Железные Рыцари. Ультимативная Угроза

Катька покраснела, но промолчала. И была утащена троицей – шушукаться.

– Сложно всё у человеков, – задумчиво произнесла Серина, внимательно и с интересом наблюдавшая за всей вот этой мелодрамой.

– А ты не человек что ли? – хмыкнул я.

– Традиционно питты самопозиционируют себя как отделившийся вид. Но это не вполне верно методологически, особенно учитывая то, что пиитами становятся люди, – признала она. – Но всё равно – какие‑то совершенно непонятные социальные движения, реакции. Не все, но очень многие. Я их и в голофильмах видела, но не очень понимаю – зачем?

– Секс, выгода, сопереживание и эмпатия. Много причин Серина, тут тебе надо не меня слушать – я сам не слишком эмоционален. А читать соответствующую литературу. У вас, у пиитов, не было?

– Базы данных по психологии и психофизиологии человеков – прерогатива наставников, – пожала она плечами.

– Ну значит, познакомишься. Не знал, что у вас цензура, – хмыкнул я.

– Не “цензура”, а “рациональное распределение информационных ресурсов”… Можно сказать, и цензура, – признала она.

В общем, перелёт до Ульвеюла я провёл без общества супруг. Которые бросили бедного меня и носились с Катькой, как с прынцессой какой‑то! Ну вообще, как я понял, налаживали отношения и общались, что не лишнее, конечно. Но могли и навестить и вообще!

С другой стороны время прошло не зря, позанимался с Эмиком в ИР, в плане освоения “новой и охренительной цацки”, которую Его Щедрость подкинула каждому Инвиктусу группы. У Эмика это была “Голова Горгоны” или Эгида – и так, и так выходило, инструмент‑перевёртыш.

Щит, что казалось бы глупость для щитового Инвиктуса, но не вполне. В рамках полусферы этот щит концентрировал и поддерживал, до полутора часов автономно, то поле, на которое настраивались эмиттеры Эмика. Не динамическое, само собой, но очень не лишнее приспособление, позволяющее заняться чем‑то более сложным, чем прямая защита. Не абсолютный щит, конечно, но полезная вещь. И, вдобавок, помимо щита‑Эгиды была “Голова Горгоны”. Проектор стазис‑поля, конвертирующий в это самое поле энергию от Эмика. В чём прелесть – узконаправленным лучом. Как вулканисты (или пииты) этого добились – непонятно. Но для нормального объекта остановка движения его части – губительна, это факт. Конечно, тоже не “абсолютное оружие”, блокирующееся до определённого уровня обычными щитами, не только Инвиктусов. Но Эмик радовался и ликовал, требуя смонтировать Эгиду ему на манипулятор стационарно. Против чего я не возражал и посулил заняться этим на Ульвеюле. Вулканисты для такой операции совершенно не нужны, хороший техник с дронами обслуживания прекрасно справятся.

В общем, к Ульвеюлу подлетал довольный, но не очень удовлетворённый дюк Ульвер. Впрочем – довольство останется, а удовлетворённость… Что‑то мне начинает казаться, что надо было… Хотя вроде и ничего девчонка. И интересно, какие варианты всякого, разного, этакого и интересного подкинут кости?

 

2. РодоВые Будни

 

В Роттерне на высокой звездой орбите висел знакомый фирмоментум Императорис Гладиус. Но поздороваться с дядей Стёпой, губернатором этого планетоида‑станции, возможности не появилось: как только наш транспортник опознался в системе, фирмоментум начал разгон и подготовку к выходу в гиперпространство. Что, в общем, и не удивительно – то, что у фирмометумов нет в Империи особых дел, совершенно не значит, что им нечего делать. Ну и торчать в системе Родового Аристократа для "поговорить по старой памяти" Префект Милитум просто не мог.

