Воля императора. Двойник

Внезапно умирающий открыл глаза. Взгляд, поначалу тусклый, при виде меня оживился, мгновенно став пронзительным.

– Оставьте меня с наследником, – глухо сказал император, не соизволив даже поздороваться. Видимо, просто не счел нужным тратить время на формальности.

– Ваше императорское величество, это не … – начал объяснять Кутепов, решив, что император обознался, признав во мне настоящего цесаревича. Но Николай Александрович, собрав силы, прорычал:

– Оставьте с наследником!

От рыка, возможно, последнего в жизни императора, из комнаты вымело и министра, и доктора.

– Сядьте, – приказал мне Николай Александрович и я послушно уселся на стоявший рядом с кроватью табурет. – На тумбочке поильник, дайте попить, – попросил царь.

В ворохе пакетиков и склянок я не сразу отыскал фарфоровый стаканчик с длинным носиком, вроде тех, что предлагают около источников с минеральными водами, а когда нашел, то вначале попытался подать его в руки, спохватился и поднес носик к губам.

– Постоянно хочется пить, а когда пью, то много пить не могу, – словно бы извиняясь перед посторонним человеком сказал император, отпив несколько мелких глотков, потом попросил: – Дайте мне вашу руку.

А это‑то зачем?.. Но возражать не стал, хотя и стало немного не по себе. Онкология, конечно, незаразное заболевание, но всё равно не приятно. Пересилив себя, протянул Николаю Александровичу правую ладонь. Тот с трудом подтянул свои собственные руки, ощупал мою кисть сухими горячими пальцами, отбросил ее и приказал:

– Левую…

Слегка удивившись, поменял руки.

Левую ладонь император ощупывал чуть дольше. Помял внутреннюю часть, погладил внешнюю. Когда наконец оставил мою кисть в покое, уронил свои руки на простынь и сказал:

– Хорошая рука, доброе сердце, чистые помыслы. Александр, вы станете настоящим государем.

Похоже прав был Кутепов, император не в себе. Хотя, может проверка?..

– Ваше величество, меня зовут Павлом, – сказал я, немного оторопев – Не каждый день удаётся указывать помазанникам божьим на их ошибки. Остаётся надеяться, что лекарства не причинили какого‑нибудь вреда психике умирающего. Пока что выходит, теперь он принимает желаемое за действительное? Раз решил, что перед ним сидит настоящий внук.

– Вас зовут Александром, – твердо сказал государь. – Вас звали Александром в том месте откуда вы прибыли, а теперь вы Александр здесь. Жаль, что ваше сознание сразу не перенеслось в тело моего внука, но видимо так надо было. Неисповедимы пути …

Вот тебе и на… Что там писали про императора пророка?

– Как вы догадались? – спросил я, сглотнув тяжёлый ком.

– Я не догадываюсь, – серьёзно глядя на меня ответил император, – я знаю. Вижу, что вы прошли сквозь огонь и смерть, что в вас течет кровь моих предков, а больше мне ничего не надо. Как деду мне больно осознавать, что мой единственный внук умирает, но как государь, я радуюсь этому.

Я ждал какого‑то продолжения, но Император Николай не стал говорить, чему это он радуется.

И тут до меня начала доходить вся серьёзность ситуации, а также оговорки Кутепова. Они просто не ждали что настоящий наследник очнётся. Да и царю, судя по всему, осталось недолго. Значит я буду под личиной не простого наследника… Мне предстоит и на престол взойти…

 

Конец ознакомительного фрагмента