Возрождение Феникса. Том 2

– Месяц, думаю, обойдусь без дуэлей, – усмехаюсь, плавно качая княжну под медленный такт музыки. Полностью отдаюсь танцу. Казалось настоящим кощунством небрежно держать настолько ослепительную красавицу. Сегодняшнее платье вишневого цвета особенно ей идет – полностью глухой перед, сбоку разрез до бедра и абсолютно голая спина. Моя ладонь лежит на точеной талии, касаясь пальцами нежной алебастровой кожи. Второй рукой сжимаю хрупкую ладонь княжны.

– Обещаешь? – сощуривает Анфиса накрашенные глаза.

– Разве я могу такое обещать? – вскидываю брови.

– И, правда, прости, – тут же отступает княжна. – Просто обещай беречь свою жизнь.

– Честь и жизнь, Фиса. В таком порядке.

Она огорченно поджимает красные губы.

– Хотя бы так.

После Лобова я допоздна проторчал на заводе. Работал, только работал. Даже Катю пришлось огорчить отказом прерваться на кардиоперемену. А то, зная себя, пятиминутка затянулась бы на час минимум. Еще наметили встречу с Домом Эльсов в следующем месяце. К тому времени с "буйволами" отыграем, последний звонок прозвенит, так что может и перееду уже в Москву.

В клуб мы пошли тем же составом. Медляки я и Павел танцуем по установленной девушками очереди. На взгляды других женщин и мужчин не обращаю никакого внимания. Пускай смотрят и учатся. Как и всякий человек, я не абсолютно совершенен, но в бит попадаю идеально. Что можно сказать мало о ком из здесь присутствующих.

С Людой я тоже обращаюсь, как с драгоценным цветком. С удовольствием вращаю девушку в классическом повороте и приобнимаю за талию. Не хочу, чтобы подруги ощущали неравное к себе отношение. С Феней и Досей уже так облажался. Надо теперь как‑то расхлебывать.

– Как же великолепны, – выдыхает Люда.

– Кто? – недоуменно смотрю на княжну со Свиридовым. Не сказал бы. Такт, конечно, Павел выдерживает, но сами движения резковаты.

– Да не они – мы с тобой, дурачок.

– Ты видишь где‑то здесь зеркало? – недоуменно оглядываюсь.

– Нет, – смеется она. – Но я видела со стороны ваш с Фисой танец, – вы выглядели потрясающе! – а теперь ты кружишь меня. Вот и представляю таких же красавчиков.

– Ты выглядишь другой, не как Фиса, но точно не хуже.

– Спасибо, Сень, – улыбается она счастливо.

Когда мы со Свиридовым провожаем девушек к их машинам, Анфиса отводит меня чуть в сторонку.

– Сеня, удачи в финале. Конечно, ты победишь, но хочу, чтобы победа была легкой.

– Тогда она будет не так ценна, – усмехаюсь. – Лучше пускай будет просто заслуженной.

– Хорошо, – она неожиданно подступает ближе и целует меня в щеку. – Это чтобы ты помнил о главном призе.

Касаюсь отпечатка помады на лице. Чувствую, как губы сами собой улыбаются.

– Чтобы наверняка не забыть, придется больше не мыть эту щеку.

– Я не против, – улыбается княжна. Ну конечно, нет. Какая хищница откажется от столь яркой метки.

Домой возвращаюсь еще затемно. В сторону душа даже не смотрю – помоюсь, когда встану. Только заваливаюсь на кем‑то заботливо расправленную постель, как на прикроватном терминале хаба срабатывает тревожный звоночек. Эта станция подключена к охранным сигнализациям близких людей. В том числе, Тимофея и служанок. За счет работодателя я оснастил «Стражами» их квартиры в городе.

На широком дисплее мигает красный кружок. Прямо напротив имени Фени.

Быстро хватаю с тумбочки мобильник и звоню безопасникам.

 

Глава 7 – Трамплин

 

Жму пальцем на сожженную сигаретой кнопку. Железные двери, исписанные литературными и не очень словами, не открываются. Похоже, лифт не работает. Позади гремит топот группы захвата, взбирающейся по лестнице. Парни приехали вместе со мной. Благо, после нападения Рыкаря в усадьбе всегда дежурило две группы.

Что же, тоже пойду пешочком. Дожидаюсь, когда группа унесется вверх, и только тогда медленно поднимаюсь. Незачем мешать ребятам работать.

На пятом этаже боевики собрались в сторонке. У исшарканной двери переминается глава группы и безопасник в трениках и майке‑алкоголичке. У мужика сегодня выходной, но из‑за того, что он живет по соседству с Феней, первым вызвали его.

– Господин, всё утрясли, – отчитывается безопасник в алкоголичке. – Налетчики не успели навредить сударыне. Я их повязал и запер в гараже внизу, – он протягивает рифленый ключ. Указываю на кусок металла главе группы.

– Допросите бандитов. Узнайте, зачем полезли, кто их крышует, – кивнув, боевик уводит группу обратно. Поворачиваюсь к безопаснику. Сколько налетчиков?

– Двое.

– Справился один?

– Да чего там работы, уделать эту пьянь…И‑ик.

– Смотрю, вы тоже поддали? – усмехаюсь.

– С друзьями отдыхал как раз, – виновато опускает он осоловелые глаза. – Когда вызвали.

– Отдыхать это правильно, – поддерживаю героя. – Ведь как отдохнешь – так и отслужишь. Премию обязательно вам выпишем за доблесть, быстродействие, ну и работу в выходной.

– Благодарю, – кивает ободренный боец.

Отправив его в гараж к остальным, стучу в дверь. Слышу, как внутри прижимаются к глазку, а затем дверь резко распахивается:

– Барин! – радостный писк.

Девушка в халатике и стертых тапках кидается навстречу. Она прижимается ко мне и тихо плачет.

– У‑у‑и…нам с бабушкой было так страшно…когда эти ворвались…они с меня халат содрали, чуть не снасильничали…но Степан вовремя вбежал…побил этих, а потом сказал, что вы его послали….

– Тише‑тише, – глажу ее по медным волосам. – Прекращай реветь, лучше веди с бабушкой знакомить и чаем поить.

– Сейчас, – подрывается она и, взяв меня за руку, утаскивает внутрь.

Полчаса провожу на маленькой кухоньке. Краем глаза кошусь на огромной буфет с посудой, удивляясь, как он поместился в этой каморке. А массивная вафельница из чугуна занимает чуть ли не полстола, но места почему‑то хватает чайник с чашками расставить и даже локти положить. Сюрреализм какой‑то.

Феня разливает чай по чашкам. Угловатые движения девушки заставляют рукава халата развеваться, точно крылья. Сама она меленькая и растрепанная, как тот же воробушек. Так и хочется взять в руки и погреть теплом своих ладоней.