Ну а мы направлялись к Ульвеюлу, и меня немного “отпускало”. Всё же, последнее время моя жизнь была несколько сумбурной и бредовой. Обвинить в этом, кроме стечения обстоятельств, вроде и некого, но всё равно – выходил редкостный бардак, во всех смыслах. А сейчас – займёмся делами, развитием Рода. Да и его увеличением тоже – маточные репликаторы совершенно не обязательно использовать для смоделированных зародышей. Вполне можно и наших с девчонками спиногрызов там воспроизвести. И девчонкам полегче, и случайностей всяких (хоть у аристократов их вероятность пониже обычного человека, но есть, не говоря о разных генно‑евгенических программах) не будет. Главное – за Басилдр, энтузиасткой этакой, приглядывать. А то “принесёт княгиня в ночь неведому зверушку”, а нам с этой неведомой жить и заботиться, и от Имперского Правосудия как‑то прикрывать… В общем – не надо нам неведомых зверушек, а за Басилдр надо пристально следить и контролировать!

Но вернулись и принялись разбираться с накопившимся делами: у нас несколько “системных строек”, добывающая система, реализация ракетного “выхлопа” от дронного заводика. А главное – опять проверка этих долбучих бюрократов! Вот честное слово, возникает ощущение, что как только человек становится бюрократом – на него проклятье какое падает! Тотального рукосуйства, вечного раздолбайства и липких рук! И, кстати, Катя, подключённая к процессу тряски бюрократического аппарата, показала себя с самой лучше стороны. Затребовала графики по социологии, образованию, чуть ли не дорожному движению – и на основании их выдавала выводы не только об эффективности, но даже мздоимцев выявляла. Тоже этикетка, только своеобразная, управленческая выходила. И застраивала чиновников на загляденье – тоже, похоже, воспитание. У меня пугались до мокрых штанов, да и я не только мог их прибить, но и демонстрировал. А у Катерины, в её “принцесса‑моде” – кололись, как спелые орехи. Даже мысли появляются – а чего это такого в девчонке страшного? Или “доверие вызывает”? Чёрт знает, в общем, но как администратор – точно находка.

Правда, эта находка на третий день ухватила меня за одну деталь, а троица прочих девиц – за руки и ноги, чтоб не отбивался. Я не очень отбивался, между прочим! Но дела, да… В общем – влилась Катерина уже Ульвер в нашу семью. И кости всякое интересное предлагали, хотя я первое время от предлагаемых конструкций фигел… Но интересно и приятно. И что ТОЧНО – я не хочу знать, что будет при заполнении ВСЕХ ячеек. В то, что они справятся и всякие там варианты предложат – я уже верю. Но проверять не хочу. Скончаюсь‑не скончаюсь – уже не уверен. Но что ни на что больше, кроме бесконечного всякого, этого и разного времени не останется – факт. И Эмик утопит меня от обиды, в бочке лубриканта.

Серина бродила по Юлу, время от времени интересовалась всяким, да и предлагала небезынтересные улучшения‑модификации. В итоге попросила себе ресурсов и лабораторию, клятвенно пообещав ничего там нахрен не взрывать. И не нахрен не взрывать – тоже пообещала. А пока лаборатория оборудовалась, она общалась с Басилдр – вот как знал, что найдут общий язык. И…играла с близнецами. Я как первый раз увидел – немножечко удивился. И первое время немного подумал о лекарствах для восстановления сердечного ритма, потому что от такого небольшого удивления и в ящик сыграть недолго.

Иду я, значит, по коридору Юла, думой умеренной тяжести угнетённый, и расчёты на голоэкране браскомма произвожу. А навстречу мне, с визгами и криками бегут близнецы. Ну, бывает, лучше пусть бегают, чем мелкие диверсии чинят и вообще – в их возрасте понимаемо. Правда, подготовился к какой‑то шалости, типа там таблички мне на спину “Пни дюка Ульвера и получи бесплатную экскурсию на добывающую систему “всё включено!” Нет, ну в чём‑то смешно даже, но как‑то не пристало моей дючьей персоне. Несолидно.