Возрождение Феникса. Том 3
Хреново, очень хреново. Нет большей глупости разделять ватагу по происхождению. Мало того, что это ссорит учеников, но и выхлопа вообще никакого. Зато мне теперь ясна первая проблема.
Мы с Истиславом идем за платформой. Это четырехногая стойка с железным листом в рост человека и грифом сзади для блинов. Суть упражнения – разгоняться с двадцати метров от платформы и толкать лист. Чем больше навешаешь на гриф блинов, тем соответственно тяжелее сдвинуть платформу.
– Ну ты, надеюсь, понял, Огненный? – спрашивает брюнет, подходя к платформе сзади. – Если хотим пройти хотя бы отборочные, надо срочно избавляться от тренера.
Я берусь спереди за железную конструкцию:
– Понял. Тренера беру на себя. В следующую тренировку мы его уже не увидим.
Глава 4 – Пятьдесят по сто
После тренировки зазываю атаманшу в кафе. Еще и Алесю прихватываю. Барышню взял просто из предосторожности, чтобы Симона не напридумывала себе, что я навязываю ей свиданку и хочу ее склеить, как наглый отмороженный сосунок‑дворянин. А то у этой молодежи все мысли через одно похабное место. Куда бы ни катился мир, но уж точно не к звездам Постимпериуса.
Бросаем спортивные сумки у столика. На диванчике Алеся усаживается рядом со мной, Симона напротив. Блондинка задумчиво смотрит на то, как тесно придвигается ко мне барышня. Мы заказываем по стакану сока.
– Сначала новости, атаман. Думаю, ты должна первой узнать. Уже завтра тренера не будет на тренировке.
– Как это не будет? – теряется Симона.
– Надеюсь, что завтра, – на всякий случай уточняю. – Максимум, послезавтра. Но мои люди должны успеть за день. Я им сразу после тренировки велел взяться за Коржича. Не велика он птица, хлопот немного.
Лицо блондинки бледнеет, как мел.
– Ты убьешь Федора Брониславовича? – ее голос дрожит, как железнодорожные рельсы.
Алесю прошибает на смех. Сдерживаясь, она чуть не давится соком.
– Симоночка, скажешь тоже! – сотрясаются ее плечики. – Сеня только бандитов убивает. И то не всяких. Плохих только, самых‑самых нехороших, детоубийц, вот каких.
Хм, похоже, дядя растрепал Алесе про «донских». Вряд ли уж она газеты читает, не в обиду барышне.
– Действительно. Не обижай меня, атаман, – я протягиваю Алесе салфетку, и она, смущенно спасибкнув, принимается вытирать сок с губок. – Федор, конечно, некомпетентный преподаватель, но убивать его будет слишком, когда есть другие пути решения. Сегодня Феде предложат место на моем тракторном заводе «Горлесмаш» в Подмосковье. Там работники создали любительскую команду по Грону, им нужен тренер. Предложение с финансовой точки зрения выгодное. Оклад в два раза выше, работы, по факту, не больше чем здесь.
Но новость не радует Симону. Она грустно вздыхает, чуть сгорбившись.
– Думаешь, Федор Брониславович нас бросит? Купится на двойной оклад?
– Конечно, – киваю. – Такому тунеядцу только и важны дармовые деньги. Забудь о нем, Симона. Даже если Федя попросит формальное время на подумать, мои люди подстроят ему выигрыш в какой‑нибудь лотерее, чтобы он к вечеру умчался на черноморское побережье круизничать. Атаман, ты еще юна и неопытна, – увлекся и говорю тоном седовласого старца, на что получаю «фырк» от блондинки. – Ну, я еще младше тебя на год, конечно, зато мне повезло, и я видел, как должны проходить настоящие тренировки. И совсем не так, как сегодня.
– Но теперь мы вообще не сможем тренироваться! – взбрыкивает блондинка. – Сезон Лиги через три недели стартанет. До этого времени нам не найдут свободного компетентного тренера. Да и не будет школа его искать. Решит сэкономить, мы же всё равно не принесем победу. А теперь уж точно!
Ох‑хо, взбеленилась. Но, в целом, я доволен, она молодец – радеет за ватагу. Так держать, атаман.
– Симона, – обволакиваю девушку успокаивающими волнами. – Тренер у нас уже есть.
Достаю из сумки распечатки в десять листов, протягиваю Симоне.
– Что это? – листает она распечатки и зачитывает выборочно. – Кардиодатчики… болгарские приседания… аэробная кондинция…
– Программа тренировок, – поясняю. – В основном, по силовой и кондиционной подготовке. У твоих ребят отстают именно физические показатели. Выносливость ни к черту. Мы с Алесей, Кирой, Истиславом и Истомой – ну еще с Беридзе и Агаркиным – даже не сможем отрабатывать тактические приемы с остальными. Твои "змеи" просто выдохнутся.
Алеся гордо выпячивает грудь и заявляет:
– Слабаки.
– Итого, вместе с тобой, атаман, восемь сильных игроков. Слабые ватаги в отборочных мы, может, и снесем, но этого недостаточно, чтобы победить «витязей» «Красного замка». Нам необходима неприступная первая линия и стойкие флангисты.
Симона удивленно хлопает глазами.
– Ты правда знаешь, как тренировать ватагу?
– Тц! – Алеся качает головой. – Да, конечно, Сеня знает. Он такие комбинации для нашей ватаги в Твери выдумывал – закрутишься!
– Не хуже Федора Коржича точно, – серьезно заявляю. – Но нужна твоя помощь, Симона. Ты – атаман, ты – главный авторитет, когда нет тренера. Инициатива должна исходить от тебя.
Это еще повезло, что в местном клубе нет всяких помощников тренера. Хотя, их бы тоже не составило труда выкупить куда‑нибудь подальше.
Блондинка продолжает листать распечатки с расписанием, пока не находит отличающийся по жестокости день. Завтрашний день.
– О, Свароже! – вскрикивает она. – Да что это за изуверский тренировочный процесс?! Сто рывков по сто метров?! Мы же все помрем на этом поле! Животы вывернет!
В чем‑то она права.
– Хм, ну программу я составил до того, как увидел ватагу вблизи. Ориентировался на слабый состав, конечно, но оказалось, что надо было планку брать на уровне «немощного». Теперь понимаю, что им полсотни с лихвой хватит. Поправлю.
Считай, пятидесятипроцентная скидка. Но Симону моя щедрость не подкупает.
– Это ничуть не лучше! Какая разница – сто, пятьдесят? Многие слягут еще на двадцатом рывке. – Тут она опять права. – Да зачем это вообще нужно? – Симона даже топает ножкой под столом. – Почему только в первый день такая жуть? А потом, вроде, сбалансированная программа. Нельзя сразу начать по‑нормальному? Нас же половина состава завтра покинет!
– Именно, – киваю. – Останутся только те, кто готов бороться за Кубок, а несерьезная шушера пускай ищет другой клуб поразмяться и перед девчонками попрыгать.
