Дом Пламени и Тени

– А разве кому‑то она нравится? – спросила королева, ехидно изогнув губы.

Итан стиснул кулаки.

– Если она тебе не нравится, тогда зачем ее отпустила?

– Волчонок, я то же могу спросить у тебя. Вы же завалили ее. Так почему ты ее не добил?

Итан невольно напрягся.

– Конечно, – продолжала Королева Змей. – Наследница рода Фендир. Сигрид ее зовут? Это ведь по ее части. Как у вас, волков, это называется? Бросить вызов?

– Да. Только в открытом поединке, на глазах у всех стай Логова. Если бы вчера вечером Сигрид убила Сабину, это считалось бы не поединком, а предательским убийством.

– Слова, слова, слова.

У Итана похолодела спина.

– Ты ведь хочешь, чтобы Сабина была мертва.

Королева не отвечала.

– Это твоя цена? Хочешь, чтобы я ее убил?

– О нет. Я бы не решилась ввязываться в политику подобным образом.

– Только наркота и страдания, да?

И вновь она ехидно улыбнулась:

– Что сказал бы твой дорогой братец, узнай он, как ты здесь общаешься со мной и мне подобными?

Итан не доставил ей удовольствия своей взрывной реакцией.

– Скажи, на каких условиях мы все можем выбраться отсюда?

– Провести поединок. – Она затушила сигарету. – Всего один, на который выйдешь ты. Частное зрелище, – промурлыкала Королева Змей. – Только для меня.

– Зачем? – резко спросил Итан.

– Я высоко ценю развлечения. Особенно для себя. – Она снова улыбнулась. – Один бой для безопасного выхода отсюда и свободы Кетоса. Победишь – и все можете идти куда угодно. Больше ничего не требуется.

Итан мысленно выругался. Надо было взять с собой Марка. Тот бы обдумал предложение со всех сторон. Марк за милю чует разные каверзы.

Но Итан знал: если он выйдет отсюда за Марком, королева отменит свое предложение. Решать нужно ему самому.

– Я участвую в поединке, и ты отпускаешь нас всех. Немедленно.

– Я вам даже машину дам. – Королева кивнула. – Езжайте куда хотите.

Один поединок. Их в его жизни было предостаточно.

– Но я не стану пить твой яд, – заявил Итан.

– А кто сказал, что я предлагаю? – изумилась она.

– Ты и Тариона освободишь от этой зависимости, – добавил Итан. – Чтобы больше никаких идиотских чар по отношению к нему.

– Холстром, ты меня обижаешь. У моей породы это называется священными узами.

– Для тебя нет ничего священного.

Королева Змей подняла палец и повернула статуэтку Луны. Теперь стрела указывала на него.

– А это?

– Красивые штучки ничего не значат, если за ними не стоят действия.

И вновь королева слегка улыбнулась:

– Какой же ты самоуверенный.

Итан выдержал ее взгляд. Пусть видит волка внутри него, даже если от прежнего волка остались только кости.

Возможно, королева заманивала его в ловушку. Но время поджимало, а других способов выбраться из этой змеиной норы он не видел.

– Ладно, – произнес Итан. – Один бой.

– По рукам, – вкрадчиво ответила Королева Змей.

Она встала и прошла к двери, двигаясь со змеиным изяществом.

– Поединок пройдет завтра, в десять вечера. Твои друзья могут присутствовать, если захотят.

Она открыла дверь. Недвусмысленный приказ уходить. Итан не стал задерживаться. Королева достала другой портсигар – на этот раз золотой – и щелкнула крышкой.

– Можешь не волноваться, я подберу тебе достойного противника.

Она усмехнулась. Итан вышел за порог.

– Заставь брата гордиться тобой, – сказала Королева Змей и захлопнула дверь.

 

* * *

 

Лидия Сервос расчесывала волосы, сидя перед туалетным столиком. В астерийском дворце ей была отведена большая, роскошно обставленная комната, полная золота, шелка, слоновой кости, бархата и тяжеловесной мебели из полированного дуба. Окна выходили на семь городских холмов. Идеальное жилище для избалованной, но верной служительницы астериев.

Она подчинялась непосредственно им и отчитывалась только перед ними. Раз она куда‑то отправилась, значит так надо. Поэтому никто не удивился и не посмел расспрашивать ее, когда недавно она нанесла краткий визит в Лунатион, чтобы передать послание Селистене, а по пути заглянула на Мясной Рынок за «подарками к вечеринке». Даже у Мордока не возникло подозрений.

Но ее союзники тоже считали, что она является верной служительницей их врагов.

Такой была ее жизнь, где одиночество – самый надежный спутник. Она молила богов, чтобы Деклан Эммет и его друзья выполнили ее просьбу и чтобы она правильно оценила характер Королевы Спрайт, томящейся в подземелье дворца.

Дверь ванной открылась, и оттуда в клубах пара вышел Поллукс: совершенно голый и мокрый после душа.

– Ты еще не одета? – спросил он, покосившись на ее серый халат с голубоватым отливом. Он нахмурился еще сильнее, увидев, что ее волосы по‑прежнему разметаны по плечам, а не убраны в надлежащую прическу. – Нам через пятнадцать минут выходить.

А теперь пришло время ее сложного танца.

– Месячные начались. – Лидия дотронулась до живота. – Извинись за меня.

Поллукс откинул светлые волосы со лба и подошел ближе, покачивая тяжелым членом. С белых крыльев на кремовый ковер стекали струйки воды.

– Ригелус лично просил нас быть. Прими какое‑нибудь средство.

– Уже приняла, – ответила она, позволяя себе легкое раздражение.

Сказанное не было ложью. Она действительно приняла сильнодействующее противозачаточное средство, нарушившее обычный цикл. Из‑за этого месячные наступили на две недели раньше срока.