Обезьяна с гранатой – 2

– Она носит моего ребенка. Я клялся ей в любви.

– Что из того? Я даже не ревную тебя к ней. Простолюдинка не может быть соперницей. Ты завел себе женщину – мужчины без этого не могут – и, если хочешь, можешь ее оставить. Так даже лучше. Никто не придаст значения нашей связи, решив, что это временно. Только мы будем знать, что у нас по‑настоящему.

– Поправь меня, если я неправильно понял, – медленно сказал Сергей. – Ты предлагаешь мне стать любовником, не прекращая отношений с Леа?

– Да! – подтвердила она, пожимая плечами. – Что в этом такого?

– Чем же ты лучше распутниц, которые писали мне письма? Они ведь тоже желали всего лишь постельных утех?

– Как ты смеешь?! – вспыхнула она.

– Смею, Ваше Высочество! – сказал он, беря со стола шляпу. – И вообще мне не по сердцу принцессы – слишком заботятся о своем достоинстве. Они лицемерны и лживы. Простолюдинки лучше. Они любят искренне, не задумываясь, как выглядят в глазах окружающих.

– Хам! – крикнула Флоранс. – Невежа! Прочь с глаз моих! Не желаю тебя больше видеть! Никогда!

– Рад, что наши чувства взаимны, Ваше Императорское Высочество! – поклонился Сергей.

 

Глава 5

 

Канцлер вошел в кабинет принцессы и поклонился.

– Дядюшка Хорхе! – Флоранс встала из‑за стола. – Я удивилась, когда мне доложили, что вы просите меня вас принять. Вам можно запросто.

– Я по официальному делу, – сказал Хорхе.

– Слушаю! – насторожилась принцесса.

– Мой первый помощник граф Шрусбери обратился ко мне с просьбой направить его послом. Поскольку известно, что вы привлекли его для постановки спектакля, я обязан об этом уведомить и спросить, нет ли возражений?

– Куда он собрался? – спросила Флоранс, прикусив губу.

– У него нет по этому поводу конкретных пожеланий. Он сказал: «Лишь бы подальше!»

– Пусть отправляется! – сказала принцесса.

– Значит, не возражаете?

– Нет!

– В таком случае прошу вас ознакомиться с этим документом!

Канцлер протянул ей папку, которую до этого держал в руках. Флоранс пожала плечами, взяла папку и присела за стол. Пока она читала, Хорхе стоял, сумрачно поглядывая на принцессу из‑под кустистых бровей.

– Это правда? – спросила Флоранс, закрыв папку.

– До последней буквы. То, что вы прочли, всего лишь краткое резюме, но оно основано на многочисленных донесениях агентов.

– Но это… – Флоранс задохнулась. – Заговор против империи! Возможно убийство членов правящей семьи. Почему вы медлите?

– У меня связаны руки, Ваше Императорское Высочество! Ваш отец не верит в заговор. Его Императорское Величество считает, что люди, с которыми он сражался бок о бок, не могут его предать. В этом он прав. Заговорщики не посмеют выступить, пока он жив. А вот когда императора не станет… К наследнику представители знати не питают верноподданнических чувств, как и к вам, впрочем.

– Все равно надо что‑то делать! – возмутилась принцесса.

– Мы не сидим сложа руки, Ваше Императорское Высочество. Моим ведомством разработан план подавления мятежа. За заговорщиками следят. Командующими гарнизонов, расположенных в гнездах мятежников, назначены преданные трону люди. Каждый снабжен соответствующими инструкциями. Однако из‑за того, что к заговорщикам примыкают все новые представители знати, в первоначальный замысел приходится вносить постоянные изменения. Занимается этим граф Шрусбери, который, собственно, план и разработал.

– Святой Иисус! – воскликнула Флоранс. – Никогда бы не подумала! Серж показался мне легкомысленным.

– Вы плохо знаете его. Граф Шрусбери – умный, решительный и, в случае необходимости, жесткий человек. Он предан империи и не станет колебаться в выборе мер. Скажу больше: Серж и раскрыл этот заговор.

– Как? – удивилась принцесса. – Он же недавно в Киенне.

– Вы не поверите, Ваше Императорское Высочество, он узрел заговор, всего лишь ознакомившись с донесениями агентов. Там не было ничего конкретного, но Серж, сопоставив и проанализировав сведения, заключил: зреет мятеж. Знаете, я даже немного обиделся. Кому, как не мне, лорду‑канцлеру, предупреждать покушения на трон? Почему я не знаю? Но после того как мы дали агентам задание проверить предположение графа, оно подтвердилось.

– Невероятно! – воскликнула Флоранс.

– В этом весь Серж. Он блестяще образован и необыкновенно умен. Я счастлив, что он служит у меня.

– Как он оказался в Киенне? – спросила принцесса.

– Это грустная история, Ваше Императорское Высочество. Серж при его блестящих способностях был заметным человеком в своей стране. Его принимали при дворе, а король пожаловал ему титул графа. Это случилось после того, как племянница короля, принцесса Элизабет, объявила о своей помолвке с Сержем.

– Правда? – ахнула Флоранс.

– Да, Ваше Императорское Высочество, Серж обручился с женщиной – второй в списке претендентов на трон. При стечении обстоятельств он мог стать монархом‑консортом, и это стало бы величайшим благом для той страны. Серж – прирожденный правитель, и остается только сожалеть, что он родился в простой семье.

– Он обручился по расчету? – спросила Флоранс.

– Нет, Ваше Императорское Высочество. Будь так, он не покинул бы родину. Он искренне любил Элизабет. День свадьбы был назначен. Но за три дня до торжества Серж узнал, что его избранница – распутная женщина, развлекающая со своими стражами, причем сразу с несколькими одновременно.

Флоранс подавила готовый вырваться крик. «Теперь понятно, почему он не любит принцесс!» – поняла она.

– Серж сообщил невесте, что отказывается от брака, та в ответ пригрозила его убить. Угроза не выглядела пустой. Серж вынужден был скрываться, так он и оказался в Киенне. Я с удовольствием принял его на службу: такие, как он, – находка для империи.

Хорхе помолчал.

– В Киенне Серж познакомился с моей служанкой Леа. Красивая и невинная девушка, она привлекла его своей искренностью и чистотой. Серж решил, что это та женщина, которая ему нужна, и попросил у меня разрешения жениться.

Флоранс прижала к губам кулачок.