Возвращение 3. Часть 2

И наблюдал, как сходят гнев и недоверие с лица Дэлеса. Парень начал дышать нормально, но смотрел всё так же пронзительно.

– Я не знаю, как ты это сделал, – произнёс он.

Бестужев засмеялся:

– Костя сразу догадался бы. Это мой друг с Земли. С Меды‑3 то есть. Наши операции планировал он. Я в общем‑то у него учился.

Прай вопросительно наклонил голову, а Дмитрий испытал уже ставшее привычным чувство того, что ему отчаянно не хватает Кости. Вдвоём они сделали бы в два раза больше и быстрее. Да и просто соскучился по товарищу, на которого можно положиться во всём. Одному здесь тяжело.

– Я остался на планете ещё в прошлый заход, – сказал Бестужев. – После того, как Плаза‑2 лёг на землю, отправил Арсес назад на автопилоте. Установил задачу забрать меня сегодня.

Дэлес соображал, сведя брови.

– Ну и всё, – усмехнулся Дмитрий. – И дал пробежку до Плаза‑1.

– По земле? – с недоверием произнёс Прай. – Десять тысяч километров?

– Ну да, – невозмутимо подтвердил Бестужев. – Ламеем как раз за неделю добрался. На местных заодно посмотрел.

Дмитрий смеялся, глядя на лицо Дэлеса. До парня доходило почему никакие системы защиты не засекли подхода Арсеса для установки мин. Потому что он вообще не подходил!

– В порту посадки, в ночь поднялся по опорам на стыковочную платформу, установил мины и камуфлирующий экран, – закончил объяснение Бестужев. – И оставил до сегодня.

Прай так и стоял молча. Задержанное на вдохе дыхание выдавало его удивление.

– Вы со всей навороченной техникой совсем забыли вот про это, – Дмитрий поднял ладони. – Нужны руки, ноги и зубы, если надо провод перекусить. У нас на Земле есть ещё волшебное оружие пехоты, называется лопата. С ней вообще чудеса творят. Покажу тебе как‑нибудь.

Дэлес внезапно шумно вздохнул и разразился на своём громким матом, а Бестужев расхохотался. Парень несколько минут не мог отдышаться, шагая туда сюда с громогласным возмущением, но, наконец, остановился и метнул искрящийся взгляд на Дмитрия:

– Ты!.

И больше добавить ничего не смог.

– Ну, Прай? – Бестужев вспомнил, как в своё время приводил в чувство старшего из братьев Спецовых. – Я буду отдавать приказы. Их надо выполнять, согласен?

Дэлес всё‑таки замешкался, искренне пытаясь принять это для себя. Но понимание того, что с Призраком действительно есть шанс изменить всё, уже укрепилось.

– Не верю, что говорю это… – сглотнул Прай, – но да. Да, буду выполнять.

– И приказы Магбрава, – добавил Дмитрий.

– И его тоже, – Дэлес замолчал, закрыв глаза на мгновение, – и я только что подписал себе смертный приговор за предательство.

Бестужев невозмутимо пожал плечами:

– Магбрав оценит. Вы с ним в одинаковом положении. Время, нас ждут на мостике. Готов?

– Да.

Прай ответил с нужной степенью уверенности, и Дмитрий поставил под этим делом галочку. Парень завербован, на очереди следующие пункты плана.

Пока они поднимались на мостик, Бестужев в очередной раз, подумал, что задач уже слишком много. А они только начали. Пока отрабатывают Герату и оттачивают план действий у Лан‑Ирмеи. Магбрав предоставляет полное обеспечение, но это не решает проблему исполнителей некоторых этапов. Генерал согласился на увеличение команды, и это вело к тому, чего Дмитрий делать не хотел.

Оказавшись на командном мостике, Бестужев отправил Дэлеса к Магбраву и его офицерам, ожидавшим заявления о сдаче в плен, а сам остался позади. Прай говорил всё по инструкции военнопленного, и Дмитрий слушал только краем уха.

Ушёл в собственные мысли, которые его не радовали. Только расплатился со своей совестью за все поступки, оставил Анну и Костю в покое наконец. А теперь всё идёт к тому, что они нужны ему здесь. Без них план не реализуем. Но та его часть, в которой придётся ускорить массовую резню лан‑ирмеев и гереспри с большими рисками для всех, точно не будет одобрена Лазаревой и Багировым.

Бестужев тяжело вздохнул, зная, что никто не заметит этого. Под чёрным рэк‑покрытием, прятавшим его с головой, никто не заметит ни вздоха Призрака, ни взгляда. И Дмитрий продолжал думать.

Можно облегчить план, можно попробовать без Анны и Кости, но тогда нужно отказаться от захвата "живого острова". Этот объект никак не был задействован в плане Магбрава, потому что генерал искренне боялся включать натид в активные действия. Слишком ценные создания. Для него, как для лан‑ирмея, это было почти святотатством. Но Бестужев собственноручно перекрестил генерала и сказал:

– Давай. Если рискуем, то до победного, полумерами всё равно не обойдёмся.

"Живым островом" называлось соединение кораблей‑биоферм, забравших натид с Земли вместе с мегами. Больше двух миллиардов людей стали трофеем в этой войне. Дмитрий спросил Магбрава зачем эта армия, но, оказалось, уже поздно спросил. Форма‑мутированных солдат уже распределили по колониям.

Генерал объяснил почему они так нужны. Планеты колонии воспользовались ослаблением лан‑ирмеев, а ресурсов подавить бунты уже не хватало. Все силы брошены на взлом осады родной планеты. И лан‑ирмеи повторили стратегию гереспри – запустили миллионы мегов на планеты. Провели массовую высадку из космоса готовых монстров, упакованных в броню и оружие, при поддержке этой монстро‑пехоты огнём с орбиты. Всё закончилось довольно быстро. Все планеты возвращены под контроль.

Несколько миллионов особей зарезервировали для Гераты, и Дмитрий в очередной раз подавил в себе чувство вины. Подавил жестоко и беспощадно, как всегда. Он ничего не может сделать с тем, что мегистотерии используются в боевых действиях, и сам должен их использовать. Ровно столько, сколько потребуется, чтобы вывести флот гереспри с Гераты и направить его к Лан‑Ирмее. Сотни тысяч жизней мегов, потраченных на повреждение планетного захватчика на его совести. И чем дольше это продлится, тем больше крови он возьмёт на себя.

Но это было понятно Дмитрию изначально. Как он и думал: Призрак – такой же монстр. Ни сожалений, ни ошибок он не допустит. И если хочет не допустить вторжения на Землю, чтобы три миллиарда оставшихся там людей не были выкошены с планеты, как трава, то нужно забыть о том, кто такие форма‑мутированные солдаты. Они принадлежат лан‑ирмеям. По‑другому уже не будет.