Знак судьбы

– Не могу сказать наверняка, но теория такова. Я поручу своей команде изучить ее. Посмотрим, что они смогут выяснить. Они также работают над несколькими беспилотниками‑невидимками, чтобы найти Охотников и незаметно за ними проследить. А пока давай посмотрим, сможем ли начать оттачивать твои способности, чтобы сделать их более полезными. Если научишься подключаться к другим существам и даже управлять ими по своему желанию, это может стать решающим фактором в итоге этой войны.

Диана встала и махнула нам с Миррой, веля следовать за ней. Она вывела нас во внутренний двор, где тренировались Лохлин и несколько других оборотней.

– Лохлин, ты нужен нам на пару минут, – позвала она.

Несколько минут спустя мы втроем выстроились в тени вяза; Диана стояла перед нами.

– Лохлин, будь добр, смени облик на волчий.

Лохлин без вопросов склонил голову и выполнил указания. В один момент он был дородным рыжеволосым мужчиной, в следующий – дородным рыжим волком.

Как хорошо, что меня это больше не беспокоило.

– Сиенна. Попробуй связаться с волком Лохлина, – подбадривающе попросила Диана, когда животное начало описывать круги вокруг нас.

– Хорошо.

В груди появилось тревожное чувство.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, открывая свое сознание существам вокруг. Присутствие Лохлина было самым близким и излучало сильную энергию, поэтому я легко зацепилась за нее.

Привет, друг мой.

Он сделал паузу и, склонив голову набок, оглядел меня.

Друг, подтвердил он, его волчьи губы почти ухмылялись мне.

– Я слышу его, – прошептала я, пытаясь говорить и осознавать свое окружение, сохраняя при этом связь и не впадая в тот странный транс, который возник с кракеном.

– Попробуй заставить его вернуться в человеческий облик, – сказала Диана, пристально наблюдая за происходящим.

Я тяжело сглотнула и, минуя мысли волка, глубже проникла в его разум к самой воле.

Я чувствовала, как Лохлин пытается отойти от меня, даже когда его волчья форма начала тяжело дышать.

– Сиенна, пока не узнаем, на что ты способна, мы…

Я разорвала связь с Лохлином и отшатнулась назад, ударившись о дерево позади.

– Только потому, что я могу что‑то сделать, это не значит, что я должна, Ваше Величество. Я не сделаю того, о чем вы просите. Не тому, кто друг мне.

Не тогда, когда меня саму на протяжении последних недель снова и снова принуждали делать что‑то против воли. Я ненавидела каждую чертову секунду этого времени.

Диана долго изучала меня, а затем кивнула.

– Я понимаю и уважаю твое решение. Так что давай пойдем на компромисс. Ты готова попытаться навязать свою волю вороне или соколу ради блага масс, как здесь, так и на материке? Птица не пострадает. Нам просто нужно провести своего рода разведку. Вот и все.

Я обдумала ее просьбу и поняла, что не могу сказать «нет». Хотя все еще казалось неправильным овладевать разумом другого существа, Диана была права. Цель оправдывает средства.

– Я попробую.

В итоге все оказалось намного проще, чем я ожидала. Я не только смогла заручиться помощью пары ворон, которые стали нашими глазами в небе, но и отправила кракена на задание в Блэкторнскую Гавань для наблюдения за морями.

Хоть, по общему мнению, утро и прошло успешно, к его концу я была истощена. Измотана до такой степени, что едва стояла на ногах.

– Мы благодарим тебя за все твои труды, Сиенна. Ты очень нам помогла.

Меня пронзил укол вины. Слова мотыля все еще преследовали меня.

– Вероятно, мне следует рассказать вам кое‑что еще, чтобы быть полезной.

Я быстро рассказала им о голосе, который исходил от мотыля. От этого Мирра словно затрепетала.

– Для меня это звучит как черная магия. Мы с Дианой сделаем все возможное, чтобы разобраться в этом, пока ты ешь, отдыхаешь и набираешься сил.

Женщины ушли, оставив меня наедине с Лохлином, который вернулся в свою человеческую форму.

– Ты весьма удивительна, Девочка, – сказал он, благоговейно качая головой. – Даже более того – ты хорошая девушка. Я ценю, что ты не использовала меня как какую‑то марионетку.

Локлин заключил меня в медвежьи объятия, отчего я охнула и рассмеялась.

– Нет проблем.

Я с радостью ответила на его объятие. Потому что, несмотря на то, что меня почти все время окружали люди, никто из них не был похож на меня, и я не могла припомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой одинокой…