Бунтарка

Мы с Джейсом одновременно поворачиваем головы и, смотря на своего лучшего друга, я думаю, когда же, черт возьми, он собирался поделиться этой информацией со мной? Но тут меня осеняет, что это, возможно, могло и не произойти. Артемида должна была доставить мне маленький блокнот с нашей перепиской с Аполлоном где‑то на этой неделе, если, конечно, она успела увидеться с ним до начала дурацкой миссии. Мы втроем пытались составить график передачи блокнота, но все по‑прежнему было слишком непредсказуемо.

– Где может быть Тэм? – спрашивает Джейс.

– Я не интересовался, где она ночует, – усмехается Аполлон. – И не стал выпытывать больше никакой информации о Коре, на случай если наш разговор подслушивали. Попробуй найти Антонио.

Аполлон говорил о шеф‑поваре, который работал в клубе Тэм «Лук и стрелы» и в ресторане Джейса, названного в честь этого итальянца. Мы наняли этого честного и внимательного человека, потому что никто не догадается, что невысокий пожилой мужчина, регулярно бормочущий себе под нос что‑то по‑итальянски, собирает для нас информацию. У него есть жена и трое детей, и он не может позволить себе сказать лишнего и привлечь внимание, но вот слушать, что говорят вокруг, он мог без проблем. Антонио находился одной ногой в нашем подземном мире, а другой на свету, поэтому он нам так нравился.

– Я найду ее, – обещает Джейс. – Я верну Кору.

Я не обращаю внимания на его слова, потому что не знаю, будет ли ей лучше с нами, а не там, где она находится сейчас. Я не знаю, захочет ли она приезжать, ведь прошло шесть месяцев, и если она до сих пор избегала нас, то на это у нее были веские причины.

Думаю, ад замерзнет прежде, чем Кора вернется в Стерлинг Фолс.

 

 

Глава 5. Кора

 

 

Заметив, что мы не одни, Бен хватает меня за руку и пытается утащить за собой, но уже слишком поздно. Я вижу лишь человека, стоящего на другой стороне улицы, и мчусь туда, пока не оказываюсь прямо перед Никс. Но и этого мне недостаточно. Обхватив Никс за плечи, я притягиваю ее к себе, и она тихонько смеется, крепко обнимая меня в ответ.

– Что‑то случилось? – спрашиваю я у нее на ухо. Несмотря на то что я счастлива видеть Никс, страх, сжимающий мою грудь, не отступит, пока не узнаю причину ее появления. – Они в порядке? Живы?

Никс слегка отступает назад, опуская голову вниз.

– Они живы, – наконец отвечает она. – По крайней мере, Вульф и Аполлон.

– А Джейс?

– Ты кто? – Бен подходит ближе и останавливается в нескольких футах от нас, засунув руки в карманы.

Должно быть, на моем лице Никс видит вину, потому что фыркает. Выражение ее лица беззаботно, но настороженно. На ней черная рубашка с длинными рукавами и черные брюки карго. Из‑под воротника рубашки видны ее многочисленные татуировки, волосы заплетены в две косы, а на лице темный макияж. Именно такой я ее и запомнила.

– Никс, – представляется она.

– О, мы используем вымышленные имена? – кивает Бен. – Тогда ты можешь называть меня Хироном.

Я вздрагиваю, а Никс издает хриплый смешок, сразу понимая, к чему он клонит.

– О, мой друг, твоих двух ног маловато, чтобы быть им, даже если ты чему‑то обучаешь Кору.

Хирон. Кентавр из греческой мифологии. И если я не ошибаюсь, то именно у него проходили обучение многие знаменитые герои. И откуда Бен знает о таком?

Я прищуриваюсь, глядя на Бена, и впервые задаюсь вопросом: не следовало ли мне больше интересоваться его личностью? Или, например, его прошлым и причинами, почему он оказался здесь? Прошло уже пять месяцев, а наши разговоры всегда сводились к мелким, ничего не значившим вещам.

– Возможно, ты просто не можешь их разглядеть? – улыбается Бен и кивает в сторону леса. – Если мы хотим продолжить разговор, нужно скрыться из виду.

Никс смотрит на парня, но не протестует, поэтому я беру ее под руку и иду к тропинке, по которой мы не так давно бежали в город. Как только мы скрываемся в тенях деревьев, она останавливается.

– Что происходит? – спрашивает она меня. – Что это за место?