Книга Азраила
Весь первый день я провел с Небожителями и людьми, которых я не знал, но которые отчаянно пытались поприветствовать меня и раболепствовали по поводу моего прибытия. Я вздохнул, выключая компьютер, который дал мне Логан, и закрывая глаза в попытке осознать все те обучающие видео, которые он мне показал. Языки, часовые пояса, политика и все крупные события, произошедшие с тех пор, как я покинул Онуну столетия назад. Мои виски ныли, и я помассировал их, услышав приближающиеся шаги. Все были так нетерпеливы и настырны, подлизывались ко мне, рвались поприветствовать правителя. Я приготовился к встрече с очередной толпой, но с облегчением увидел, что в комнату входит только Логан.
– Я принес тебе одежду. Ты сможешь носить ее до тех пор, пока мы не купим вещи подходящего размера, – сказал Логан.
Я узнал язык, на котором он говорил. На этой планете существовало более шести тысяч языков, но за последние двадцать четыре часа я успел выучить только половину.
Я хмыкнул в знак согласия, все еще потирая глаза и лоб.
– Я знаю, что тебе предстоит многое выучить, но я всегда готов помочь – по любому вопросу.
Я снова кивнул.
– Как ты? Прошли столетия… Я скучал по тебе, брат.
Я открыл глаза и опустил руки. Снова это слово. Имоджин тоже сказала, что по мне скучает, только на другом языке. Это было искренне, но я ничего не почувствовал. Я не испытывал эмоций столетиями и точно знал, что со мной происходит. Хуже всего то, что в глубине души мне было все равно.
Я снова кивнул и встал. Цвета на Онуне были более тусклыми, чем на Рашириме. Золотые и красные оттенки выглядели блеклыми, а комната была жалким подобием того, что возводили в нашем Царстве. Логан молча наблюдал за тем, как я шел к огромной кровати, на которой лежала подготовленная им одежда.
Я выбрал наряд и начал переодеваться. Логан назвал это «костюм». Местами одежда была слишком тугой, пиджак впивался в мои бицепсы, а штаны – в бедра. Логан был на несколько килограммов худее меня – не так уж существенно, но достаточно, чтобы одежда была мне мала. Я наклонился, чтобы завязать шнурки, и мои волосы упали мне на лицо.
– Может, ты хочешь побриться или подстричься? – спросил он, задумчиво почесывая затылок и указывая на мою шевелюру.
– Нет.
– Тебя ждут встречи со многими людьми, и…
– Мне плевать на то, как я выгляжу, и я не шучу.
Я не хотел, чтобы слова прозвучали так резко. Выражение его глаз напомнило мне о том, как часто мой отец повышал голос.
– Прошу прощения. Я просто хочу разобраться с угрозой, которая унесла жизнь Зекиэля, и вернуться к останкам Раширима. Я здесь ненадолго.
На мгновение он обеспокоенно нахмурил брови, а затем его лицо приняло прежнее выражение. Он опустил голову и кивнул.
– Понял.
* * *
Я провел пальцами по одежде, которую дал мне Логан. Она плохо сидела и раздражала мою кожу – материал был грубым в отличие от мягких тканей из Раширима.
– Прошу прощения, мой повелитель. Я не знал, что ты приедешь, иначе подобрал бы что‑нибудь более подходящее, – сказал Винсент, прежде чем бросить на Логана многозначительный взгляд.
Как будто Логан узнал о моем возвращении раньше него.
– Не называй меня так, – сказал я с легким рычанием в голосе.
Логан, стоящий позади меня, усмехнулся. Винсент провел нас наверх, в большую комнату. На книжной полке из красного дерева стояли миниатюрные статуэтки. На стенах висели картины, а справа располагался стол, на котором валялась куча вещей.
– Мы всегда можем подобрать что‑нибудь другое. Тебе нужно место для ночлега…
– В этом нет необходимости, – сказал я, отворачиваясь от большого окна. – Я ненадолго.
Они переглянулись, и я почувствовал их беспокойство и разочарование. Я знал, что должен ощутить укол вины. Они беспокоились и хотели, чтобы я остался, но я ничего не чувствовал. Я просто хотел вернуться в обломки дома, который я покинул. Шум и свет на меня давили. Я чувствовал, что нахожусь в заключении, даже несмотря на окружавшие меня звуки. Смертные все время разговаривали, и я слышал их даже из соседней комнаты.
Логан и Винсент молчали, ожидая моей команды или приказа. Они не понимали, как тяжело мне было находиться рядом с ними после случившегося. Я ненавидел это.
– Что вы узнали о смерти Зекиэля?
Я видел, как изменились их лица, как их глаза наполнились печалью, но вопрос требовал обсуждения.
Винсент начал первым. Он поспешил к большому столу, взял папку и открыл ее.
– Некоторые руины и храмы, созданные из осколков Раширима, упавших на Онуну, пострадали. Кем бы ни были эти существа, похоже, они ищут какие‑то старые книги или артефакты. Мы не знаем, что именно, но они полны решимости это найти.
Винсент протянул мне стопку фотографий полуразрушенных зданий.
– Я посылал сообщение Имоджин. Она не смогла с тобой связаться? – вопросительно посмотрел на меня Логан.
Значит, говоря о «растущем напряжении», она имела в виду это?
Винсент протянул мне еще одну фотографию. Я ответил, не поднимая глаз:
– Она сообщила мне о растущем беспокойстве, но я не осознавал серьезности ситуации.
Говоря это, я кривил душой. Я все осознавал, но мне было все равно. Каким же чудовищем я стал?
Винсент передал мне еще несколько изображений. Раздался легкий стук в дверь, и Неверра, четвертая в команде, вошла с почтительным поклоном.
– Прошу прощения, что прерываю, мой повелитель.
Логан провел рукой по горлу.
– Детка, ему это не нравится.
Ее глаза удивленно расширились, и она выпрямила спину.
– Прошу меня простить.
Она откашлялась, прежде чем подойти к Логану и быстро его обнять. В моем сознании проплыло воспоминание об их первой встрече. Это было задолго до того, как я положил начало существованию Лиги, – тогда Раширим был более радостным и приятным местом. Задолго до войн, задолго до смерти, задолго до падения.
Она сложила руки перед собой и наклонила голову:
– Я просто хотела сообщить, что члены совета смертных начали прибывать.
