Дюна

– Определенное состояние песка при уплотнении, – ответил Кайнс. – Легкий шажок по ним отзывается барабанным боем. Черви никогда не пропускают такого.

– А приливные котловины? – продолжил герцог.

– Углубления в почвах пустыни, столетиями заполняемые пылью. Некоторые настолько велики, что в них есть и течения, и приливы. Они поглотят любого, кто по неосторожности ступит в них.

Холлик откинулся назад и провел рукой по струнам. Наконец он запел:

 

Дикие твари рыщут доныне,

Ожидая заблу‑удшего,

Ох‑х‑х, не искушай же демона пустыни

Во избежание ху‑у‑удшего.

Всюду угрозы…

 

Он резко оборвал песню, наклонился вперед:

– Впереди пылевое облако, сир.

– Вижу, Гарни.

– Его мы и ищем.

Пол перегнулся, чтобы заглянуть вперед, и заметил километрах в тридцати перед ними желтое облако пыли на поверхности пустыни.

– Одна из ваших фабрик‑краулеров, – сказал Кайнс. – Она на поверхности, – значит, под ней специя. Облако – это выброшенный песок, когда специя уже отсортирована. Такое облако не спутаешь с другим.

– Над ней летательные аппараты, – сказал герцог.

– Вижу двух… трех… четырех споттеров, – проговорил Кайнс. – Они ждут появления следа червя.

– Следа? – переспросил герцог.

– Песчаной волны, движущейся к краулеру. На поверхность выбрасывают и сейсмозонды. Иногда черви передвигаются так глубоко, что не видно никакого следа. – Кайнс оглядел небо. – Вблизи должен быть и каргон, только я его что‑то не вижу.

– А червь приходит всегда? – спросил Холлик.

– Всегда.

Нагнувшись вперед, Пол тронул Кайнса за плечо:

– А какой величины участок у червя?

Кайнс нахмурился. Дитя это задавало взрослые вопросы.

– В зависимости от размера.

– А какие вариации? – поинтересовался герцог.

– Большой охраняет три‑четыре сотни квадратных километров, маленькие же… – Он умолк. Герцог внезапно включил тормозные двигатели.

Аппарат дернулся, хвостовые двигатели с шипением отключились. Теперь машина функционировала уже полностью как орнитоптер, крылья которого размеренно и плавно вздымались и опадали. Не отпуская управления, герцог указал левой рукой на восток от комбайна.

– Это и есть след?

Чтобы разглядеть, Кайнс перегнулся через герцога.

Пол и Холлик, прижавшись к окну, глядели в ту же сторону. Пол успел заметить, что застигнутый врасплох маневром эскорт вырвался было вперед, но теперь уже медленно разворачивался. Комбайн‑фабрика была все еще впереди, километрах в трех.

Там, куда указывал герцог, полумесяцы дюн простирались до горизонта. Эту рябь пересекала прямая линия, начинавшаяся движущейся горой песка. Полу это напомнило след, на мгновение оставленный на воде крупной рыбиной, плывущей у поверхности.

– Червь, – проговорил Кайнс. – Большой. – Он нагнулся, схватил микрофон с панели, переключился на новую частоту. Глянув на карту с сеткой координат, прикрепленную над головой, он быстро произнес в микрофон: – Вызываю краулер в Дельта Аякс Девять. Предупреждение – след. Краулер в Дельта Девять. Предупреждение – след. Сообщите прием.

Громкоговоритель на панели сперва затрещал, потом из него донеслось:

– Кто вызывает Дельта Аякс Девять? Прием.

– Что‑то они и не думают волноваться, – заметил Холлик.

Кайнс говорил в микрофон:

– Полет вне расписания, – пролетаю в трех километрах к северо‑востоку от вас. След червя на пересечении с курсом, ожидаемое время контакта с вами – через двадцать шесть минут.

В громкоговорителе загремел другой голос:

– Группа наблюдения. След подтверждаю. Остановитесь для фиксации контакта. – После паузы голос произнес: – Контакт – минус двадцать шесть минут. Оценка точная. Кто летит вне расписания? Прием.

Холлик, забросив свою музыку, просунул голову вперед между герцогом и Кайнсом:

– Это обычная рабочая частота?

– Да. Зачем тебе знать?

– Кто слушает?

– Рабочие экипажи в округе, меньше интерференция.

Громкоговоритель вновь затрещал и произнес:

– Говорит Дельта Аякс Девять. Кому начислять премию за обнаружение? Прием.

Холлик глянул на герцога.

Кайнс сказал:

– Существует премия в зависимости от добычи в этом месте тому, кто первый заметил червя. Они хотят знать…

– Скажите им, кто первым заметил червя, – сказал Холлик.

Герцог кивнул.

Немного поколебавшись, Кайнс взял микрофон:

– Премию за обнаружение – герцогу Лето Атрейдесу. Герцогу Лето Атрейдесу. Прием.

Внезапный треск статических помех исказил и лишил выражения ответ:

– Слышим и благодарим.

– А теперь скажите, пусть они разделят эту премию между собой, – приказал Холлик. – Скажите им, что такова воля герцога.

Кайнс глубоко вдохнул и произнес в микрофон:

– Герцог желает, чтобы вы разделили премию между экипажем. Слышите? Прием.