Улица Светлячков
– Попалась!
Кейт, не удержавшись, тоже рассмеялась.
– Сволочь ты.
Она закинула руку на плечи Талли. Ступая по изъеденному травой асфальту 21‑й улицы, они вместе дошли до кампуса.
На университетской проходной Кейт сказала:
– Я в Мини[1]. А тебе куда?
– Театр и ТВ.
– Точняк, первое занятие по тележурналистике с тем известным чуваком, которого ты не оставляла в покое с начала учебного года.
– Чед Уайли.
– Сколько там тебе пришлось отправить писем, чтобы к нему попасть?
– Не меньше тысячи. И между прочим, тебе бы стоило записаться со мной вместе, нам обеим эти занятия пригодятся.
– Запишусь на третьем курсе. Проводить тебя?
За это Талли и любила подругу. Кейт видела ее браваду насквозь, понимала, что она нервничает. Сегодняшний день мог оказаться началом новой жизни, о которой она всегда мечтала.
– Нет, спасибо. Я собираюсь эффектно появиться, а как это сделать с кем‑то за ручку?
Оставшись одна в толпе студентов, спешащих от корпуса к корпусу, Талли постояла, глядя вслед Кейт. Затем сделала глубокий вдох и попыталась расслабиться. Надо хотя бы выглядеть невозмутимо.
Уверенной поступью она прошагала мимо пруда Первокурсников, вошла в корпус Театра и ТВ и тут же свернула в туалет.
Остановившись у зеркала, она внимательно себя изучила. Обильно политые лаком кудри выглядели безупречно, макияж тоже не подкачал. Глянцево блестящая белая блузка с воротником‑стойкой, подпоясанная золотым ремнем, и джинсы клеш в обтяжку смотрелись сексуально, но при этом по‑деловому.
Прозвенел звонок, и она побежала по коридору, чувствуя, как шлепает по спине рюкзак. У дверей в аудиторию остановилась, не спеша вошла и спокойно заняла место в первом ряду.
Преподаватель сидел, развалившись, на железном стуле у доски.
– Меня зовут Чед Уайли, – сказал он сексуальным, хрипловатым, точно пропитанным виски голосом. – Все, кто уже слышал обо мне, получают «отлично» автоматом.
Кое‑кто из студентов тихонько прыснул. Громче всех засмеялась Талли. Она о Чеде Уайли не просто слышала. Она знала всю его биографию.
В колледже подавал большие надежды. Отучившись, стремительно сделал карьеру и уже к тридцати стал ведущим новостей. А потом просто‑напросто слетел с катушек. Пары арестов за вождение в нетрезвом виде и автомобильной аварии, в которой пострадал ребенок, а сам Уайли сломал обе ноги, хватило, чтобы его звезда угасла. Года два о нем вообще ничего не было слышно, а теперь он объявился в университете, получил должность преподавателя.
Уайли поднялся на ноги. Выглядел он неважно – темные волосы давно не стрижены, на щеках, не видавших бритвы дня три, если не больше, ежик седеющей щетины, – но его незаурядный ум никуда не делся, по глазам ясно. Таким людям на роду написано быть великими. Неудивительно, что он так высоко забрался.
Положив перед Талли план занятий, Уайли двинулся дальше по аудитории.
– Ваши репортажи о деле Карен Силквуд[2] – просто произведение искусства, – сказала она и широко улыбнулась.
Он ненадолго остановился, взглянул на нее. Было что‑то жутковатое в том, как он смотрел – слишком уж пристально, но продолжалось это всего секунду, будто луч лазера загорелся и погас, а потом он прошел мимо, переключил внимание на кого‑то другого.
В следующий раз надо быть поаккуратнее. Сейчас самое главное – произвести хорошее впечатление на Чеда Уайли. И научиться у него всему, что он знает.
Часть вторая
Восьмидесятые
Любовь – поле боя
Остаемся в строю,
Разбитое сердце
К разбитому сердцу[3]
Глава девятая
К концу второго года учебы Талли уже не сомневалась, что Чед Уайли ее запомнил. Она ходила на два его курса по тележурналистике – начальный и продвинутый. Что бы он ни преподавал, она сидела в аудитории, что бы ни задавал – все выполняла. Выкладывалась на полную. Жилы рвала.
Но ничего не помогало: он отказывался признать ее талант. Всю прошлую неделю они читали новостные репортажи с телесуфлера. Закончив, Талли каждый раз смотрела на Уайли, а он и взгляда от своих заметок не поднимал. Выдаст серию замечаний таким тоном, будто зачитывает приставучей соседке кулинарный рецепт, и сразу кричит: «Следующий!»
День за днем, неделю за неделей, занятие за занятием Талли ждала, что он вот‑вот обратит внимание на ее очевидный талант, скажет: «Вам место на KVTS». Так и прождала до конца года. Май на дворе, до каникул шесть недель, а ее старания так и не принесли плодов.
[1] Meany Hall – концертный зал на территории Вашингтонского университета.
[2] Карен Силквуд (1946–1974) была сотрудницей одного из заводов по производству ядерного топлива в США. Сообщала о возможных утечках и нарушении техники безопасности на заводе. Погибла в автокатастрофе при невыясненных обстоятельствах по пути на встречу с журналистом «Нью‑Йорк таймс».
[3] …Heartache to heartache, we stand – строчка из песни Love Is a Battlefield (1983) американской певицы Пэт Бенатар.
