Клан на прицеле. Книга шестая

– Например то, что тебя и меня довольно давно можно назвать друзьями? – уязвленно ответил я, снимая с лица свои круглые очки, – Как минимум, товарищами? Сколько раз ты замечала за собой слежку? Кто‑то проверял хоть раз, чем ты занимаешься в Хагонэ? С кем общаешься? Кому отсылаешь телеграммы через центр связи?

 

Уши у рыжей запылали, но сдаваться она не собиралась. Я давно заметил, что в серьезных вопросах Регина способна на немыслимое – давить собственный темперамент, включая логику. Оперировать фактами, несмотря на внутренние метания. Подобное качество в женщине можно было только уважать.

 

– С тобой очень много непонятного, Алистер, – наконец, проговорила она после того, как официант, доливший вина в наши бокалы, отошёл. Гомон от заполненных столиков ресторана предоставлял нам отличную звуковую завесу. Девушка ловко цапнула мою пачку сигарет, предусмотрительно положенную на стол, закурила, подумала несколько секунд, а затем развернула мысль, – Непонятное пугает. Тревожит. Заставляет предполагать худшее. Я инквизитор, понимаешь? Нас так учили. Тренировали. Дрессировали. Бояться неизвестного. Бояться разумно, реагировать правильно. Понимаешь?

 

– Гм, – сконфуженно пробормотал я, – Об этом я и не подумал…

 

Для меня в порядке вещей было то, что Инганнаморте отлично осведомлен о Древних и их возможностях. Но при этом совсем вылетело из головы, что обычный, пусть и очень хороший солдат Инквизиции, совершенно «не в теме». Что она могла при этом думать, глядя… ну, на то многое, что вокруг меня происходит? И что с этим делать?

 

Разве что пооткровенничать.

 

– Знаешь…, – я откинулся на спинку стула, глядя прямо в глаза сосредоточенной Регине, – Здесь есть большая часть моей вины. Я давно уже смотрю на тебя, как на своего товарища, а это мешает предложить службу. Сильно мешает. Воспитание такое. Ну а насчет того предложения… всё еще проще – быстрая свадьба, беременность Рейко, отправка её в убежище. Знаешь, чем плохи убежища? Там скучно. И безопасно. Рейко, да и не только она, делают мою жизнь излишне веселой, когда я их навещаю. Это заставляет… осторожничать.

 

– Ты так говоришь, да и выглядишь, как будто там у тебя куча баб, половина из которых беременны, – фыркнула Праудмур, а потом подавилась, разглядывая мое изменившееся лицо, – Ч‑то?! Правда?!

 

– Мои дела связаны с риском. Большим риском, – развел руками я, – Например, вчера я убил Ханумана. Или добил. Или принял участие в убийстве. Окончательном. Тварь была в Камикочи. Ведя такую жизнь, как‑то очень остро хочешь оставить побольше потомства.

 

– И насколько уже велико твоё желание? – растерянно пролепетала девушка.

 

– Сын родился. От Рейко. Райдоном назвали, – доложил я, – Вчера. И Хануман вчера. Веселая жизнь, да?

 

Девушка со стоном и звонким шлепком влепила обе ладошки себе в лицо. Посидела так, не обращая внимания на принесенное жаркое, исходящее вкусными запахами, а потом убито поведала:

 

– Я‑то рассчитывала, что мы просто поедим, выпьем, а потом, когда вернемся в отель, я с тобой всё‑таки пересплю. Хотя бы разик. А ты…

 

– Я…

 

– Нет, лорд. Хватит. Просто закажи еще вина. Больше. Я очень хочу напиться. Вдребезги! В Генуе! На Пьяцца‑мать‑его‑Феррари! А потом ты меня отнесешь в отель.

 

Глава 4

 

В своей первой молодости, в той, которую всё‑таки помню, я, зачитываясь фантастическими романами, частенько воображал себя на месте героев. В 90‑ые было не так много зарубежной фэнтези, что набрало свою силу позже, зато научная фантастика, космос и приключения процветали. В те времена мне, совсем уж неразумному подростку, только‑только готовящемуся закончить школу, даже в самых искаженных мечтах не виделось, что когда‑либо стану какой‑то гибридной помесью между аристократом, ковбоем и демонологом, имеющем еще доступ к своеобразному нуль‑переходу.

 

А как иначе назвать возможность в мгновение ока очутиться что в замке Мирред, в Камикочи, либо в Италии? Один шаг – и ты на месте. Только сложно этому радоваться. Мечтая, человек видит воображаемые возможности, но никогда – ношу, что их сопровождает. Когда у тебя в руках молоток, то всё вокруг становится похоже на гвоздь, … если только у тебя есть время праздно оглядываться по сторонам.

 

Время у меня было. Поручение, выданное мной Накаяме Минору, продолжавшему играть роль моего секретаря, спешки не терпело. Сам одержимый, вместе с прикрывающей его Момо, почти не появлялся в отеле, а вот мне оставалось только ждать. Это, впрочем, было не совсем уж безделием – я постоянно наведывался к Рейко, Миранде и близняшкам, мелькал в Хагонэ, куда Эйлакс не совался, а заодно разыскивал по Генуе джентльменов, оказавшихся в достаточно затруднительном положении, чтобы сменить свободу на сытное, но бессрочное пребывание в замке Мирред. С последним дело шло очень туго, Генуя была городом богатым, но не любящим ни преступность, ни азартные игры, найти в ней бесхозного бедного (или проигравшегося) аристократа с хорошим воспитанием и образованием было сложно.

 

В перерывах между своими метаниями я наблюдал за метаниями Регины. Та, в тот самый первый памятный вечер отожгла по полной. Несмотря на свои невеликие килограммы, пить миниатюрная красавица, как и любой военный, умела, а душевный раздрай у нее вылился в веселое буйство. Нет, сначала было всё прилично, она ехала на сгибе моего локтя в отель, оживленно вертя головой по сторонам, а затем углядела с высоты полуподвальный древний кабачок с раскрытыми настежь дверьми и кучей открытых же окошек в цокольном этаже, откуда неслась музыка, веселые вопли и прочие манящие звуки с запахами.