Ваше Сиятельство 2 (+иллюстрации)

– Конечно, нет. Там будет еще хуже – это их клуб, – сказал он, разглаживая отклеившийся пластырь на лице. – Я только объяснил, как происходило со мной. Тебе предлагаю не спешить, отложить это на неделю‑две и подготовить нашу команду. Если не спешить, то можно со школы привлечь наших человек десять‑пятнадцать. Тогда условия чуть изменятся.

– Еграм, честно говоря, тронут и спасибо за советы и помощь, но пусть это случится завтра. Как ты понял, теперь я – маг. Достаточно сильный маг, и если что‑то пойдет не так, то с моей стороны тоже будут сюрпризы, – сказал я, при этом понимая, что Сухров во многом прав. Тысячу раз я убеждался, что нельзя недооценивать противника, тысячу раз сожалел из‑за лишней поспешности. Но я – Астерий, и знаю еще одну истину. Истину более высокую: любая жизнь, это лишь игра, и я в ней для того, чтобы наслаждаться ее вкусом, пусть даже он будет иногда горьким. Я рискну в этот раз – я так хочу. Как я рискнул, идя на поединок с тем же Сухровым и зная, что в его окружении что‑то замышляют. Посмотрим, что выйдет. У меня есть свои задумки и свои хитрости. Можно, конечно, сейчас отложить карты и ждать более благоприятного момента, но я так не хочу.

– Твое право. Большой плюс к уважению тебя. Но имей в виду: если ты считаешь себя сильным магом, то у «Волков» тоже есть такие. У них дважды проводились поединки магов, и это было очень серьезно. В общем, предупредил, дальше сам думай, – сказал он и направился к ожидавшему его Лужину.

– Ты с ними уже дружишь? – удивилась Айлин, когда я вернулся к ней.

– Нет, просто старое забывается. Теперь у нас складываются нормальные отношения. Еще появилось небольшое общее дело, – пояснил я, беря ее за руку и направляясь к воротам.

– Почему он говорит, что ты очень рискуешь? – госпожа Синицына с тревогой поглядывала на меня.

– Ай‑лин… Это ему так кажется, что я рискую. Потому, что он не совсем хорошо меня знает. Давай не будем об этом сейчас, – я забеспокоился, что она начнет расспрашивать о том, что мы запланировали с Еграмом на завтра, и мне придется врать – ведь правду в данном случае не скажешь.

– Саш, мне тревожно. Не надо иметь общих дел с Сухровым. Ты сегодня не хочешь пойти ко мне, завтра что‑то замышляешь и не хочешь мне говорить. Саш, ну, пожалуйста, не надо так! – она требовательно подергала меня за руку.

– Завтра мы можем с тобой встретиться, но позже. Давай так, ты вернешься со школы, пообедаешь, а часа в три‑четыре, я скину сообщение на эйхос, надеюсь, мы прогуляемся. Можно даже на вимане покататься. Хочешь? – предложил я. Ведь в самом деле, Айлин постоянно страдает из‑за отсутствия моего внимания. Да, я бываю слишком занят, но последнее время получается так, что я уделяю баронессе Евстафьевой времени едва ли не больше, чем моей девочке.

– Конечно хочу! – Айлин расцвела, казалось, розовые краски в ее волосах засияли ярче. И тут же спросила: – Можно сегодня я тебя провожу домой, если ты спешишь?

Вот поворот! Я‑то рассчитывал сейчас сходить тайком в Шалаши, и кое‑что приготовить к завтрашнему дню. Придется выкручиваться. Или…

– Мне сейчас нужно в Шалаши. В тот самый двор старого колбасника, – видя удивление в ее синих глазах, я пояснил. – Нужно обследовать то место особым магическим образом. Дорогая, не обижайся, но мне важно, чтобы там мне никто не мешал.

– Но я могу там тихо посидеть на лавочке? Можно? – она смотрела на меня как ребенок.

 

 

 

Вот как ей отказать? Да, госпожа Синицына мне там особо не помешает, но я не хотел, чтобы мои приготовления навеяли ей какие‑либо мысли о том, что я к чему‑то готовлюсь и разговор с Сухровым имеет к этому отношение.

– Хорошо. Только если ты будешь очень тихо сидеть на лавочке, – согласился я.

Она обняла меня и сказала:

– И когда ты там освободишься, мы сделаем там это… – в последнее слово она произнесла с таким волшебным придыханием, что у меня шевельнулся член.

– Айлин, только плохие девочки делают это… – ответил я, в ответ она прикрыла глаза и ткнулась своими мягкими губками в мои.