Адские Тени

– Мне необходимо определить вашу цену, – женщина говорила так, будто мы были апельсинами на рынке. – Если есть шрамы или еще какие‑нибудь увечья, ваша стоимость будет ниже и к высокопоставленным чинам вас не допустят. А лобковые вши, – тут уже не выдержала я и гордо хмыкнула. Незнакомка, не заметив моего недовольства, продолжила: – их придется травить, а значит, пару дней вы будете отстранены от работы. Ну и конечно ваша девственность.

Клара сдавленно пискнула и покачнулась. Чтобы подруга не грохнулась в обморок, я ощутимо похлопала ее по плечу.

– Вы и это будете проверять? – надменно вздернув подбородок, поинтересовалась я. Раздвигать ноги перед манерной теткой я вовсе не горела желанием и уже продумывала план, как бы ее одурачить.

– Нет, конечно, – мерзко скривившись, ответила бандерша, и Клара облегченно выдохнула за нас обеих. – Стало мне в вас копаться! Но если клиент, купив вашу невинность, окажется обманут, он не заплатит, и тогда я вышвырну вас на улицу и глазом не моргнув. Так что лучше признавайтесь сейчас.

– Д‑да, – прерывисто ответила Клара, спуская тонкие лямки своей комбинации.

Бандерша довольно заулыбалась и едва не прихлопнула в ладоши.

– Однако, ценный улов. Хозяин будет доволен!

Тем временем Клара полностью оголилась, и незнакомка покрутила пальцем, заставляя ее повернуться по кругу, чтобы оценить девушку со всех сторон. Щеки подруги раскраснелись, бронзовая кожа пошла мурашками, но все же она подчинилась. Тело Клары не уродовали шрамы, она была стройная и утонченная.

– Хорошо, – закончила женщина, отбивая такт по столешнице длинными ногтями, и указала на меня. – Теперь ты.

Я скинула на пол сорочку телесного цвета, отпихнула ее ногой к груде остальной одежды и покружилась.

– Красивая, – подытожила бандерша, а я ощутила тошнотворное покалывание ее изучающего взгляда на каждом дюйме кожи. – Хоть и тощая как тростинка, но грудь и бедра у тебя что надо, мужчины любят таких.

Она дала нам отмашку, и мы впопыхах начали одеваться. Клара тут же нырнула в комбинацию через голову и принялась зашнуровывать платье.

– Ты на вопрос не ответила, сероглазка, – снова обратилась ко мне бандерша и, встав, вытащила лист бумаги из ящика стола.

– Девственница, – легко соврала я.

Ложь была отточенным навыком убийцы, так что у меня и мускул не дрогнул. Я знала, что до близости ни с кем не дойдет: тут либо поможет браслет, лишив моего покупателя сознания, либо тени остановят сердце ублюдка раньше, чем он снимет штаны.

Спишу все на сердечный приступ от несоразмерного блаженства.

Я здесь, чтобы вывести на чистую воду Селье и раскрыть тайны Франсбурга. Мужчины из низшего сословия ничего не поведают, так что пусть графы платят за возможность опорочить мою мнимую невинность, а я уж найду способ развязать им язык.

– Имена? – прошипела бандерша и обмакнула перо в чернильницу.

Клара ответила быстрее, чем я успела открыть рот, сосредоточившись на застежке лифа.

– Клара, мадам.

От досады я едва не стукнула себя ладонью по лбу, не догадавшись предупредить подругу о необходимости сокрытия своего настоящего имени. Мой убийственный взор встретился с взволнованным взглядом Клары, и я недовольно покачала головой.

– Люси, – отозвалась я. Заведя руки за спину, я, изогнувшись, завязала последнюю ленту на корсете.

– Я Мари, – представилась бандерша, записывая наши имена и ставя возле них какие‑то пояснительные знаки. – Ваша комната на втором этаже в первом крыле, самая крайняя по коридору дверь. – Женщина сгорбилась, продолжая что‑то помечать в записке. – Даю вам день на знакомство с работой и адаптацией в «Ядовитом Сердце», а в четверг вы выступите на первом аукционе, – объяснила она, пока мы накидывали пальто.

– Аукцион? – переспросила я, непонимающе нахмурившись.

– Мероприятие, где проходит демонстрация нашим постояльцам новеньких девочек. Если повезет, найдете первых клиентов, – оторвавшись от листа, заключила бандерша. Ее собранные на затылке волосы ореолом осветили рассветные лучики, проникшие в тесную комнату из окна за ее спиной.

Меня не волновали клиенты и заработок, моей главной целью оставался хозяин Франсбурга, поэтому было необходимо узнать, появляется ли он на подобных мероприятиях, да и в борделе в целом. Набравшись наглости, я уточнила:

– Простите, а лорд Кайлан Ле Селье частый гость на аукционах?

– Что, девка, желаешь стать элитной подстилкой? – Мари широко улыбнулась, и я заметила у нее отсутствие передних резцов. – Увы, но вакантное место уже занято. Если, конечно, милорд сам в вас не заинтересуется.

Не дай бог!

***

Мы поднялись на второй этаж и, повернув направо, оказались в крыле, где шеренгой располагались спальни куртизанок.

Бордель утопал в тишине. Девушки еще спали, устав после ночной работы.

Нужная дверь находилась рядом с длинным окном в конце коридора. Присмотревшись к стеклу, я заметила тоненькую трещину в нижнем левом углу.

Клара вставила в замочную скважину медный ключ и, прокрутив его, впустила нас в тесную комнату.

В нос ударил спертый воздух, заставляя поморщиться, и тонкий, еле заметный, но до боли знакомый металлический запах крови, который я за время работы на Елену научилась распознавать даже в тяжелой композиции ароматов.

Я как статуя застыла в центре комнатушки, принюхиваясь, а потом резко нагнулась и, придержав юбку, заглянула под две узкие кровати, накрытые клетчатыми покрывалами. Однако ничего кроме клубов пыли не обнаружила.

– Адди, что вы делаете? – взволнованно поинтересовалась Клара, убирая на небольшой деревянный шкаф наши чемоданы.

– Здесь пахнет кровью, – ответила я и, поднявшись, внимательно осмотрела ящики письменного стола на наличие ножей или улик.

Пусто.

– Кровью? – испуганно переспросила подруга и, не удержав чемодан, с грохотом уронила его на пол. Крышка раскрылась и из опрокинутой сумки вылетела записка. Я сразу узнала острый, как бритва, почерк Ричарда. Клара подняла листок и протянула его мне, с опаской осматривая комнату.

Не задумываясь, я сунула записку в карман.

Прочту, когда будет более подходящее время.

Могильный холодок заструился по позвоночнику, проникая в кости. Я изящно повела пальцами, и тени, подобно серым рукам мертвецов, опрокинули матрасы с кроватей, подчиняясь моей внутренней воле.

Клара взвизгнула, но мгновенно зажала рот ладонью. Она не часто видела мою магию в деле, поэтому ее шок был весьма оправдан. Иногда мне казалось, что она всеми силами старалась забыть о моей порочной способности.