуло у меня в голове, а со стороны леса слышался хруст веток, почти полностью перекрываемый гулом множества автомобилей.

Ноги Неизвестного начали расти и вот мы выше древесных крон и фрегата. Горло сдавило от ужаса, я отвернулся, но вновь начал следить за происходящим, стоило моему спутнику сделать два огромных шага. Раздались оглушительные выстрелы и Неизвестный перешёл на бег, то и дело подставляя свою спину под огонь, не позволяя ни единой пуле достичь меня. Он двигался напролом. В бело‑голубых глазах проступила алая сетка капилляр, кровь стекала со спины и рук, оставляя красный след на песке, а вскоре и на воде, окрашивая пену волн в розовый, казавшийся мне как никогда мерзким и зловещим. Неизвестный не сбавлял скорости… Свист! Со стороны фрегата! Всё опять произошло слишком быстро…

Его ноги подкосились и мы полетели в воду и теперь я полностью осознал, как высоко мы были, раз мне заложило уши. В полёте, Неизвестный перевернулся на спину, полностью закрыв меня собой. Я замер, ощущая его горячее дыхание на затылке. Раздался плеск и меня окутала розовая пена и бордовая вода. Стараясь не дышать, плотно прильнул ухом к груди моего спасителя. Бьётся, всё ещё бьётся… Верёвка поймавшего его аркана дёрнулась, и нас потянула к огромному судну.

Неизвестный гортанно зарычал, выпуская сонмы пузырьков кислорода изо всех трёх ртов, и, сделав мощный рывок ногами освободился, после чего стремительно вынырнул и продолжил бег, во время которого я не осознавал, что под его чудовищными ступнями вода. Наверное вещи, которые за гранью нашего понимая воспринимать легче всего. Их можно принять как данность. Но вообще хотелось просто отвернуться от всей этой воды, от неба, от берега, оставшегося и так позади и уткнуть лицом в тощее, пахнущее солью и железом, плечо Неизвестного.

Когда был достигнут противоположный берег, то Неизвестный опустил меня и, «втянув» ноги, рухнул лицом вниз на холодную гальку. Никогда не думал, что в голове может быть настолько пусто, без мыслей. Я смотрел, как слабыми рывками вздымалась изувеченная спина и задние руки, болезненно выгнутые судорогой, время от времени вздрагивали. Тончайшими, сначала красными, потом розовыми, а в конце серыми, ниточками заполнялись его кровоточащие раны. Тем временем я осматривался. Это место крайне отличалось от покинутого нами ранее: первые большие деревья росли намного дальше, вода была мутно‑бурой и изобиловала мёртвыми медузами, водорослями и какой‑то мерзостью. Немного дальше, из тумана выбивался щербатый серо‑коричневый пирс, так же облепленный – будто они его борода – водорослями. К нему была пришвартована такая же бородатая рыбацкая лодка. За спиной пробежали две облезлые чайки, отчаянно сражавшиеся за чахлую трёхголовую рыбёшку.

Около минуты я флегматично следил за их поединком, пока не услышал, как мой спутник пытается встать. Я пролез под ним, уперевшись плечами и руками ему в грудь, становясь таким себе живым домкратом. Распрямился полностью Неизвестный уже самостоятельно, оставив руку с клешнёй на моём правом плече.

Холодный и солоноватый ветер трепал мои волосы, оказавшиеся средней длины и чёрными. Лишь сейчас я задумался о собственном облике. Я поднял глаза на Неизвестного:

– Можно я посмотрюсь в воду?

Он кивнул и, убрав руку, уселся на гальку, очевидно, что он не горел желанием созерцать собственное отражение.

Желтоватая пена лизала и холодила серые ступни, а я всё боялся нагнуться и взглянуть в мутную воду. Я обернулся к Неизвестному и спросил:

– Я же не испугаюсь того, что увижу?

Он ехидно улыбнулся всеми тремя ртами и ответил:

– Понятия не имею, посмотри и узнаешь.

Видимо я состроил достаточно кислую мину, раз его улыбки стали шире, но шесть глаз были по‑доброму снисходительны.

Я выдохнул и нагнулся к воде: серое, достаточно продолговатое, но с мягкими чертами лицо, с большими почти полностью белыми глазами, где лишь радужка, выделенная ещё чёрным контуром, отливала бледной голубизной; губы были чёрными и не из‑за какой‑то краски, а сами по себе(я проверил!), я слегка приподнял верхнюю губу и увидел, что все зубы немного заострённые; волосы, как я уже раньше заметил были иссиня‑чёрными, прямые, доходили почти до челюсти, из‑под них выбивались острые кончики ушей.

Наверное, я слишком увлёкся разглядыванием себя:

– Девица‑красавица, Шурочка! – позвал меня Неизвестный. – Оторвись от зеркала своего! В путь пора!

Я резко обернулся и заторопился к нему. Он ухмыльнулся:

– Тут совсем рядом городок… Там и укроемся.

Я недоверчиво нахмурился:

– Там живут Серые?

– Луна упаси! – воскликнул Неизвестный. – конечно нет! Там живут люди.

Я нахмурился ещё сильнее:

– Это как я или как ты?

– Увидишь…

– Ладно… А я кто?

– Ты – тёмный эльф, Шура, – ответил он, но вновь видя, что я не понимаю, продолжил. – Позже расскажу подробнее, обещаю! Только не спрашивай пока ничего, ладно?

Я кивнул и просто принял полученную информацию к сведению, не вдаваясь более в подробности. Неизвестный всё ещё шёл медленно и неуверенно. На серо‑охристом песке валялась какая‑то палка, как мне показалась, достаточно большая и прочная чтобы стать хорошей опорой моему защитнику. Я подобрал её и сунул ему под мышку как костыль. Он благодарно кивнул, а я улыбнулся. Теперь мы шли быстрее.

Начались первые захудалые постройки, которые, наверное, коггда‑то были милыми избушками. Сейчас же они покосились, дерево разбухло, забор почти полностью ушёл под землю.

Неизвестный заглянул в окно одной такой:

– Никого – заходим. Здесь должна быть одежда. Возможно, еда, что вряд ли…