Застенец 2

– За один день, – тихо произнес Президент Верховный Главнокомандующий, словно размышляя. – Что по гражданским?

– Пока с… считаем, – начал заикаться Шапочников. – Думаю, потерь больше.

Он замолчал, явно что‑то обдумывая. Молчали и все остальные генералы, включая министра обороны. Случившееся нельзя было назвать даже чрезвычайным происшествием. Сюда больше подходило слово «катастрофа».

– Что скажете, Александр Мергенович?

Министр обороны заговорил неизменно тихим голосом, точно рассказывал обычную бытовую историю. Однако бледный вид свидетельствовал о крайнем волнении.

– Мы впервые столкнулись с таким противником, Виталий Витальевич. Армия не была готова к подобному развитию событий на нашей территории. Большая часть существ появилась в Самарской области, что мы связываем с наличием города иносов…

– Связывают, – прервал президент, и в глазах его на мгновение блеснуло зарево надвигающейся бури. – Аналитики чертовы. Конечно, это из‑за иносов, из‑за кого же еще?

Он помолчал, глядя на беззвучно работающий в кабинете настенный телевизор. Совещание решили провести срочно, поэтому до Кремля главнокомандующий не доехал. Остался в Ново‑Огарево.

Именно Кремль сейчас показывали. Могучий, древний и будто замерший в ожидании чего‑то недоброго. А хорошего ничего ожидать не приходилось. Просто так флаги не приспускают.

– И Васютин этот, идиот, – не стал сдерживаться президент. – Руководитель федерального канала, тоже мне. Такое в прямом эфире пустить.

– Васютина уволим, Виталий Витальевич, – робко подал голос начальник Главного контрольного управления президента РФ Семенов, бодрый до невозможности, исполнительный и вместе с тем глуповатый. – И журналистку. Оператор с корреспондентом, к сожалению, мертвы. Им мы ничего…

– К сожалению? – зацепился за слово главнокомандующий.

– В смысле, без сожаления. То есть, просто мертвы.

У Шапочникова громко стучало сердце. Когда он увидел, что президент тяжело вздохнул, на короткий миг даже показалось, что он знает, о чем думает Виталий Витальевич. Кадры, кадры, кадры. Даже на такой высокой должности начинаешь ощущать их резкий дефицит. Хотя скорее, именно на подобной должности он ярче всего и воспринимается.

Семенова давно надо было уволить. Он, что называется, не соответствовал своему креслу. Об этом знали все. Вот только где найти компетентную замену, да еще такого же преданного, как Семенов?

– Васютина перевести, но без лишнего шума, – сказал наконец Виталий Витальевич. – Придумайте ему там занятие. Но чтобы все поняли, что к чему. Журналистку не трогать. Тут показательные порки не нужны. Надо думать, что теперь делать дальше. Вы же понимаете, к чему все идет?

Шапочников понимал. Он представлял масштабы катастрофы и очень хотел сохранить задницу в тепле на своей должности. Из ниоткуда взявшиеся твари – не просто недоразумение. Это лишь первая ласточка.

– Будут еще так называемые прорывы, – подтвердил его догадку президент. – И теперь надо быть к ним готовыми. Как бы нам не хотелось, но привычный нам мир изменился. И теперь он никогда не станет прежним. Несколько глав ОДКБ уже прислали письма с готовностью оказать поддержку. Даже американцы готовы выслать солдат НАТО. Дожили! Они хотят нам оказывать поддержку!

– Может, настало время для ассиметричного ответа, Виталий Витальевич? – подал голос Грознов. Один единственный из генералов, который, казалось, даже сейчас сохраняет невозмутимость. По крайней мере, по его сдвинутым бровям складывалось именно такое ощущение.

– Ответ кому? Иносам?

– Виталий Витальевич, так ведь понятно, кто за этим стоит, – не унимался Грознов.

– Мне кажется, что они сами не рады этим прорывам. И у них там, внутри, тоже что‑то происходит. По крайней мере, пока никаких ответов из‑за стены не поступало.

Шапочникову показалось, что на мгновение президент утратил всю суровость и решительность. Впрочем, длилось подобное недолго. Короткий миг.

– Пока суть да дело, Александр Мергенович, переведите все силы сдерживания в режим несения боевого дежурства. Отозвать всех из отпусков. Вы сами все знаете, чего я Вам объясняю. Подобное не должно повториться!

Шапочников облегченно выдохнул. Не сняли, обошлось. Но у него родился довольно серьезный вопрос. Надолго ли?

 

Глава 1

 

Зейфарт сейчас представлял собой осадную башню на поле боя. Столь же величественную и неприступную. Он никогда не был крепким здоровым мужиком, как у нас принято рисовать супергероев. Однако именно сейчас от него настолько мощно веяло силой, что хотелось быть поближе к директору. Но у него были свои намерения на мой счет.

– Портупей‑юнкеры, сюда, живо!

Мне и бежать не пришлось. Просто сделал пару шагов вперед. А вот от занимающих позицию лицеистов отделилась пара человек: Извольский и Аввакумов. Отличники учебы и военной подготовки.

– Ирмер‑Куликов, на Вас семерки и шестерки. Народу там много, а толку не особо. Будете удерживать площадку перед заводом. От Вас многое зависит, внутри недомы. Они вряд ли что‑то могут противопоставить противнику. Аввакумов, возьмите взвод пятерок и встаньте у северного входа. Извольский, на Вас все, кто рангом выше. Вы вместе со мной встанете во главе нашей крохотной армии. Господин подполковник, – обратился Зейфарт к начальнику моей охраны. – Нам бы очень понадобилась Ваша помощь.

– У меня личный приказ Его Величества охранять Ирмера‑Куликова, – холодно ответил тот.

Твердолобый, чтоб его, дурак. Нас того и гляди вообще сметут отсюда. А он – приказ. С другой стороны, именно теперь я окончательно понял серьезность Императорского конвоя. Они были готовы пожертвовать и своей, и чужой жизнью, лишь бы выполнить приказ.

– Пусть так, – даже не пытался скрыть разочарование Зейфарт. Он быстро понял, что дальнейший разговор бессмыслен. Поэтому обратился к нам. – Надеюсь, вы все поняли. С Богом, господа.

Собственно, ничего передавать с помощью испорченного телефона и не понадобилось. Практически все лицеисты, сейчас притихшие, слышали слова директора. Я даже с удовольствием увидел кислое лицо Бабичева. Ну да, применил Зеркало, теперь будь любезен встать под командование Извольского. И еще с грустью и некоторым удивлением посмотрел на Варвару, которая также отправилась вместе с командиром «Людей чести». Наши отношения были настолько сложными, что я до сих пор даже не поинтересовался, какой у нее ранг. Получалось, что выше пятого. Однако, в таком‑то юном возрасте…