Прыжок на месте. Книга третья
Сердито ругающийся невысокий мужичок в тулупе без лишних слов открыл створку ворот. Увидел меня, сдвинувшего маску на затылок, попятился, упал на задницу, уронил факел и забыл, как дышать. Я вежливо ждал. Мужичок предпринял несколько фальшстартов, постоянно пробуксовывая своими чунями по снегу, но наконец извернулся, утвердился и так же молча и решительно сбежал. Довольно недалеко, с треском вломившись в какое‑то здание буквально в десятке метров от ворот. Пришлось заходить самому. Справа от ворот на меня очень недовольно смотрела огромная, по середину бедра взрослому человеку…жаба. Волей‑неволей я залюбовался зверем, такой длинной, густой и нежной на вид шерсти я не наблюдал даже у ангорских кошек. Мохнатое белое создание безразлично лупнуло глазами, еще разок мерзейшим образом кашлянуло и ловко ввинтилось задом обратно к себе в нору.
Эй, люди. Я зашел. Двери открыли, кроме меня никого нет, значит, открыли мне. Из здания, куда вбежал нелюбопытный привратник, ворохом высыпал с десяток мужиков, в основном с ножами и начал медленно подступать ко мне. Захлебывающийся шепот мужичка "Вот он! Вот он!!" на полпоселка явно нагнетал атмосферу. Опустив внушительный брус на внутренний запор ворот, я обернулся к делегации и без улыбки показал им пустые ладони. Компания остановилась и устроила консилиум.
– Микор, говна‑голова! Где ты видел, шоб нежить ворота закрывала!
– Кум, ты его видишь?! Видишь?!! Я насилу живой остался! Чуть нутро не издохло!
– Ну дык…стоить же. Читаю вот. Мать пишет, что это орк. Живой орк, братцы! Живоооой.
– Привет, народ! – вступил в диалог я, начиная люто подмерзать. – Я орк. Живой. Зла не причиню. Хочу погреться, пожрать и переждать до утра непогоду.
– Здорово, раз так, – навстречу сделал несколько шагов высокий худой мужик в засаленном кожаном фартуке и с факелом в руках. Он поднял ладонь, сверкнувшую извечной привилегией смертных на подтверждение правды и попросил повторить свои слова. Я с удовольствием повторил, стуча зубами, и мужики ощутимо расслабились, начав поносить Микора, который как раз этим и должен был заниматься.
– А деньги то у тебя есть? – задал следующий вопрос строгий мужик, явно заведующий трактиром. Не успел я и рта открыть, как его тут же одернули другие и что‑то горячо зашептали на уши, периодически поглядывая на меня, терпеливо мерзнущего в тонкой тунике. Лицо трактирщика светлело с каждым услышанным им словом, и он едва ли не галопом кинулся ко мне, жестом прося наклониться и подставить ухо.
– Слушай, есть дело! Срочное! – жарко зашептал он, отчаянно торопясь, – В общем! Живет у нас одна из ваших! Из бессмертных! Орчиха, ну вот как ты, только сраться от ее вида не хочется! Так вот, о чем я! Баба она, конечно, хорошая…но вредная. Добытчица редкая, но зимой то куда ходить? Вот сидит, пьет у меня и всю зиму над мужиками смеется! Спасу нет! Морду то ей не набьешь, она куда сильнее человека то настоящего! Поможешь – и я сегодня тебя угощаю!
– Эээ…так что сделать то нужно? – поинтересовался я. Слово про "настоящего человека" неприятно резануло слух.
– Ну, она шутить любит! Над нами, над гостями…над всеми ржёт! – начал объяснять задумку трактирщик, – Мы сейчас назад зайдем, скажем ей, что мол в деревню настоящий орк зашел погостить, она не утерпит, выскочит наружу встретить! Она уже готовая! А ты ее напугай! Если испугается – столуешься у меня без платы!
– И ночую, – поднял ставки я, хоть и был согласный и так. Трактирщик с энтузиазмом закивал.
Ждать вздорную девицу, терроризировавшую местных жителей, долго не пришлось. Спустя буквально пару минут, как мужики всосались обратно в таверну, из здания в мои объятия решительным шагом угодило теплое мускулистое тело ярко‑зеленого окраса лица и обнаженных рук. С воплем "Где тут настоящий мужик?!".
– Тут он я, – радостно я ответил в макушку крепко обнимаемой девушки‑орка вполне себе серьезных по сравнению с местными мужиками габаритов. Рослая, крепкая и гармонично сложенная по орочьим стандартам девица радостно меня обхватила, что‑то весело горланя. Я с удовольствием ей отвечал тем же – орчиха была банально ТЕПЛАЯ!
Что тут что‑то не то, девушка орк смекнула не сразу, но довольно быстро.
– А ты пащщщиму…холодный?! – справедливо возмутилась она, начиная органолептический анализ обнимаемого тела, – …и серый…? И жесткий??…и майка грязная… – зеленокожая брезгливо потыкала замусолившуюся и немного надорванную тунику.
– Бегал я, – сообщил я черноволосой макушке и подумав, уточнил, – по миру бегал. Тебя искал. Вот, нашел наконец‑то.
– Оо! – пьяненькая деревенская террористка умудрилась выполнить почти изящный пируэт, развернув тело по направлению к открытой двери таверны, откуда выглядывали физиономии и погрозила им указательным пальцем, – Уот так вот!!
Обратный пируэт у нее не задался, и девушка смачно влипла носом мне в солнечное сплетение. Видимо, случившаяся коллизия ее немного освежила или хотя бы встряхнула, поэтому бессмертная неожиданно определила главный недочет в проведенной ей инвентаризации.
– А хде голова? – недоуменно и почти трезво она опросила бытиё.
– Выше, – ответило ей бытие моим голосом.
Спустя пару секунд, потраченных на осмысление, орчанка все‑таки догадалась задрать голову и уставилась в мое счастливо улыбающееся лицо.
