Закаленные бурей 5

– Спрашивает, мол, пан Глобус полный довподобод или с ним можно работать?

– Коржик, счас как дам по кумполу, договоришься у меня!

Тут уже вступился я.

– Коржик, отставить издеваться над товарищем! Чеслав переведи.

– Юля попросила принять родича на работу, если он окажется угодным пану Глобусу.

– Видишь, Серёга, девушка все нормально сказала, это некоторые несознательные матросы развлекаются. Так, Юля, ты тоже не волнуйся. От того, что запизнилася, ничего страшного не произошло. Сделала свои дела и хорошо. А сейчас Глобус покажет твоё рабочее место. Серёга, введи нашу новую повариху в курс дела.

– Сделаем, шеф, пошли, барышня.

– Кэн, осмотрите её родича, только серебряную зажигалку верните.

– Алексей, за кого ты нас принимаешь, что мы сами себе зажигалок не добудем?

Так Юлия начала кашеварить в нашем отряде, её трёхлетняя дочка Карина, естественно, стала постоянной составляющей кухни, а её родственник Михайло помогал поварскому отделению Глобуса и Кощея, занявшись учётом припасов и снабжением. Сын Даня был записан в штатные разведчики, поэтому с ним были проведены ускоренные курсы молодого бойца по вопросам маскировки и ведения наблюдения.

Юля была женщина симпатичная – невысокая, стройная и фигуристая, довольно весёлая и очень вкусно готовила. С бойцами не робела, общаясь весело, но держа дистанцию. Так что ребята любили с ней поболтать: кто‑то просто трепался, а кто‑то пытался ухаживать с серьёзными намерениями.

Наш бравый гальванёр Игорёк Коржушенко, в простонародье Коржик, тоже отметился в нелёгком деле ухаживания. Учитывая его габариты, а был он на полголовы ниже дамы, так что Коржика даже в ухарской бескозырке за Юлей не было видно от слова «совсем». Да и со стороны он казался не ухажёром, а младшим сыном, соревнуясь в росте с некрупным Даней. Учитывая такие выверты природы, касаемые его богатырской стати, ухаживания Коржика стали поводом для шуток всей нашей честной компании. Корж вначале воспринял с обидой реакцию Юли, а затем сам стал смеяться над ситуацией.

Как‑то за обедом я стал свидетелем рассказа Юли о подвигах Игорька, у которого под глазом появился синяк. От незнакомых, но забавно звучащих слов, нам всем было смешно. Прослушав начало, мы поняли, что половину слов не поняли, поэтому я обратился к нашему переводчику: «Чеслав, переводи, что сие означает».

А Юля рассказывала.

– Днями підійшов до мене Ігорьок і кличе щось показати. Я ж пішла, цікаво ж, що він приніс. А цей кавалер дістає коробочку і підморгує мені. Я думала колечко або ланцюжок приніс, а він гумовiй нацюцюрник дістає і показує. Я аго ополоником по лобі стукнула и кажу: «Ах ти лиходій пiсюнковый, що удумав!»

Затем вступал в разговор Чеслав, переведя сказанное: «Днём ко мне подошёл Игорёк и позвал чего‑то показать. Я пошла, интересно же, что он принёс? А этот кавалер достаёт коробочку и подмигивает мне. Я думала колечко или какой подарок принёс, а он презерватив дослал и показывает. Ну она его половником по лбу стукнула, заругав: «Ах ты, развратник, что удумал!»

Народ подначивал Игорька.

– Коржик, ты же говорил, что лицом об пулемёт стукнулся, когда чистил его?

– То так оно и было! Мужики, вы чего, не верите мне?! Точно говорю, о пулемёт зачипився. А половником она промахнулась.

– Звичайно промахнулася, цілилася по лобі, а потрапила під око.

Мы ржали с Игоря и Юлиной речи. Юля продолжила рассказывать дальше, а Чеслав синхронно переводить.

– Піздрю на пана Игоря и звiдаю: «Што сь ниська таки парадний, сiсь мiй файний!»

– Смотрю на пана Игоря и спрашиваю: «Какой ты сегодня нарядный, друг мой красивый!»

– Я шкіритися стала и звідаю: «Штось ся упулив. Твоя пуцка до май пички не дотянется, бо дрібний ти. До того ж твiй пуцка як тi штрімфлі на мотузке висять. Файня бабоуку, бо цуцлика май дитяти подарував би».

– Юля стала смеяться, снова спросив, мол, чего смотришь? Твой «дружок» до её «подружки» не достанет, ибо маленький ты росточком. К тому же твой «боевой жезл» висит, словно те носки на верёвке. Лучше дочке куклу или соску подарил бы.

– Бачу, засмутився Игореша зовсім, я його заспокоїла: «Та не миригуйся, я фіглюю».

– Вижу, что Игорь смутился совсем, поэтому успокоила его: «Не нервничай, я шучу».

Тут Игорек прорезался: «Да не так всё было. Я думал, может, чего Юле помочь треба, воды с озера принести, вот и пришёл. Так же Юля?»

– Ось же брехун, допомогти мені хотів. Я і попросила: «Раз прийшов, Ігорьок, піди раз до озера, та води набери. Він набрав, на тому і помирилися».

Снова народ заржал, смакуя отдельные обороты речи, а я спросил у парня.

– Игорёк, ты чего такой резкий? Поухаживал бы сначала за дамой, а то, действительно, словно метеор, сразу с презервативом в гости пришёл.

– А мы, моряки, вообще, народ резкий. Девушка мне нравится, вот я и подумал, чего попусту буйреп за конец дёргать, лучше сразу пришвартоваться к причалу. Ты же не против, командир?

– Ради Бога, только этот вопрос ты с Юлией выясняй.

– Вот в том‑то и загвоздка – не любит она моряков.

Так что по смеху бойцов найти девушку в расположении отряда было несложно. Через несколько дней снова попал на смех.

– Чего смеёмся?

– Сырники ищем.

– Серёга сырники приготовил на ужин?

– Нет, Юля попросила сирники найти, потом шваблики, вот мы и ищем что это такое.

– Товариш командир, я, щоб розпалити в грубці вогонь, сірники шукала, а вони іржуть як коні і з сирниками тепер пристають.

– Учи русский язык, Юля, а то твои нацюцюрники со швабликами дислокацию отряда смехом демаскируют. А может быть, и правда сырники получится сделать – давно не ели такого блюда.

Учитывая то, что украинский язык являлся солянкой языков разных народов, да ещё вставлялись слова из разговорной речи, а не литературного языка, то иногда проскакивали словечки, звучащие довольно забавно. В самом начале появления в отряде украинцев, включая Юлиного родственника Михайло, дело дошло до драки. Маленький росточком, но крепенький Глобус напал на ничего не понимающего здоровяка Михайло с криками: «Ты как с начальством разговариваешь, гадёныш!» Когда бойцов разняли, стали выяснять в чём дело. Оказалось, что Михаил, служащий счетоводом и снабженцем в отделении поваров Михаил, обратился к начальнику отделения со словами: «Пан Глобус, ти підрахуй, скільки у нас солдатів в строю, а я порахую, скільки докупити крупи».

Глобусу перевели сказанное.