Фэй. Сердце из лавы и света

– Бедолага! А это что, правда вход в мир эльфов? Ты знаешь, что тебя срубят через несколько дней? – я поставила фонарь со свечой на пол и положила руку на кору бузины. Дерево слегка задрожало. «Помоги мне! Спаси меня!» – казалось, шептало оно мне. По спине пробежала дрожь. Теперь я заметила капли на коре, которую эльфы покрыли пастой, пахнувшей рисовым пудингом. Они пытались его подлечить.

– Завтра я первым делом поговорю с мамой, – пообещала я дереву.

Я поглаживала его грубую кору и сломанные ветки. Оно застонало от моего прикосновения, и ягоды бузины упали на землю, как опавшие яблоки при сильном ветре. Тем не менее, я чувствовала себя спокойно, будто находилась под защитой, и не знала, хотела смеяться или плакать в этот момент. Я почувствовала странную смесь эмоций.

– Я не позволю, чтобы с тобой что‑нибудь случилось, обещаю! – прошептала я.

Что‑то неожиданно промелькнуло у меня перед лицом, и я так резко отпрыгнула, что упала на землю. На дереве появилось движение, а несколько последних листьев – как я думала до этого момента – внезапно распахнулись, и вся бузина затряслась. Летучие мыши! Я наклонила голову, но потом увидела огромных черных бабочек. Мой вскрик и резкое движение, должно быть, напугали их.

По треску ветвей и шелесту листьев я поняла, что кто‑то снова приближается к поляне. По росту и походке я догадалась, что это был мужчина. В тот момент, когда я заметила его, светлячки снова исчезли – они действительно оказались очень пугливыми ребятами, – и поляна, которая только что была так ярко освещена их светом, погрузилась в темноту. Черт! Все во мне напряглось. Теперь сигарета, которую незнакомец держал в руке, была единственным ярким пятном среди этой темноты. Огонек на мгновение осветил его лицо. Арон.

Поначалу я была счастлива увидеть его. Я больше не была тут одна. И… если он здесь, значит, не на свидании с Лилей… Но потом я подумала, что мои разговоры с деревом посреди ночи произвели бы на него странное впечатление. К тому же волосы были взъерошены, я уже умылась и была не накрашена, на мне была самая теплая зимняя одежда… Нельзя, чтобы он увидел меня такой! Я огляделась в поисках укрытия. Дерево заскрипело, и вдруг я увидела в его стволе брешь, которую раньше не замечала. На какой‑то абсурдный миг я подумала, что врата в эльфийский мир только что открылись для меня, и очень обрадовалась. Но это была просто какая‑то неглубокая пещера. Я залезла внутрь.

Пожалуйста, уйди.

К сожалению, удача была не на моей стороне. Арон направился прямо к дереву. Он подошел за несколько секунд до того, как я спряталась. Я слышала его дыхание. Арон просто стоял там. Что он делал? И когда он наконец уйдет? Мои джинсы уже намокли от влажной земли, и стало холодно, несмотря на теплую куртку. Еще в моем укрытии было довольно тесно. Пришлось положить голову на колени.

Мяу! Прозвучало прямо передо мной. Кошка, должно быть, достаточно поохотилась на мышей и хотела побыть в моей компании!

– Миска! Ты как обычно много гуляешь, – тон Арона, который сегодня утром колебался между вежливым, вызывающим и просто раздраженным, был неожиданно мягким и приятным.

Миска начала громко мурлыкать. Арон ее погладил? Я представила, как его длинные загорелые пальцы касаются ее мягкой шерсти. Было в нашем присутствии на этой поляне что‑то интимное. Не считая кошки. Я слушала ее мурлыканье, дыхание Арона, стук моего сердца…

Потом все это смешалось с другим звуком. Я выглянула из своего укрытия. Арон прислонился лбом к бузине, правой рукой опираясь на ствол. Миска терлась о его ноги. Мне стало очень тепло. Кто бы мог подумать? Арон на стороне эльфов? Разве он не скупой мешок денег, как его дядя? Он тоже хотел помочь дереву? Я почувствовала, как уголки моего рта приподнялись в улыбке. Но затем Арон поднял голову, сжал руку в кулак и со всей силой ударил по стволу. Он зарычал. Оглушительно громко. Миска вскрикнула. И вдруг стало темно и холодно.

 

Глава 12

 

 

Парализованная от страха, я сидела в своем укрытии, зажав рот рукой, чтобы не закричать. До этого мне уже было не по себе от темноты на поляне, но, по крайней мере, я могла различить хоть какие‑то тени. Сейчас я будто ослепла. Арон исчез, я даже не знала, был ли он еще там. Да я даже не видела свои руки и ноги. Казалось, весь свет поглотила тьма. Все, кроме одной крошечной точки, которая загорелась передо мной. Один из светлячков? Я чуть не заплакала от облегчения, но потом почувствовала запах табака и увидела, что это свет не от светлячка, а от зажигалки, которой Арон подкурил новую сигарету. Постепенно становилось немного светлее и теплее. Я начала успокаиваться. Тогда что это было? Почему Арон ударил по дереву и почему стало так темно?

Я почувствовала, как что‑то очень мягкое касается моей руки, и подавила в себе вырывающийся крик. Это Миска тихо подкралась ко мне на своих пушистых лапках и посмотрела блестящими в темноте глазами.

– Брысь! – прошипела я.

Мяу! Она начала точить когти о мою куртку. Точно когда‑нибудь сверну ее маленькую пушистую шейку! Я попыталась отмахнуться рукой, но кошка равнодушно продолжала стоять передо мной.

– Что там, Миска? – спросил Арон. – Ты охотишься на мышь?

Арон пошел в мою сторону и уже через секунду стоял передо мной. Он отодвинул несколько веток, и наступило молчание.

– Ой, смотри, и правда мышь, – сказал после паузы Арон. – Особенная мышь. Я бы даже сказал жирная. Почти крыса.

Жирная! Крыса! Как грубо! Мой неуправляемый страх только что перешел в неуправляемое возмущение. Я сжала губы. Конечно, я и сама знала, что выгляжу как огромная зефирка, в зимней куртке, шарфе и огромных зимних ботинках; но было холодно – я одета по погоде. Арон, напротив, был в джинсах и кожаной куртке, как и сегодня утром. Единственным знаком уважения к прохладной погоде была шапка. Этот парень что, никогда не мерзнет? Спрашивать его об этом я бы точно не стала.

– Что ты здесь делаешь? – голос Арона больше не казался таким нежным как прежде, скорее раздраженным.

Я выползла из укрытия, готовая бежать при малейшем признаке того, что Арон снова взбесится.

– Я услышала, что кто‑то идет, и спряталась. Кто знает, это мог быть потенциальный насильник. Ну, мне пора.