Книга Азраила

Она увидела жуткое огромное существо, которое я нарисовал. Я изо всех сил старался правдоподобно передать цвета и узоры на коже. Ее брови снова приподнялись, но затем она мне улыбнулась.

– Ах, мне нужно будет поговорить с твоим отцом.

Я повернул рисунок обратно к себе и прищурился. Это был не тот ответ, на который я рассчитывал.

– Тебе не нравится, Мерда?

Она положила руку под подбородок и посмотрела на меня.

– Почему ты называешь его монстром, малыш?

Я открыл рот, но остановился. Разве она не видит?

– А как же еще? – Я повернул листок обратно к ней и указал пальцем на нарисованное мной существо. – Видишь эти зубы и когти?

– Вижу. – Она залезла внутрь плетеной корзины и вытащила цветок. Он был желтым с черными точками на лепестках. – А что ты думаешь об этом?

Я пожал плечами.

– Это цветок.

– Да, но кажется ли он тебе красивым?

– Да.

– А ты знаешь, что всего один его лепесток может быть ядовитым? Он может навредить даже богам. Так что даже цветок может быть монстром. Ему не нужны зубы и когти, чтобы быть смертельным.

Я смотрел, как она медленно крутит цветок за стебель, пока солнечные блики танцевали на ярких лепестках. Он выглядел красивым и безобидным.

– Значит, он может кому‑то навредить? Даже убить?

Она кивнула, прежде чем положить его обратно в корзину.

– В злых руках да. Но если отнестись к нему с вниманием и заботой, он может исцелять.

Она вытерла руки о платье и грациозно встала, улыбаясь мне сверху вниз.

– Итак, как видишь, внешность бывает обманчива.

Звук приближающихся шагов заставил нас обернуться. По бокам отца стояли стражники, лязг их доспехов эхом раздавался в тишине сада.

– Адельфия, чему это ты учишь моего сына в саду, который я тебе подарил?

При гулком звуке голоса отца улыбка мамы засияла ослепительным светом.

– Твоего сына? Тебе не кажется, что я тоже приложила к этому руку?

Охранники остановились, а отец подошел к маме и подхватил ее на руки, чтобы покружить в воздухе.

– От тебя пахнет сражением и потом, – игриво пожаловалась мама.

Она рассмеялась, когда он проигнорировал ее слова, покрывая поцелуями ее губы, щеки и лоб. Затем он поставил ее на ноги и повернулся ко мне.

– Вот и мой маленький воин.

Он поднял меня в воздух и поцеловал в щеку. Я тихонько хихикнул и вытер место поцелуя тыльной стороной ладони.

– А это что? – Он поставил меня на землю и взял мой рисунок. – Самкиэль, я впечатлен! Ты рисуешь зверей, как настоящий художник.

– Да, – сказала моя мать, залезая в корзину и снова доставая тот же цветок. – Мы говорили о монстрах и о том, что внешность может быть обманчива.

– Безусловно, но чудовище остается чудовищем, каким бы красивым оно ни было.

По взгляду, которым они обменялись, было ясно, что они разговаривают о чем‑то, понятном только им двоим. Это длилось всего секунду, а затем счастливые улыбки снова вернулись на их лица.

Она протянула руку и нежно коснулась моей щеки.

– Ну же. Пойдем домой. Пора обедать.

Она пошла рядом с отцом, а я поспешил за ними.

Логан со щелчком выключил машинку для стрижки, возвращая меня к реальности. Он отступил назад, позволив мне рассмотреть мое отражение. Мне потребовалась секунда, чтобы очистить свои мысли. Воспоминания о маме всегда причиняли боль, и я был рад, что их было совсем мало.

– Как тебе? В любом случае это выглядит лучше, чем обугленные остатки волос.

– Все было не так плохо.

Я уловил в зеркале гримасу Винсента и многозначительный взгляд Логана.

На этот раз мой вид не вызвал у меня отвращения. Теперь я не был похож ни на одного из своих родителей. Каштановые волны, доставшиеся мне от матери, исчезли, как и густая борода, которая так часто напоминала мне об отце. Это была перемена, в которой я отчаянно нуждался.

Я коснулся щеки, потирая рукой мягкую щетину, покрывающую подбородок. Затем я провел пальцами по коротким волосам на макушке. Моя шея и голова, казалось, стали значительно легче, а стрижка выглядела вполне уместной для смертных этого мира.

– Я знаю, что это не профессиональная работа, но… – Логан протянул руку, чтобы смахнуть пряди волос, упавшие на мою рубашку.

– Нет, ты выглядишь фантастически, Лиам. Я никогда не видела тебя с короткими волосами, но тебе очень идет, – сказала Неверра. – На Рашириме было бы гораздо больше проблем, если бы ты постриг его раньше, милый.

Слова Неверры рассмешили Логана. Вскоре к нам присоединился Винсент, и они стали болтать и шутить, вспоминая наше прошлое. Воспоминания о давно минувших днях кружились в моей голове – все, что было до титула, до короны, до падения. Я так хотел снова вернуться к тому, какими мы были раньше. В отличие от меня, они почти не изменились. Я смотрел на них и знал, что какая‑то часть меня давно и безвозвратно ушла. Прошло так много времени с тех пор, как я чувствовал хотя бы укол удовольствия или радости. Мне хотелось смеяться, хотелось наслаждаться красотой жизни. Я просто хотел хоть что‑то испытывать.

– Нас ждут дела.

Мой голос был резким и громким. Все замолчали, когда я встал, едва не опрокинув стул. Ванная казалась слишком тесной, и единственное, чего я хотел, – поскорее отсюда уйти. Я схватил ткань, которую Логан использовал как накидку во время стрижки, и сбросил ее на пол.

– Нужно провести допрос. Мне необходима вся найденная информация об этой женщине и ее спутниках.

Они кивнули, и энергия в комнате ощутимо изменилась. Это чувство было мне знакомо. Так происходило каждый раз, когда в комнату входил мой отец.

– Ты уверен, что с ней были и другие? – спросил Логан, скрестив руки на груди.

– Да. Я их слышал. Кто‑то ей свистнул. Мне следовало быть внимательнее. Может, я бы заметил их раньше.

– Это не твоя вина, – сказал Неверра. – Мы все…