Смерть, отбор и котики

– Фух, – чуть испуганно выдохнула Сари, повернувшись к наблюдателем спиной, – что‑то я перенервничала, – приложила она ладошку к груди.

– Ты молодец, – похвалила ее.

– А ты… вы… – снова растерялась рыжая, обратив взгляд на меня.

– Амелика Розенвар, – понятливо улыбнулась ей. – Можно просто Ами и на ты.

– Сари, – кивнули мне в ответ. – Позволишь осмотреть твои раны? У меня еще нет диплома, но я хорошо учусь, – чуть нервничая, добавила она.

– Буду тебе благодарна.

Царапины, конечно, пустяковые, но тянут неприятно.

Когда я распахнула полы плаща, чтобы позволить рыжей все осмотреть, та с ужасом ахнула:

– Какой кошмар!

Вниз после такого восклицания я смотрела с опаской. Но все было не так страшно. По паре глубоких и длинных царапин прямо вдоль икр. Сапоги в укусах, брюки в дырках – и все это вперемешку с кровью и грязью. Выглядит страшнее, чем есть на самом деле. Кровотечение остановилось почти сразу, а грязь в ранах мне не страшна. Честно говоря, за сутки раны бы и сами закрылись – с регенерацией у меня неплохо. Но все же терпеть боль и зуд от заживающих царапин неприятно.

– Сейчас, потерпи немного. – Сари поспешила склониться и протянуть объятые мягким светом ладошки к моим ногам. – Станет легче.

Что есть, то есть. И дело не в ранах на ногах. Так уж повелось, что целительская магия меня успокаивает и приводит в равновесие. Когда твоя близняшка не только целитель, но и голос разума в вашей парочке, за годы рядом буквально привычка вырабатывается.

Целителей я искренне уважала. Не знаю, как в остальных мирах, а у нас это были мировые люди. На первый взгляд такие тихие, мирные и доброжелательные, а стоит тебе заболеть и нарушить режим лечения – так становятся демонами в белых хламидах. Но их при этом все любят и ценят, а главное, совсем не боятся. А с некромантами это не срабатывает. Так что эта способность изображать из себя милых и пушистых созданий, будучи твердыми гранитами внутри, меня всегда восхищала. Я, даже если попытаюсь прикинуться робким цветочком, все равно сойду разве что за каменный.

– Так‑то лучше, – удовлетворенно заметила рыжая. – Не болит?

– Нет, – благодарно кивнула. – Спасибо.

– Пустяки, – зарумянилась она от похвалы. – Я хорошо навострилась раны лечить. У меня дядя вечно потрепанный весь ходит. Хочешь не хочешь, а раны и порезы пришлось учиться залатывать.

Я понятливо кивнула – у меня с сестрой так же было. Мелкие, сил у обеих с избытком. Так и выходит – я кого‑то поднимала случайно и сама же от этого страдала, а сестра потом на мне раны лечить тренировалась. Эх, молодость… хорошее же время было.

Расспросить Сари о ее жизни подробнее я не успела. Очередной грохот и шум в центре зала заставили нас хором обернуться.

И я уже понимала в честь чего такое оживление – явилась последняя девица. Но то, что я увидела, превзошло все мои ожидания.

– Какого рхасса здесь происходит? – зло громыхнуло под сводами храма.

Глянув, кого это такого громкого к нам притянуло, я сначала подавилась вдохом от неожиданности. А потом истерично расхохоталась. Сари рядом испуганно ойкнула.

Это… просто полный провал их отбора еще даже до его начала. И никакие божественные вмешательства не помогли. Хотя… если у них с высшей помощью вышло такое, страшно представить, что же творилось без нее.

Выглядел этот провал весьма оригинально – высокий рост, темные волосы, собранные в небрежный хвост на затылке, сверкающие яростью желтые глаза и длинный шрам, тянущийся от нижнего правого века почти до самого подбородка. Подбородка, покрытого пусть и короткой, но темной щетиной. Но особенно меня впечатлили широкие плечи «избранницы» и жилистая, но крепкая фигура, выдающая в прибывшем воина.

Последней избранницей наследника престола оказался довольно брутальный мужик среднего возраста, буквально искрящийся яростью. Думаю, принц будет впечатлен собравшимися претендентками на его руку и сердце. Я так уже.

– Где моя племянница? – сверкнув глазищами, прорычал избранник.

Рядом снова испуганно пискнули, и рыжая рванула в сторону круга.

На это мероприятие можно было родственников пригласить? Я, может, тоже хочу!

Новоприбывший что‑то мрачно выспрашивал у своей племянницы, совершенно не обращая внимания на уже откровенно психующих представителей императора и жреца, пребывающего чуть ли не в обмороке.

Рыжая не то объясняла что‑то, не то оправдывалась перед старшим, а может, и то и другое. В любом случае главное ей удалось – грозный родственник рычать прекратил и не спешил раздирать окружающих на кусочки; что‑то мне подсказывало, что он вполне смог бы. Внимательно выслушав мелкую, он обратил суровый взгляд на несчастную троицу.

Мне даже обидно стало. Вот почему некромант в боевом облачении и с косой наперевес впечатлил придворных меньше, чем один‑единственный взгляд брутальной «избранницы»?

Пара фраз, увы, неслышных мне, и организаторы, испуганно переглянувшись, споро принялись всех разгонять. Хлыщ кинулся к придворным и, со слащавой улыбкой что‑то им заявив, вежливо выпроводил недоуменную толпу на выход из храма. Тем временем толстяк кинулся объясняться с остальными избранницами, а жрец, недовольно ворча себе под нос, кликнул служек, которые принялись споро оттирать нарисованные линии призывного круга.

Стойте. Как это оттирать? Но ведь девушек все еще лишь пятеро. Как же последняя избранница?

Я перевела удивления взгляд на последнего попаданца. Хмуро слушая, что вещает ему племянница, он недовольно потирал… запястье.

Да ладно…

Я хоть и посмеялась, но ни разу не допустила мысли, что суровый мужик заполучил метку избранной! Но, похоже, кто‑то из богов имеет довольно своеобразное чувство юмора. Хотя, скорее, это недоделанные ритуалисты что‑то не то нарисовали, и никакая божественная помощь не смогла исправить их каракулей. Ведь помимо того, что широкоплечий брюнет со шрамом никак не мог являться претенденткой на сердце принца, он же точно прибыл из одного мира с Сари. Но при этом рисунок на руку явно заполучил.

И с чего это организаторы так всполошились всего лишь от пары его слов? Пусть он выглядел весьма впечатляюще и даже пугающе, сверкая глазами, но здесь не имел никакой власти или влияния.

Что‑то здесь явно было не так, и мне определенно стоило узнать, что же именно. Потому я направилась не к попаданкам, которым что‑то разъяснял мессир Врал, а к рыжей с ее родственником, решив познакомиться со столь интересным персонажем.

Мужчина на мое приближение среагировал первым. Окинул быстрым оценивающим взглядом фигуру, скрытую плащом, явно отметил и некоторую общую потрепанность, и кровь, видневшуюся на одежде, но настороженности или опаски не выказал. Лишь сделал шаг вперед, чтобы быть чуть впереди племянницы. И стойка такая знакомая – расслабленная вроде, но видела я, как опытные боевики из такого положения могут вдарить.