Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

Картина, открывшаяся ему, не могла не вызвать содрогания. Изуродованные мотоциклы, тела, разбросанные по песку, словно сломанные куклы, лужи крови – всё это смотрелось жутко и вызывало тошноту.

Но Ли было не до моральных терзаний. Убедившись, что опасности нет, он медленно встал и, не выпуская из рук оружия, направился к мастерской.

– Учитель! Как вы?! – окликнул он механика.

– Кто это? Ты, что ли, парень? – услышал он в ответ хриплый голос вожака.

– Да, я. Что здесь случилось?

– Дикие, – коротко ответил вожак, пинком распахивая дверь.

– Где учитель?! – подскочил к нему Ли.

– Здесь, – послышался ответ, и во двор вышел старый механик. – Как ты, малыш?

– Нормально. Что с вами?

– Жив, как видишь. Эти уроды не успели ничего испортить. Я был предупреждён.

– Они пришли за мной, – проворчал вожак. – Ты явился очень вовремя, парень. Они готовы были ворваться в мастерскую, лишь бы добраться до меня.

– Это я по…

Ли не успел договорить. Выстрел, раздавшийся в наступившей после канонады тишине, прозвучал особенно громко. Тихо охнув, старик схватился рукой за грудь и начал медленно оседать на землю.

– Учитель!

Крик Ли прозвенел в воздухе вместе с серией выстрелов. Развернувшись и присев на одно колено, он выпустил всю обойму в грудь невысокому коренастому человеку средних лет, заросшему густой бородой по самые глаза. Отбросив пистолет, Ли в три прыжка подлетел к стрелявшему и с ходу всадил ему в горло напряжённые пальцы правой руки. Тренированная ладонь разбила трахею. Дёрнувшись, мужчина закатил глаза и замер.

Заметив в стороне какое‑то шевеление, Ли метнулся туда. Боль и ненависть заставили его забыть обо всех принципах добра, превратив в машину для убийства. Поднимавшийся юноша был не старше его самого, но это не остановило Ли. Увидев сжатый в руке пистолет, он взвился в воздух, просто смяв встающего своим весом. Обвив его шею руками, Ли сделал резкое движение, и сухой хруст возвестил о сломанном позвоночнике.

Отбросив обмякшее тело, Ли шагнул к механику.

– Учитель… – тихо позвал он, опускаясь на колени. – Учитель, пожалуйста, не умирай, – прошептал он, глотая слёзы.

Словно услышав его, старик открыл глаза и, найдя ученика взглядом, улыбнулся.

– Вот и всё, сынок. Пришла и моя очередь. Когда‑то я позавидовал твоему мастеру. Мне тоже хотелось умереть так, как он: передав знания ученику и среди друзей. Похоже, так и случится. Не грусти. Это просто жизнь, сынок. Просто жизнь.

– Нет, учитель. Этого не должно было случиться.

– Жизнь – подлая штука, сынок, так и норовит устроить каверзу. Не грусти.

– Учитель…

– И ещё… Когда всё кончится, возьми мой прах с собой. Я хочу увидеть, что там такое и куда так рвался твой мастер. Наверное, моё любопытство переживёт меня самого, – слабо улыбнулся старик.

– Я всё сделаю, мастер, – кивнул Ли, не замечая льющихся по лицу слёз.

– Я знаю, сынок. Ты всегда всё выполнял. Это мне всегда нравилось в тебе.

– Прости меня, старик, – прогудел вожак. – Это я виноват. Они пришли за мной, а погиб ты. Прости.

– От судьбы не уйдёшь, вожак. Ты помоги ему. Он ещё слишком молод.

– Не сомневайся, старик. Я сделаю как надо, – коротко кивнул вожак. – Найду того, кто привёл их сюда, и сделаю.

– Месть – плохой советчик, вожак. Не торопись, – тихо сказал старик.

Сжав слабеющей рукой ладонь ученика, он улыбнулся и замер.

– Учитель, нет. Пожалуйста, – тихо прошептал Ли, обнимая неподвижное тело старика.

Послышался рёв нескольких мотоциклов, но юноша даже не оглянулся. Он так и остался сидеть, прижимая к груди голову последнего близкого ему человека.

Вожак вскинулся и, круто обернувшись, посмотрел на подъехавших. Это были остатки его банды.

– Где вы были, шакалы? – проревел он, шагнув к появившимся.

– Дрались, – коротко ответил один из приехавших.

– С кем? Что‑то я не заметил вас ни в той свалке, ни здесь.

– Не твоё дело, где и с кем мы дрались. Ты слишком долго жил спокойной жизнью. Это не жизнь для банды. Твоё время прошло.

Говоривший шагнул к вожаку, доставая из‑за пояса пистолет. Но закончить движение он не успел. Взревев, вожак одним прыжком дотянулся до противника, и они покатились по земле, поднимая тучи пыли.

Крики и ругань заставили Ли очнуться и посмотреть на происходящее. Не услышав начала разговора, он просто выхватил револьвер и выстрелил в воздух, заставив дерущихся отпрянуть друг от друга.

– Хватит! Здесь не место для ваших разборок. Убирайтесь в пустыню. Дайте мне спокойно похоронить его.

– Значит, старый скряга подох наконец? – задыхаясь проговорил противник вожака. – Это неплохо. Он наверняка успел рассказать тебе, где хранил все свои запасы. А ты расскажешь нам. Пора изменить всё. В ошейнике и под плетью ты будешь работать лучше, чем работал до этого. Возьмите его! Зверёныш не должен сбежать! – прорычал он своим друзьям.

– Дурак, – спокойно ответил Ли, моментально сообразивший, в чём дело. – Ты считаешь, что сможешь надеть на меня ошейник? Ну так иди, попробуй.

Гладкое красивое лицо юноши ожесточилось, и в чертах его проглянул хищник.

Зло усмехнувшись, вожак добавил:

– Нас всего двое, но этого будет достаточно, чтобы заставить вас умыться кровью.

Остатки банды попятились, с опаской поглядывая на юношу. Многие из них ещё помнили тот день, когда встретили его с мастером в пустыне. Но тогда он был подростком, а сейчас перед ними стоял молодой, полный сил, тренированный мужчина, способный в одиночку уложить любого.

Воспользовавшись замешательством бандитов, вожак снова бросился в атаку. Очнувшись, отступники бросились на вожака. Завязалась общая потасовка.

Впервые в жизни Ли получал удовольствие от этой смертельной пляски. Боясь попасть в своих, бандиты пользовались только ножами, но это давало Ли преимущество. Его тренированное тело моментально откликалось на любую команду. Он метался между ними, нанося удары и словно издеваясь над неуклюжестью и глупостью противников. Раздавая пинки и оплеухи, от которых бандиты начинали задыхаться и выплёвывать зубы, он внимательно отслеживал перемещения вожака.