В плену сердца

Хотя ему даже сдирать с меня больше ничего не нужно. Доступ и так уже полностью открыт. Всего лишь руки протяни… а точнее, кое‑что другое, и бери на здоровье, сколько душе угодно. А ведь Адаму и правда стоит подумать о своём здоровье – его физическое неудовлетворение отслеживается уже не только в нервно‑раздражённом поведении, но и в наэлектризованной атмосфере самолёта.

От такого накала его ассистенточка уже вовсю изнемогает от возбуждения. Если Адаму самому в кайф мучиться, то подумал бы хотя бы о своей преданной помощнице. Она же вместе с ним страдает. Сочувствую бедняжке. Хотя нет, вру. Не сочувствую. Плевать мне на неё хотелось, так же как и Адаму. Этот беспросветный эгоист, вместо быстрого и лёгкого способа остудить себя и трясущуюся Сару, просто взяв и оттрахав меня, резко вскочил и ускакал куда‑то сломя голову. А ведь девчонка ещё немного и, последовав моему примеру, тоже раздвинула бы перед ним свои ноги.

Интересно, от неё он тоже спасался бы бегством, как сделал это со мной? А он именно спасался. Лучшего определения, чем спасительный побег, его стремительному уходу мне не найти.

И кто теперь от кого носится? Умереть от смеха можно! Да уж! И в то же время выпасть в осадок и окончательно сдаться. После такой необъяснимой реакции Адама на моё обнажённое интимное местечко я точно умываю руки. Если мужик так улепётывает от того, что стоило бы брать без оглядки, у него явно имеются какие‑то личные проблемки, которые мне вряд ли по силам разгадать. Или всё‑таки какая‑то проблема во мне? Непонятно. И очень жалко – теперь я стопроцентно осознаю, что свободы мне сегодня точно не добиться.

Но тем не менее это никоим образом не мешает мне вовсю упиваться сложившейся ситуацией. Мой полёт определённо проходит в разы увлекательней, чем я могла себе представить. Издеваться над Адамом и любоваться искажённой недовольством физиономией Сары – наикрутейший способ поднять себе настроение.

– Может, ты уже наконец сдвинешь ноги? – раздражённо бросает доселе хранящая тактичное молчание секретарша.

Чего и следовало ожидать: стоило Адаму оставить нас наедине, как можно сразу выпускать наружу свою истинную сущность мымры.

– Я тебя смущаю? – в моём голосе ноль интереса или смятения.

Чего она там не видела? Да и не так уж сильно я их раздвинула.

– Это ненормально – ходить без нижнего белья, особенно в платьях. И тем более раздвигать ноги перед людьми. Ты ведёшь себя вульгарно, – возмущённо бурчит, как старая бабка.

– Так это потому, что я ненормальная и вульгарная. И, к твоему сведению, Адам точно такой же. Ведь это он их с меня сорвал, оставив без белья. Так что попрошу: ко мне без претензий, – ухмыляюсь я, в открытую наслаждаясь её перекошенной мордашкой.

– И что он только в тебе нашёл? – неодобрительно цокает языком.

– То, что в тебе не смог.

Мой ответ изрядно задевает её. От злости презрительное лицо Сариты становится краснее на несколько оттенков, напрочь перекрывая румянец от чар Адама. И это сразу раскрывает мне все карты.

– Так‑так‑так… – ехидно прищуриваюсь. – Да передо мной сидит не кто иная, как ещё одна по уши влюблённая в него бедолажка, не так ли? – довольно протягиваю я.

– Бедолажка здесь только одна – и это ты. Я – его помощница, – с непомерной гордостью выдаёт она.

– Влюблённая помощница.

– Незаменимая помощница, – гнёт свою линию зазнайка. Зло. Сквозь зубы.

– Незаменимых нет.

– Это среди вас, шлюшек, – нет. А я с Адамом работаю уже несколько лет и буду работать ещё долго после твоего ухода.

– Какая уверенность! – театрально закатываю глаза.

– Да, я уверена в этом. Он мне доверяет и знает, что я никогда не предам. Я полностью подхожу под все его требования, быстро и чётко выполняю каждое поручение и знаю все его привычки и предпочтения.

Вздёрнуть нос выше, чем сделала это она, наверное, невозможно. Сара в самом деле считает, что занимает важную роль в жизни Адама. Что ж… Быть может, так. Но меня сейчас интересует кое‑что другое.

– Его предпочтения в сексе тоже знаешь?

– Я не сплю с ним, – твёрдо отвечает Сара, но так ли это на самом деле?

Мне нужно знать наверняка.

– Вообще, что ли? – сверлю её пытливым взором.

– Вообще.

– Ни разу?

– Ни разу.

– Но вы же почти каждый день вместе.

– И что? Я не для этого нахожусь в офисе. Адам никогда не смешивает работу с удовлетворением физических потребностей.

– А хотела бы?

– Что? – слегка теряется Сара.

– Потрахаться с ним хотела бы?

– Я не шлюха, как ты, – она смеряет меня ещё одним презрительным взглядом, но мне от него ни горячо ни холодно.

– Вопрос был не в этом.

– Хотела бы, естественно. Кто бы из женщин не хотел?

О, ты даже не представляешь, милая. Есть тут одна такая.

– Но так как Адам приемлет лишь один вид отношений, этому никогда не бывать.

– Значит, предложи он тебе свой счастливый контракт, ты бы отказалась?

– Конечно, – горячо заверяет она, однако мне достаточно её секундной заминки с выбором правильного ответа, чтобы в уме дополнить: «Конечно, согласилась бы».

Тут и к гадалке ходить не надо: «незаменимая помощница», строя передо мной сейчас святую праведницу, только и делает, что сутками напролёт грезит, как когда‑нибудь станет одной из счастливиц Харта. Но до её заветных мечтаний мне нет никакого дела. Весь этот опрос я устроила чисто в желании поболтать, ведь порядком соскучилась по человеческому общению, и чтобы понять – была ли Сара той, кто все прошедшие недели ублажал Адама вместо меня? Его точно должен был кто‑то расслаблять. Не верю я, что он не приходил ко мне и при этом не трахался где‑то на стороне. Другой причины моим затянувшимся каникулам в одиночестве я просто не нахожу. Но раз уж снять напряжение ему помогает не Сара, то должен быть кто‑то другой.

– Если ты у него чисто для офисной работы, тогда с кем ещё Адам может удовлетворять свои потребности? – решаю напрямую задать интересующий меня вопрос, зарабатывая этим недоумённый, хмурый взгляд секретарши.

– А ты разве у него не для этого?

– Для этого, но, возможно, есть кто‑то ещё? Не думаю, что Адаму достаточно одной женщины. Предполагаю, он любит разнообразие.

Она фыркает и смотрит на меня, как на несмышлёного ребёнка.